Фиктивный брак с самым могущественным миллиардером

В тщательно украшенной квартире Лилия с улыбкой ждала Марка, чтобы отпраздновать третью годовщину их отношений. Но вместо звонка в дверь на телефон пришло сообщение с неизвестного номера: фотография, на которой её жених и её сводная сестра Полина сплелись обнажёнными телами. Фоном служила спальня их будущего семейного гнёздышка, которое Лилия с любовью обустраивала, а Полина на фото нагло показывала в камеру знак победы. Пока Лилия стояла, задыхаясь от боли, позвонила её мать. Она не стала слушать дочь, а лишь приказным тоном велела ей идти на свидание вслепую с влиятельным человеком из семьи Воронцовых. «Для нашего семейного бизнеса это будет очень полезно. Не будь неблагодарной». Три года верности Марку и заботы о сестре оказались гигантским, жестоким фарсом. В глазах жениха и собственной семьи она была лишь ничтожным инструментом, который можно использовать, публично унизить и выбросить на помойку. Слушая гудки в трубке, Лилия вдруг рассмеялась, вытерла слёзы и швырнула своё белое праздничное платье в мусорное ведро. Она надела чёрное платье с открытой спиной и отправилась на встречу с тем самым холодным и пугающим Степаном Воронцовым. Она шла не на свидание, она шла на войну. Сев напротив мужчины, Лилия положила на стол брачный контракт. «Мне нужен муж по закону. Я хочу вернуть всё, что принадлежит мне».

Между трех охней

Очередная потеря работы заставила меня стать танцовщицей ночного клуба. Лучше я сидела без работы и крыши над головой, чем выбирала между тремя мужчинами, которые готовы начать войну между собой моё внимание и сердце. Двое поспорили: кто первый добьется моего внимания и затянет меня в постель. Третий - хладнокровно наблюдает за игрой оппонентов и улыбается, он знает, как получить свое. А тот, что мне нравится, вообще держится в стороне. Вот и как быть?

Плен его мести

Мне достаточно лет для того, чтобы понимать - куда выстлана дорога благими намерениями. Я родилась в семье, в которой противопоказано иметь доброе сердце, но с моим чувствительным органом уже ничего не поделать. Мой отец прослыл в местности жестоким и властным тираном, но только не по отношению к своим детям. В нашем доме часто слышны крики разных людей, которых страшно пытали прихвостни отца, но я всегда старалась держаться от этого всего в стороне... По крайней мере до того дня. Я решила спасти мужчину, закованного в цепи во тьме нашего подвала. "Лучше уходи отсюда, девочка. Таким, как ты, здесь не место" - сказал он мне вместо того, чтобы умолять о спасении. Его пустые печальные глаза сильно взбудоражили душу и я впервые пошла наперекор отцу - выпустив пленника из его подвала. Но благодарности я за это так и не дождалась. Если бы я только знала тогда, снимая цепи с измученных запястий, о том, что вскоре сама стану его пленницей, никогда бы не выпустила Дьявола из клетки. Взамен "спасибо" за спасение я получила следующие слова: "Я запятнаю то, что ему дорого, сорву твой нежный цветок и буду отправлять фото отчёт твоему отцу о каждой нашей проведённой ночи..."

Незабываемая Одержимость

В тот самый день, когда Вера получила заключение, подтверждающее рак у её мужа, он вручил ей документы на развод. Все думали, что умирает именно Вера, а её свекровь с усмешкой бросила: «Зачем тратить деньги, если тебе всё равно не жить?» Муж резко заявил: «Она беременна. Между нами всё кончено». Но в день, когда Вера подписала бумаги о разводе, она вышла замуж за безжалостного магната. Когда одна за другой стали раскрываться её тайны, он понял, что она и есть та женщина, которую он так долго искал. И пока магнат становился одержим ею, её бывший муж и его семья тонули в сожалениях. Вера лишь улыбнулась: «Говорил, чтобы я отказалась от лечения? Забавно. Ведь болен-то ты».

Теперь я живу только для себя: история ложного брака и истинного прозрения

Семь лет мы с Константином жили в фиктивном браке, потому что он убедил меня в своем наследственном бесплодии. Я смирилась и втайне растила нашу случайно зачатую дочь. Но в тот день, дежуря в больнице, я увидела, как мой вечно холодный муж в панике бежит за каталкой. На ней лежала невеста его брата, Софья, с простым вывихом лодыжки, а он нежно гладил ее волосы и требовал лучших специалистов. Я вспомнила, как во время тяжелой беременности умоляла его приехать, а в ответ слышала лишь равнодушное «я занят». Позже его семья попыталась вышвырнуть меня из дома, чтобы завезти новую мебель для Софьи, а его друзья в ресторане специально подставили подножку официанту с кипящей ухой, чтобы проучить меня. Суп полетел прямо на нас. Константин инстинктивно бросился закрывать собой Софью, с силой оттолкнув меня. «Не думай, что он тебя спасал, просто ты мешалась», — со смехом бросил его друг. Константин сжал мое запястье и посмотрел с ледяным презрением, обвиняя в том, что я устраиваю истерики лишь для того, чтобы привлечь его внимание. В этот момент до меня окончательно дошло: его бесплодие было жалкой ложью, он просто никогда не хотел ребенка от меня. Я посмотрела на этого самодовольного мужчину, и последние остатки любви в моем сердце выгорели дотла. «Ты скоро узнаешь, что то, чего я хочу, ты мне больше дать не сможешь». Я публично заявила на собрании о его тяжелой импотенции, отдала роскошную мебель Софьи грузчикам в качестве чаевых, выбросила обручальное кольцо в озеро и оставила подписанные бумаги на развод. С этого момента я буду жить только ради себя и своей дочери.

Сладкая месть: триумфальное возвращение гениального дизайнера Лазурь

Восемь лет я была идеальной и покорной женой миллиардера Леона Кочеткова, отказавшись ради брака от своего имени и будущего. Но в день нашей годовщины он так и не приехал. Вместо этого по телефону я услышала кокетливый смех его подруги детства Арины. Там же был и мой родной сын. Он радостно кричал, что подарки Арины круче, а родная мать — просто скучная и душная. Леон даже не попытался извиниться. Он позволил любовнице занять высокую должность в своей компании, а нашему сыну — переехать к ней жить. Когда я подала на развод, выяснилось, что по кабальному брачному контракту мне не достанется ничего, даже опеки над ребёнком. Вскоре я случайно застала мужа и Арину за интимом в тонированном автомобиле на парковке и успела снять их на камеру. Чтобы уничтожить улики, личный охранник Леона с силой швырнул меня на бетон, едва не сломав мне спину. «Этого хватит, чтобы тебя осмотрели лучшие врачи Москвы», — холодно усмехнулся муж, бросив мне под ноги чек. Он лично отформатировал мой телефон до заводских настроек и уехал, абсолютно уверенный в своей безнаказанности. Он думал, что я так и останусь слабой, раздавленной домохозяйкой, которую можно стереть в порошок и выкинуть на улицу. Но он забыл, кем я была до того, как надела обручальное кольцо. Превозмогая дикую боль в плече, я подключила разбитый аппарат к бортовому компьютеру машины. Мои пальцы привычно забегали по сенсору, вводя сложный программный код, и через пару минут все удалённые компрометирующие видео восстановились. Я больше не жалкая госпожа Кочеткова, а гениальный разработчик. И теперь я заставлю их заплатить за всё.