Тайные тройняшки: Второй шанс миллиардера

На похоронах моей мамы шел безжалостный ледяной дождь. Я стояла у разверстой могилы совершенно одна, будучи на седьмом месяце беременности. Мой муж, Гордей, не пришел. Его помощник клялся, что он застрял на экстренном совете директоров, но случайное уведомление в телефоне показало правду: Гордей сиял под вспышками камер на гала-вечере, а за его руку держалась его бывшая, Клара. В ту же ночь он привел ее в наш пентхаус, заявив, что у нее паническая атака. От его рубашки тошнотворно несло ее духами, а на воротнике алел след от помады. На нашем столике он небрежно оставил пакет от Тиффани — колье ко дню рождения Клары. «Не начинай, я вымотан», — раздраженно бросил он, когда я посмотрела на него. Пока я задыхалась от горя по матери, мой муж смеялся со своей любовницей в соседней комнате. Он был настолько слеп в своем эгоизме, что за все это время даже не заметил мою беременность. Как я могла позволить ребенку родиться в этом холодном, пропитанном ложью доме? Дождавшись рассвета, я оставила на столе подписанные бумаги на развод и поддельное медицинское заключение об экстренном прерывании беременности, после чего исчезла без следа. Пять лет спустя я стала владелицей элитного теневого аукциона. И сегодня Гордей переступил его порог, даже не подозревая, что дерзкая пятилетняя девочка, только что написавшая розовым баллончиком слово «Бездельник» на капоте его бронированного Майбаха — его родная дочь.

Жестокая игра-реванш отвергнутой жены

В день нашей третьей годовщины я приготовила идеальный ужин, но муж отменил всё, сухо сославшись на срочное совещание. Тревожась за него, я открыла локатор и нашла его не в офисе, а в самом дорогом романтическом ресторане города. Он сидел там со своей бывшей девушкой из колледжа. На моих глазах он нежно надел на её запястье сандаловый браслет — тот самый, за которым я летела двенадцать часов в отдаленный монастырь, вымаливая для него защиту и успех. От шока и предательства у меня, на седьмом месяце беременности, прямо в машине начались дикие схватки и отошли воды. Корчась от невыносимой боли, я звонила мужу, но видела через стекло, как он раздраженно сбрасывает мои вызовы, смеется с любовницей и кладет телефон экраном вниз. Я вызывала скорую сама, теряя сознание от боли и страха за ребенка. Мне сделали экстренное кесарево сечение в полном одиночестве, пока моя крошечная дочь боролась за жизнь в реанимации. Очнувшись после операции, я набрала его номер в последней отчаянной надежде. — Юлиан сейчас в душе, — ответил из нашей супружеской спальни самодовольный голос его любовницы. — Что-нибудь передать? Пока я буквально умирала на операционном столе, он привел ее в нашу постель. Прежняя наивная жена умерла в ту же секунду, уступив место ледяной, расчетливой ненависти. Я попросила подругу тайно купить мне самый реалистичный силиконовый живот для беременных. Мой муж никогда не узнает, что наша дочь уже родилась, пока я не заберу у него всё и не пущу его империю по миру.

Под влиянием инкуба

- Твои страхи пахнут восхитительно, - Рудольф провёл языком по лезвию изо льда, и оно расплавилось кислотою. - Как детский плач и перегар. Думаешь, они делают тебя слабой? Нет... они делают тебя вкусной.

Безупречное и эффектное возвращение нежеланной жены

Эллина вошла в спальню с чаем для мужа, но Константин в наркотическом угаре набросился на неё, обвиняя в попытке одурманить и силой овладел, разорвав платье и унизив до конца. После он швырнул ей в лицо бумаги о разводе, потребовал подписать и пригрозил нищетой, а потом ушёл, оставив её в шоке и боли. Она подписала, отказалась от пяти миллионов, ушла под дождём из особняка, но вскоре обнаружила беременность и поняла, что Константин с новой любовницей Кристиной вернутся, чтобы отнять ребёнка. Четыре года тайной жизни в Париже сделали её сильной и холодной, но при возвращении на день рождения деда все в семье смотрели на неё как на грязную предательницу, а Константин готов был уничтожить. Она спокойно оттолкнула охрану, вошла в зал и твёрдо решила, что теперь Константин заплатит за всё, а сын останется только с ней.

Прощай, бывший, здравствуй, муж-миллиардер

Тяжёлая дверь суда по семейным делам захлопнулась за моей спиной. Мой муж Владислав, с которым мы прожили четыре года, только что развелся со мной ради своей любовницы Жанны. Он швырнул мне конверт с пятьюдесятью тысячами долларов, назвав это «выходным пособием», пока его новая пассия сверкала бриллиантом и фальшиво сочувствовала. Но самое страшное было в другом: по условиям дедушкиного траста, если я не выйду замуж в ближайшие 72 часа, то потеряю всё. Я разорвала его жалкий чек и в отчаянии предложила фиктивный брак первому встречному в баре — обычному страховому агенту Кириллу. Когда семья бывшего узнала об этом, они устроили мне настоящую травлю. Моя мачеха публично вымогала у меня деньги, а бывшая свекровь дала мне пощёчину и толкнула на острый гравий. «Чтобы я больше никогда не видела твоего лица, дешёвка!» Владислав и Жанна лишь смеялись, глядя на мои разбитые в кровь колени, и хвастались тем, что уже добились увольнения моего нового «нищего» мужа. Лёжа в грязи, глядя на разбитый каблуком Жанны телефон, я чувствовала себя абсолютно раздавленной. За что мне всё это унижение? Я думала, что проиграла окончательно и потянула за собой на дно ни в чём не повинного человека. Но в этот момент гнетущую тишину прорезал визг тормозов. Из элитного чёрного внедорожника, излучая пугающую, ледяную ярость, вышел Кирилл, и я поняла, что мой случайный муж — совсем не тот, за кого себя выдаёт.

Слишком поздно, миллиардер: я не по карману

«Ты просто мусор из трейлера, Джейми. И всегда им останешься». Эти слова мужа-миллиардера были единственным «спасибо» за три года брака, в течение которых я тайно создавала сложнейшие алгоритмы для его технологической империи. Пока Карлтон Гибсон блистал на обложках журналов как «гений индустрии», я прятала свой интеллект за вульгарным макияжем и ролью безмозглой куклы в розовых перьях. В день нашего развода он швырнул мне бумаги, заявив, что я уйду из дома ни с чем, и приказал охране выставить меня за ворота. Он был уверен, что я - лишь пустая оболочка, которую он когда-то «милостиво спас из грязи» и сделал своим талисманом. В моей прошлой жизни я совершила роковую ошибку: я плакала, цеплялась за его брюки и умоляла о жалости перед всей его высокомерной семьей. Карлтон наслаждался моим унижением, а когда я стала бесполезной, просто вычеркнул меня из реальности. Всё закончилось в ванне, полной красной воды, где я испустила последний вздох, осознав, что отдала свой гений человеку, который меня уничтожил. До самой смерти я не могла понять, как позволила этому ничтожеству присвоить мои труды и растоптать мою гордость. Фантомная боль в запястьях и жгучая обида преследовали меня до последнего мгновения, оставляя лишь один вопрос: почему я не дала отпор? Но внезапный, резкий вдох разорвал пелену небытия. Я очнулась в особняке Гибсонов ровно за три года до своей гибели - в тот самый день, когда Карлтон решил со мной развестись. В этот раз сценарий изменится навсегда. Я стерла основной код компании с серверов, сменила розовый пеньюар на строгое черное платье и вышла в холл с ледяным спокойствием, готовая смотреть, как империя Гибсонов рушится без своего настоящего создателя.