Книги жанра Мафия для Женщин
Бестселлеры В процессе Законченные
/0/27418/coverorgin.jpg?v=9abccb10b350a1d96134346b97dae870&imageMogr2/format/webp)
Восставшая из пепла: Блестящий триумф гениального архитектора
Я была самой преданной женой безжалостного мафиозного крёстного отца, но в итоге опустилась до роли личной няньки и живого щита для его беременной любовницы. Три года назад она подставила меня, заявив, что я силой заставила её сделать аборт. Мой муж поверил её слезам без малейших колебаний, навсегда заклеймив меня хладнокровной убийцей. Ради того, чтобы выплатить «долг жизни» старой матриарх мафии, спасшей меня в прошлом, я стиснула зубы и согласилась на сделку. Десять долгих месяцев я жила в безликой гостевой комнате, пробовала еду любовницы на наличие яда и терпела насмешки всего преступного мира. Мой муж с ледяным удовлетворением наблюдал за моим унижением. Ради её каприза он собственными руками сорвал с моей шеи кулон покойной матери, позволив своим людям разбить вдребезги мою последнюю семейную фотографию. Он был уверен, что растоптал каждую каплю моей гордости. Он думал, что моя покорность — это жалкая мольба о прощении, и что я навсегда останусь сломленной пленницей в его золотой клетке. Но он так и не узнал, что всё это время в моём сердце шёл обратный отсчёт. В ту самую секунду, когда родился его наследник, мой кровавый долг перед их семьёй был полностью закрыт. Я швырнула свидетельство о разводе на стол, заблокировала его номер и молча села на рейс в один конец, чтобы навсегда вернуть себе свою собственную империю./0/10529/coverorgin.jpg?v=77a9fa2b70605ee291a157c436d21ed7&imageMogr2/format/webp)
Зло множится в тени
Молодой следователь Сергей Потоцкий получает дело о жестоком убийстве девушки. Расследование приводит его к преступлениям пятнадцатилетней давности, тайнам, которые слишком долго скрывали, и людям, готовым на все, чтобы правда не вышла наружу. Но среди чужих секретов у Сергея появляется и свой - отношения с Алексеем Брагилевским, влиятельным мужчиной, чье прошлое далеко не безупречно. Чем ближе Сергей подбирается к разгадке, тем сложнее становится отделять профессиональный долг от личных чувств. Ведь довериться человеку, который привык жить по собственным правилам, порой не менее рискованно, чем заглянуть в глаза убийце. Зло множится в тени. Но и любовь иногда рождается там, где ее меньше всего ждут./0/4586/coverorgin.jpg?v=f9a262c0fa5163804f6fe6458d0a43fe&imageMogr2/format/webp)
Порочный выстрел
Дилогия "Порочный выстрел". Книга 1: Мир мафиози жестокий и хладнокровный. Беспринципный к мирным жителям, воинственный к врагам. Их игра длится годами. И ты можешь стать ее частью совсем того не подозревая. Однажды ты засыпаешь в своей постели, а просыпаешься уже на Кубе. Ты - заложница, чей-то жестокий ход, часть игры. «Кокаиновый бог» решил, что обменяет меня. Он решил поставить крест на моем бывшем, уверенный в том, что я все еще ему дорога. Только вот есть одна проблемка - он ненавидит меня так же сильно, как когда-то любил. Зачем ему спасать мирного жителя? Эти двое будут долго выяснять, кто из них «Мафия». Спасения не существует... Один «Пабло Эскобар» заменит другого. Я не знала, что он так изменился. Но теперь я знаю, что мне придется усмирить свое сердце, ведь Он уже раздал роли. И моя - путана. Вся дилогия: Книга 1. Порочный выстрел Книга 2. Порочный выстрел 2. Vendetta/0/23048/coverorgin.jpg?v=55eba30090ddc33d4ac2440d56a7d5d5&imageMogr2/format/webp)
Слишком поздно молить: Мой холодный бывший муж
На девятую годовщину нашей свадьбы мой муж Дамир не стал поднимать тост за нас. Вместо этого, на глазах у всей криминальной семьи, он положил руку на беременный живот своей любовницы. Для него я была всего лишь платой по долгам, призраком в платье за три миллиона рублей. Но унижение не закончилось в банкетном зале. Когда позже тем же вечером у его любовницы, Кристины, началось кровотечение, он не вызвал скорую. Он притащил меня в семейную клинику. Он знал, что у меня серьезное заболевание сердца. Знал, что переливание такого объема крови может спровоцировать смертельный сердечный приступ. — Она носит моего сына, — сказал он, и в его глазах не было ничего человеческого. — Ты дашь ей все, что потребуется. Я умоляла его. Я пыталась выторговать себе свободу. Он солгал и согласился, лишь бы игла вошла в мою вену. Пока моя темно-красная кровь текла по трубке, спасая женщину, разрушившую мою жизнь, у меня сдавило грудь. Мониторы начали истошно пищать. Мое сердце отказывало. — Дамир Асланович! У нее остановка! — крикнул врач. Дамир даже не обернулся. Он вышел из палаты, чтобы взять Кристину за руку, оставив меня умирать на столе. Я выжила, но Анна Воронцова умерла в той клинике. Он думал, я вернусь в пентхаус и продолжу быть его покорной, молчаливой женой. Он думал, что владеет кровью в моих жилах. Он жестоко ошибался. Я вернулась в пентхаус в последний раз. Я чиркнула спичкой. И позволила комнате сгореть. К тому времени, как Дамир понял, что меня нет среди пепла, я уже летела в самолете в Лондон. Свое обручальное кольцо я оставила в конверте вместе с медицинскими документами, доказывающими его жестокость. Он хотел войны? Я дам ему войну./0/23050/coverorgin.jpg?v=bb40b3a178ccf47ec91ea9d3603bf3f8&imageMogr2/format/webp)
Замужем за соперником: Отчаяние моего бывшего мужа
Я стояла у кабинета мужа, идеальная жена криминального авторитета, и слышала, как он насмехался надо мной, называя «ледяной статуей», пока развлекался со своей любовницей, Алиной. Но предательство оказалось куда глубже простой неверности. Неделю спустя, во время прыжка на лошади, моё седло сломалось. Я осталась с раздробленной ногой. Лёжа на больничной койке, я подслушала разговор, который убил последние остатки моей любви. Мой муж, Александр, знал, что Алина подстроила поломку. Он знал, что она могла меня убить. И всё же он приказал своим людям забыть об этом. Он назвал мою почти-смерть «уроком» за то, что я задела эго его любовницы. Он унизил меня на глазах у всех, заморозив мои счета, чтобы купить для неё фамильные драгоценности. Он стоял и смотрел, как она угрожала слить в прессу наши личные видео. Он растоптал моё достоинство, чтобы выглядеть героем для женщины, которую считал беспомощной сиротой. Он понятия не имел, что она — мошенница. Он не знал, что я установила микрокамеры по всему особняку, пока он был занят, балуя её. Он не знал, что у меня есть часы записей, на которых его «невинная» Алина спит с его охраной, его конкурентами и даже с прислугой, смеясь над тем, как легко им манипулировать. На ежегодном благотворительном вечере, перед всей криминальной семьёй, Александр потребовал, чтобы я извинилась перед ней. Я не умоляла. Я не плакала. Я просто подключила флешку к главному проектору. И нажала «play»./0/23051/coverorgin.jpg?v=fb758000d4f233c1c19a4b3cf5b6ce8e&imageMogr2/format/webp)
Израненная жена Капо: Безжалостное возвращение
Я была принцессой Уральской бригады, а Лев и Матвей — моими верными защитниками. В десять лет мы смешали кровь, поклявшись, что ничто и никогда меня не коснется. Но эта клятва обратилась в пепел в ту ночь, когда София Рыкова направила римскую свечу мне в грудь. Фейерверк ударил в плечо, и мое шелковое платье вспыхнуло мгновенно. Катаясь по бетону, крича, пока пламя впивалось в мою кожу, я ждала, что мои мальчики спасут меня. Они не спасли. Вместо этого сквозь дым я видела, как они бросились к Софии. Они укутали ее своими пиджаками — теми, что предназначались для меня, — укутали девушку, которая только что подожгла меня, и стали утешать, потому что ее напугала «отдача». Они позволили мне гореть, чтобы согреть ее. Когда я очнулась в больнице с вечными шрамами, они принесли мне письмо с ее извинениями и защищали ее «несчастный случай». Они даже порезали ладони, чтобы заплатить ее долг, игнорируя тот факт, что в бинтах была я. В тот момент Елена Воронцова умерла. Я не кричала. Не умоляла. Я просто собрала вещи и сбежала туда, куда они не могли последовать: в объятия Дамира Морозова, безжалостного авторитета Москвы. К тому времени, как они осознали свою ошибку и приползли обратно, умоляя под дождем, я уже носила кольцо другого мужчины. — Хотите прощения? — спросила я, глядя на них сверху вниз. — Горите за это./0/27275/coverorgin.jpg?v=3791c18109d864c9ea6028cfa8a54d3f&imageMogr2/format/webp)
Возрождение из пепла: Истинная любовь безжалостного босса
Три года богатый наследник Борис Морозов держал меня в ежовых рукавицах: наполовину пленница, наполовину неоплачиваемая прислуга и дешевая замена для издевательств его светской подружки. Сегодня в полночь, чтобы покрыть долг своей семьи в двадцать миллиардов рублей, он притащил меня в частный покерный зал на верхушке башни. Он бросил меня к ногам самого безжалостного теневого банкира Центрального округа в качестве одноразового живого дара. Они заставили меня встать голыми коленями на осколки стекла, вылили крепкий виски на мои незажившие ожоги и даже схватили железные плоскогубцы, собираясь вырвать мне язык. Безжалостный главарь лишь холодно наблюдал за этим, а затем достал боевой нож. Он приставил острие прямо к моему глазному яблоку, собираясь лично вырезать мне глаза. В его глазах я была всего лишь очередной жадной самозванкой, которая посмела надеть белую сорочку и глумиться над памятью его погибшей спасительницы. Я пережила настоящий ад в горящем здании, пожертвовала своим телом и получила уродливые шрамы, чтобы спасти жизнь замерзающему мальчику. И всё ради того, чтобы спустя восемь лет этот самый спасенный мной мальчик смотрел на меня как на мусор и собирался зарезать. Он не узнал меня, но на бархатном подносе рядом с ним лежал тот самый помятый розовый Айпод, который я отдала ему перед пожаром. Я не ползла, не плакала и не умоляла о пощаде. Не сводя взгляда с холодного стального лезвия, я позволила крови стечь изо рта и тихо позвала его тайное, сокровенное имя. «Сделай это, Бродяга». Сегодня я заставлю его вспомнить, кто я такая, а потом сотру семью Морозовых с лица земли./0/23057/coverorgin.jpg?v=a7355cd3d7c49dca26748c2d496ea70c&imageMogr2/format/webp)
Поздно сожалеть: Беглянка Короля мафии
Я смотрела, как мой муж, самый опасный авторитет Москвы, подписывает бумаги о расторжении нашего брака с тем же ледяным безразличием, с каким обычно заказывал убийство. Кончик его ручки «Parker» царапал бумагу, заглушая стук дождя по окну кофейни. Он не потрудился прочесть ни единого слова. Он думал, что подписывает обычные накладные на поставку для семейного бизнеса. На самом деле он подписывал документы о «Расторжении союза», которые я подложила под верхний лист. Он был слишком поглощен своими мыслями, чтобы что-то проверять. Его глаза были прикованы к защищенному телефону, где он лихорадочно переписывался с Софией — вдовой, трагической красавицей, женщиной, которая три года отравляла наш брак. — Готово, — буркнул он, швырнув стопку бумаг в свой бронированный «Гелендваген», даже не взглянув на меня. — Дела закончены, Елена. Уезжаем. Мгновение спустя его телефон зазвонил ее особым, экстренным рингтоном. Его поведение мгновенно изменилось: из холодного босса он превратился в обезумевшего защитника. — Водитель, разворачивайся. Я ей нужен, — прорычал он. Он посмотрел на меня без тени привязанности и приказал: — Выходи, Елена. Лев отвезет тебя домой. Он вышвырнул меня из машины под проливной дождь, чтобы помчаться к своей любовнице, совершенно не подозревая, что только что юридически даровал мне свободу. Я стояла на обочине, дрожа, но впервые за долгие годы улыбаясь. К тому времени, как этот вор в законе поймет, что подписал собственный развод, я стану призраком в Сочи. А у него не останется ничего, кроме его накладных и сожалений./0/25091/coverorgin.jpg?v=81de830ab0c403a12cf00a98eec195b0&imageMogr2/format/webp)
Любовь сквозь руины: только ты
Дмитрий Волков был моим миром всю мою жизнь Наследник Братвы, будущий Пахан, он был моим личным монстром и абсолютным щитом. Никто не смел посмотреть в мою сторону, пока он был рядом. А потом появилась она, Катерина. И на выпускном вечере, когда мы обе оказались в бассейне, он проплыл мимо меня, захлебывающейся и тонущей, чтобы спасти ее. Мои друзья вытащили меня на бортик, а он, даже не взглянув, бросил мне в лицо: «Твоя жизнь больше не моя проблема». Через неделю он целовал ее на глазах у всех наших друзей, говоря, что она «гораздо лучше» меня. Я бы сломалась, если бы не подслушала его разговор. «Это просто игра, чтобы поставить ее на место, - говорил он. - Поплачет и прибежит обратно, когда я позову». Вся моя жизнь, вся моя любовь для него были лишь способом манипуляции. Я молча собрала вещи, села в самолет до Нью-Йорка и вычеркнула его из своей жизни. Я начала дышать свободно, не подозревая, что мой личный монстр последовал за мной через океан и теперь охраняет мою новую жизнь из тени./0/25092/coverorgin.jpg?v=c3be0706e55fbc070bb294d6a7a5d278&imageMogr2/format/webp)
Его ложь, моя месть: Суд Анастасии
Я завязывала галстук мужчине, который контролировал весь преступный мир Москвы, когда на его разблокированном планшете высветилось уведомление: «10:00, день открытых дверей в детском саду сына Ивана - с Катериной». Если моя рука сейчас дрогнет, его охрана за дверью отреагирует на малейший звук, но я должна сохранить идеальную улыбку жены мафиози. Потому что мне нужно время, чтобы стереть его империю в порошок. Я проследила за ним до элитного детского сада. Там, у песочницы, мой муж, безжалостный убийца Дмитрий Волков, опустился на колени перед четырехлетним мальчиком и улыбнулся так искренне и нежно, как никогда не улыбался мне. Рядом с ним смеялась блондинка. Катерина. Вся моя идеальная пятилетняя жизнь оказалась дешевой декорацией. Все его ночные совещания и срочные дела Братвы обрели лицо этого ребенка и этой женщины. Внутри меня образовалась звенящая пустота, в которой не было места слезам - только холодной, расчетливой ярости. Вернувшись в наш пустой особняк, я спустилась в тайную парфюмерную лабораторию моего покойного отца. Я достала его старую тетрадь с формулой «Руки Бога» - легендарного аромата, способного уничтожить Волкова. Ночью, когда он уснул рядом со мной, я отправила зашифрованные файлы единственному человеку, которому доверяла. Мой муж стал моим врагом, и моя война только что началась./0/23059/coverorgin.jpg?v=6740d5f03c04a0aceee20f30bae5c53c&imageMogr2/format/webp)
Раскаяние Дона: Её больше нет
Я несла первое слово, которое произнесу за десять лет, как священный дар. Я хотела удивить им человека, спасшего мне жизнь. Но сквозь щель в двери кабинета я услышала, как Стас сказал своей правой руке, что я — всего лишь удавка на его шее. — Аня — это обуза, — произнес он ледяным голосом. — Я не могу стать Паханом, пока нянчусь с немым призраком. Кристина дает власть. Аня не дает ничего, кроме тишины. Он решил жениться на принцессе мафии ради торговых путей ее отца, списав меня со счетов, как обломки прошлого. Но настоящее предательство случилось не в том кабинете. Оно случилось в лесу, во время засады. Пули свистели, грязь под нашими ногами сползала в овраг, и Стасу пришлось делать выбор. Я была ранена, застряла на дне. Кристина кричала на гребне. Он посмотрел на меня, одними губами прошептал «Прости» и отвернулся. Он вытащил Кристину в безопасное место, чтобы скрепить их союз. Он оставил меня умирать в ледяной грязи. Я лежала там, в темноте, и понимала: человек, который дал кровную клятву защищать меня, променял мою жизнь на место во главе клана. Он думал, что тишина наконец поглотит меня целиком. Он ошибся. Я выползла из той могилы и навсегда исчезла из его мира. Три года спустя я вернулась в город. Не как его сломленная подопечная, а как всемирно известная художница. Когда Стас появился в моей галерее, раздавленный и умоляющий о прощении, я не стала писать ему ответ. Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала: — Девочка, которая любила тебя, умерла в том овраге, Стас./0/25093/coverorgin.jpg?v=0cb1db175c6ec467503174e7fe727b60&imageMogr2/format/webp)
Снова жива: Я иду за всем
Когда в прошлой жизни я умирала на операционном столе, мой отец приказал вырезать мне почку. Её пересадили моей сводной сестре Алине, чтобы спасти её и скрепить союз с Демидом Волковым — новым главой Братвы. Так я стала разменной монетой в их грязной игре. Меня подставили, обвинив в осквернении священной реликвии, и Демид, мой жених, тут же отвернулся. Отец с радостью предложил меня в качестве живого донора, а после операции меня, как мусор, бросили умирать в подвале. Никто даже не вспомнил обо мне. Умирая в холоде, я не понимала, как любовь могла так быстро превратиться в ненависть. Почему мужчина, который клялся меня защищать, с такой лёгкостью отдал меня на растерзание? Что за яд Алина влила ему в уши? Но я открыла глаза снова. Я стою на набережной Невы, за несколько часов до банкета, который должен был стать моим концом. Только в этот раз я не буду жертвой. Я заберу у них всё до последней капли./0/23060/coverorgin.jpg?v=21f3b71203b68e24c3d75db8a6aca312&imageMogr2/format/webp)
Моя почка для его любовницы — Больше никогда
Я очнулась после операции. На боку — рваный шрам. И одной почки не было. Мой жених, Дмитрий Волков, глава московской братвы, не спас меня от болезни. Он пустил меня на запчасти, чтобы спасти свою любовницу, Соню. «Она вносит свою лепту», — ледяным тоном сказал он хирургу, пока я была парализована наркозом. Десять лет я была его верной тенью. Управляла его легальной империей, ловила за него пули и даже сделала аборт три года назад, потому что Соня устроила истерику из-за чистоты крови. Я думала, что моя абсолютная преданность в конце концов заслужит его любовь. Но когда несколько дней спустя чеченцы держали нас обоих над краем моста, Дмитрий выбрал не меня. Он оттолкнул Соню в безопасное место и смотрел, как я падаю спиной вперед в ледяную черную реку. Он думал, что я утонула. Или, что еще хуже, он считал меня собакой, которая всегда приползет обратно к хозяину, как бы сильно он ее ни пнул. Он ошибся. Я вытащила себя из этой воды, но женщина, которая его любила, умерла в ее глубинах. Семь дней спустя я не вернулась в пентхаус Волкова. Я вошла прямо в штаб-квартиру его смертельного врага, Виктора Соколова. «Ты все еще хочешь на мне жениться?» — спросила я человека, который мечтал увидеть голову Дмитрия на пике. Виктор не колебался. «Я сожгу этот город дотла, прежде чем он снова тебя коснется». Теперь Дмитрий ползет к моим воротам, парализованный и сломленный, держа в руках медицинский контейнер с моей украденной почкой. Но он забыл одну вещь: она мне больше не нужна./0/27441/coverorgin.jpg?v=bf57b991df8d73d5ab2b2a105e84d204&imageMogr2/format/webp)
Развод с мафиози: Возвращение истинной наследницы империи
Я сидела возле пахнущей антисептиком родильной палаты, ожидая, когда любовница моего мужа-мафиози родит ему ребенка. Тяжелые двери распахнулись, Антон вышел и грубо потащил меня к люльке. Его жестокая хватка разорвала только что зашитую рану на моей руке, кровь закапала на пол. Он сунул мне плачущего младенца. «Воспитай его как своего», — холодно приказал он тоном, не терпящим возражений. Затем он повернулся и бережно поднял свою любовницу на руки с такой трепетной нежностью, которую ни разу не проявил ко мне за пять лет брака. Чтобы защитить ее, он выгнал меня из главной спальни, сунул мне унизительный договор о совместном проживании и заставил стать бесплатной няней для бастарда. А когда в сеть утекло видео их объятий, Антон без колебаний бросил меня на растерзание толпе. Он публично заявил прессе, что я бесплодна и страдаю от порочных отклонений. Он разрушил мои легальные деловые контракты и смешал мое имя с грязью, только чтобы обелить свою измену. Он был абсолютно уверен, что я стерплю любое унижение из-за слепой, жалкой любви, и продолжу покорно служить для него живым щитом. Но он и понятия не имел, что мое сердце давно умерло, а этот брак без близости был лишь ледяным расчетом. Рождение его незаконнорожденного наследника было именно тем финальным условием клятвы на крови, которую я дала Дону мафии пять лет назад. Я бросила ему в лицо обручальное кольцо, забрала свои законные патенты и десять миллиардов рублей отступных, чтобы начать свою собственную игру./0/4609/coverorgin.jpg?v=8ca016c21ea68302c48c95ab1bba439c&imageMogr2/format/webp)
Порочный выстрел 2. Vendetta
Дилогия "Порочный выстрел". Книга 2: Бывает так: предать - единственный способ спасти? Я ответила себе «да». Я столько раз себе так отвечала, что предательство ради спасения утратило свою силу. Я была девушкой-никто, а теперь от меня зависит судьба двух мафий. И в какой-то сумасшедший момент своей жизни я решила, что лучше метать ножи в их спины собственноручно, лишь бы эти двое не метали их друг в друга. Мой отец и любимый мужчина - злейшие враги на Кубе. Они пытаются поделить все - деньги, территории, наркотики, меня... и моего ребенка. Да, внутри меня растет маленький капо ди капи, и это превращает меня в самую опасную женщину в городе. И по правилам моей игры, когда мафия засыпает, просыпается Мэри. Vendetta... вот, что он мне пообещал. И когда карты раскрыты... поиграем, Кано? Вся дилогия: Книга 1. Порочный выстрел Книга 2. Порочный выстрел 2. Vendetta/0/24165/coverorgin.jpg?v=532288a61ce4b30ae663ec2f8cf6c4f5&imageMogr2/format/webp)
Слишком поздно для сожалений: Побег жены Дона
В нашу брачную ночь я дала клятву Льву Романову, самому грозному человеку в Нью-Йорке. «Если ты когда-нибудь предашь меня, я исчезну из твоей жизни, будто меня никогда и не было». Он рассмеялся, решив, что это лишь милое романтическое обещание, но три года спустя я узнала о его предательстве. Это была не просто тайная интрижка, а методичное, публичное унижение. Его любовница Амалия постоянно присылала мне фотографии в моих любимых местах и в колье с бриллиантами, которое Лев назвал в мою честь, а муж лишь поощрял ее дерзость. Последний удар был нанесен в нашем поместье, прямо на глазах у его ближайшего круга. Я увидела их вместе — Льва и торжествующую беременную Амалию, когда муж холодно посмотрел на меня и потребовал, чтобы я извинилась перед любовницей за то, что расстроила ее. «Только пусть основное блюдо не узнает, что на самом деле я голоден именно по тебе». Услышав, как он со смехом шепчет это ей на нашей годовщине, я поняла, что в собственном доме стала просто досадной помехой. Любовь, за которую я отчаянно цеплялась годами, умерла в ту же секунду, сменившись ледяной, расчетливой пустотой. Лев был слишком высокомерен и уверен в своей абсолютной власти, чтобы понять: моя клятва была не наивным бредом, а пророчеством. Поэтому утром, пока он спал после праздника, я привела свой план в действие. Я обналичила все активы, приказала сровнять бульдозером сад, который он для меня посадил, и оставила на столе документы о разводе. Затем, взяв новое имя и паспорт, я вышла через служебный выход и навсегда растворилась в городе./0/23071/coverorgin.jpg?v=e4b26d767a806fd2021a0b96bd7e96a2&imageMogr2/format/webp)
Возрождение из пепла: Триумф Архитектора
Я очнулась в стерильной больничной палате, не помня ничего о мужчине с убийственным взглядом, который мерил шагами коридор за стеклянной стеной. Моя подруга сказала, что это Дамир Муратов, правая рука московской группировки и мой жених, которого я, по идее, боготворила последние семь лет. Но правда сокрушила меня быстрее, чем авария. Когда на наш кортеж напали и машина загорелась, Дамир не вытащил меня. Он предпочел спасти Валерию — вдову бойца, за смерть которого чувствовал вину, — оставив меня гореть на заднем сиденье. Он назвал это «тактическим решением». Я назвала это смертным приговором. Я думала, что потеря памяти — это проклятие, но это был дар. Он избавил меня от иллюзии любви. Я увидела мужчину, который обращался со мной как с удобным предметом мебели. Я увидела в Валерии соперницу, которая ухмылялась, забирая мою работу и мое место. Когда она подожгла комнату, чтобы подставить меня, Дамир снова спас ее, оставив меня задыхаться в дыму. Он даже выставил меня воровкой перед всем Советом, чтобы защитить ее ложь. Он думал, что я всегда буду рядом, послушная статуя, ждущая его подачек. Он ошибался. Я сбежала в Питер и попала прямо в объятия его заклятого врага, Егора Соколова. Человека, который не просто обещал защитить меня, а прошел за меня сквозь огонь. Спустя месяцы, когда Дамир наконец осознал правду и приполз ко мне под дождем, умоляя о втором шансе, я посмотрела ему прямо в глаза. «Забыв тебя, я впервые узнала, что такое покой». Я взяла Егора за руку, позволяя Дамиру увидеть, что именно он потерял. «А вспомнив, лишь убедилась, что ты — ошибка, которую я больше никогда не совершу»./0/27452/coverorgin.jpg?v=31a930467ddfc632ee3ca4daed7e5990&imageMogr2/format/webp)
Слишком поздно для сожалений: Мёртвая невеста мафии
В день моей свадьбы, когда я должна была стать крёстной матерью мафии, всё обернулось кошмаром. Мой жених-миллиардер, родной брат и лучшая подруга силой заставили меня выпить стопку крепкого алкоголя. Они сделали это лишь для того, чтобы успокоить плачущую сироту Алису, подопечную моего жениха. У меня была смертельная аллергия, но они решили, что я просто устраиваю сцену из ревности. Брат жестоко заломил мне руки, подруга влила жгучий яд мне в горло, а жених холодно приказал прекратить драму. Я задохнулась насмерть от анафилактического шока прямо на спине человека, которого любила больше жизни. Став призраком, я в оцепенении смотрела, как Алиса наотмашь бьёт мой труп по лицу и хладнокровно замазывает предсмертную сыпь толстым слоем тонального крема. «Она просто отключилась от алкоголя» С невинной улыбкой солгала она им. И они с облегчением поверили, со смехом заперев моё бездыханное тело в машине, называя меня упрямой и избалованной принцессой. Я парила рядом и кричала до хрипоты, кричала, что уже мертва, что они убили меня своими собственными руками. Как могли те самые люди, что клялись защищать меня до последнего вздоха, так слепо и безжалостно столкнуть меня в бездну? Когда они наконец открыли запертую дверь и фата соскользнула с моего почерневшего, распухшего лица, роскошная свадьба в одночасье превратилась в похороны. Глядя, как мой непобедимый жених воет от разрывающего горя, в кровь разбивает себе лицо и в отчаянии выпивает яд, моя душа не дрогнула. Вся моя любовь к ним выгорела дотла, и на её месте осталась лишь ледяная пустота./0/24167/coverorgin.jpg?v=accf52947e18281a6106b91eff2734f4&imageMogr2/format/webp)
Слишком поздно для сожалений: Возвращение брошенной жены
Я смотрела, как мой муж не глядя подписывает стопку скучных отчетов, увлеченно переписываясь с женщиной, которую действительно любил. Он нацарапал свою рваную подпись, которой обычно выносил смертные приговоры для половины Москвы, даже не заметив, что я подсунула ему документы об аннулировании нашего брака. — Готово, — бросил он ледяным тоном, снова уставившись в экран. Три года я отстирывала кровь с его рубашек и спасала альянс его семьи, когда его бывшая, Софья, сбежала с другим. Взамен Давид обращался со мной как с удобной мебелью. Он бросал меня одну под проливным дождем, чтобы спасти Софью от сломанного ногтя, а в мой день рождения наливал мне ее любимый виски, забыв, что я презираю этот вкус. Я была лишь тенью, жалкой заменой в собственном доме, пока он сходил с ума по другой и отдавал ей все свое тепло. Устав от этого унижения, я сожгла наш свадебный портрет в камине, бросила свое платиновое кольцо в остывший пепел и села на рейс в один конец до Сан-Франциско. Я думала, что наконец-то вырвалась из позолоченной клетки на свободу и навсегда исчезла из его жизни. Но я жестоко недооценила Давида. Когда несколько недель спустя он наконец открыл ту папку и понял, что собственными руками отказался от преданной жены, Жнец не смирился с потерей. Он сжег весь преступный мир дотла, одержимый желанием вернуть женщину, которую сам же когда-то выбросил./0/23072/coverorgin.jpg?v=c55822b71679d341556cb6ca47280456&imageMogr2/format/webp)
