Брошенная наследница: Брак с неприступным магнатом

Я сидела в машине у аэропорта, ожидая подругу, когда на телефон пришло уведомление с видеорегистратора моего Range Rover. На экране в прямом эфире мой жених Филипп, с которым мы были вместе три года, страстно стонал чужое имя. Именем этим было имя моей младшей сестры — Сюзанны. Они занимались сексом прямо на заднем сиденье моей машины. Стиснув зубы, я сохранила запись и приехала в семейное поместье, чтобы разоблачить их предательство. Но вместо поддержки я получила лишь ледяное презрение от собственной семьи. Дядя и тетя обвинили во всем меня. «Ты сама его оттолкнула, ты слишком холодная! Посмотри, до чего ты их довела!» Ради акций компании они тут же передали мою помолвку Сюзанне, а дядя попытался силой отобрать у меня документы на мой трастовый фонд, чтобы оставить меня ни с чем. Я отдала этой семье все, работала на износ, защищала Филиппа перед всеми, а в итоге оказалась злодейкой в их переписанной истории. Они думали, что без их фамилии и денег я стану никем. Думали, что я проглочу унижение и просто исчезну. Но они жестоко ошибались. Я собрала вещи и отправилась прямиком к Адаму Козловскому — безжалостному миллиардеру, «призраку Москва-Сити» и... родному дяде Филиппа. «Мне нужен фиктивный брак на два года», — предложила я человеку, которого боялась вся столица. Я хотела использовать его власть и капитал, чтобы стереть свою семью в порошок, но тогда я еще не знала, что этот дьявол уже давно расставил на меня свои сети.

Фееричное возвращение разведенной ясновидящей

Два года Екатерина была тихой, покорной женой наследника империи Максимовых. Она готовила ему ужины, гладила рубашки и молча сносила издевательства его богатых друзей, скрывая свою истинную природу. Но однажды ночью GPS-трекер привел её к полуоткрытой террасе VIP-клуба. Там её муж Александр нежно обнимал хрупкую Арину. — Она уральская деревенщина, ей здесь не место, — со смехом сказал Александр любовнице. — Юристы уже готовят развод, на следующей неделе она уберется. Слова ударили под дых. Друзья мужа окружили Екатерину, насмехаясь над её дешевым бежевым пальто. Арина пряталась за его спиной, разыгрывая невинную жертву с фальшивыми слезами. Александр лишь брезгливо требовал, чтобы жена перестала его позорить. Позже его высокомерная семья решила добить её, намеренно разбив самое ценное — древнюю гадальную шкатулку её покойной матери. Они были уверены, что бесправная «провинциалка» будет ползать на коленях и умолять о жалких алиментах. Острая боль в груди Екатерины быстро сменилась абсолютным льдом. Два года она заботилась о нем, терпела этих необразованных животных в дорогой одежде. Все её жертвы оказались жалкой шуткой. Зачем она вообще сдерживала свой дар ради этого высокомерного предателя? Утром в свой день рождения Екатерина молча подписала отказ от всех их грязных денег. Она сбросила уродливый плащ, надела роскошное бордовое платье с открытой спиной и вошла в элитный пентхаус. Пришло время вспомнить, кто она такая — мастер древних искусств, видящая чужие грехи и скорую смерть. Теперь она будет с наслаждением смотреть, как семья Максимовых уничтожает сама себя.

Обожженная ядом, спасенная дьяволом

Я вернулась из Европы, дипломированный врач из влиятельной мафиозной семьи Золотовых. Но на приеме в честь моего возвращения меня ждала смертельная ловушка. Моя кузина Глория подмешала мне в бокал боевой химический препарат. Это был экспериментальный афродизиак, вызывающий фатальную гипертермию. Она заплатила жалкому портовому грузчику, чтобы тот обесчестил меня на заброшенном холодильном складе. Она хотела, чтобы я заживо сгорела изнутри, а моя репутация была уничтожена. Чтобы выжить и погасить плавящий органы огонь, мне пришлось броситься на единственного человека в морозильнике, от которого исходил неестественный, парализующий лед. Это был Дмитрий Давыдов — Железный Король преступного мира Чикаго. Едва я пришла в себя, дверь распахнулась. Глория привела моего отца и бабушку, чтобы публично меня раздавить. — Посмотрите на нее! Шлюха! — торжествующе кричала она, не понимая, в чью тень только что ступила. Мой отец в ужасе отшатнулся, готовый пожертвовать мной, лишь бы не навлечь на себя гнев Дона. Моя собственная кровь пыталась стереть меня в порошок из-за жалкой ревности. Они думали, что я — покорная овца, которая смирится с позором и верной смертью. Но яд все еще кипел в моих венах, и жгучая ярость оказалась сильнее страха. Я не стала умолять о пощаде и оправдываться. Вонзив каблук в руку Глории, я посмотрела прямо в бездонные, черные глаза Дьявола и предложила ему сделку. Мои медицинские знания от его смертельной ледяной болезни в обмен на его власть и кнут. Я объявляю вендетту, и я заставлю предателей умыться их же собственной кровью.

Перерождение в жену миллиардера: Отвергнутая супруга блистает в прямом эфире

Я очнулась от многомесячного тумана сильнодействующих препаратов и поняла, что нахожусь под прицелом камер реалити-шоу, созданного исключительно для моего публичного уничтожения. Мой пятилетний сын Дамиан стоял в дверях, и при виде меня его крошечное тело задрожало. Он инстинктивно закрыл голову руками, вжимаясь в стену и готовясь к удару. В этот момент страшная правда обрушилась на меня: я собственными руками ломала психику своего ребенка, став марионеткой в жестокой пиар-игре моего влиятельного мужа. Съемочная группа намеренно провоцировала у Дамиана панические атаки, агрессивно тыча микрофоном ему прямо в лицо. «Отмените эту психопатку, она не заслуживает быть матерью!» — разрывался от ненависти чат прямой трансляции. Другие «идеальные» звездные матери издевались над нами, лицемерно пытаясь отобрать моего сына на камеру. Жеребьевка была подстроена: нас с ребенком отправили выживать в гниющую ледяную лачугу без крыши, еды и отопления. Продюсеры и мой муж ждали лишь одного — когда я замерзну, сломаюсь и с позором подпишу документы на развод в прямом эфире. Как я могла позволить им превратить себя в монстра в глазах собственного сына? Они были абсолютно уверены, что я — просто истеричная, накачанная таблетками светская львица, не способная даже разжечь огонь. Но они не знали, что слабая Сесилия навсегда умерла в то утро. Я туго перевязала кровоточащую рану на руке, подняла с земли ржавый молоток и посмотрела прямо в объектив камеры. В этот раз я разорву их грязный сценарий, голыми руками построю для сына крепость и заставлю пожалеть каждого, кто посмел его обидеть.

От омеги без волка до королевы враждебного альфы

Семь лет я отдала Александру, пожертвовав стипендией в Лиге плюща и временем с больной матерью, чтобы поднять его компанию со дна. Но стоило его первой любви Диане вернуться из-за границы, как он без колебаний отдал ей мою должность вице-президента. Желая узнать, что происходит, я подошла к его кабинету с двумя стаканчиками горячего латте, но сквозь приоткрытую дверь услышала то, что разбило мою жизнь на осколки. - Наш обряд соединения - просто спектакль для старейшин, - со смешком говорил Александр своему Бете. - Она сломанная Омега без волка. Пусть скажет спасибо, что я вообще на неё смотрю. Как только я закреплю власть, я от неё избавлюсь, а её проект отдам Диане. Мой желудок сжался от тошноты и ледяного ужаса. Семь лет я была для него лишь удобным инструментом, жалкой заменой, которую он втайне презирал за отсутствие внутреннего волка. Вся моя взрослая жизнь оказалась жестокой ложью, построенной на фальшивых обещаниях истинной пары. Но вместо того, чтобы ворваться в кабинет в слезах и умолять его одуматься, я молча выбросила кофе в мусорное ведро. Вернувшись домой, я скачала все свои стратегические разработки, распечатала официальное уведомление об отвержении пары и открыла письмо от его злейшего врага - легендарного Ликана Германа Соколова. - Я принимаю ваше предложение, - написала я, стирая прошлую себя навсегда.

Из тюремной камеры — в мишень миллиардера

Мою лучшую подругу Элеонору убили, а все улики, включая искусно поддельные сообщения, указали на меня. Мужчина, которого я тайно любила с подростковых лет, влиятельный Эдуард Макаров, даже не дал мне шанса оправдаться. Он заставил меня умолять его под ледяным дождем, а затем пригрозил моей семье полным банкротством. Мои собственные родители тут же отреклись от меня, брезгливо передав прямо в руки полиции. В Бутырской тюрьме Эдуард заплатил огромные деньги, чтобы превратить мою жизнь в бесконечный ад. Заключенные топили меня в унитазе и жгли кожу раскаленным утюгом. А во время подстроенного тюремного бунта мне вырезали почку, чтобы продать на черном рынке. Мои голосовые связки сгорели в пожаре, оставив вместо голоса лишь жуткий хрип. Спустя три года я вышла за ворота — истощенная, искалеченная тень без имени. Я до сих пор не понимала, как легко родная кровь выбросила меня на растерзание, и кто на самом деле хладнокровно убил Элю в ту роковую ночь. Наивная Евдокия умерла на тюремном бетоне. Чтобы не умереть от голода, я устроилась ночной уборщицей в «Бархатную комнату» — тот самый элитный клуб, где нашли тело моей подруги. Я думала, что стану безмолвным призраком с ведром и шваброй. Но однажды на темной лестнице я наткнулась на блестящего психиатра Эрика Минаева. Заметив мою панику, он случайно обхватил меня за талию и замер, нащупав под дешевой униформой грубый, зазубренный шрам от украденного органа. — У уборщиц не бывает таких шрамов, — тихо произнес он, и в его глазах вспыхнул опасный интерес.