Фиктивный брак: Мой муж оказался тайным миллиардером

Я вложила всю душу в свою кофейню, но для матери я была лишь товаром, который нужно срочно сбыть с рук на очередном свидании вслепую. Вылив ледяной латте на голову очередного самодовольного урода, требовавшего закрыть мой бизнес и стать его кухаркой, я дошла до точки кипения. В отчаянии я сделала самое безумное предложение в своей жизни — попросила случайного свидетеля, бывшего одногруппника моего брата, стать моим фиктивным мужем, чтобы отвязаться от семьи. Владимир невозмутимо согласился, но жестко вычеркнул из контракта пункт о раздельном проживании. В тот же день наши паспорта украсили штампы из ЗАГСа, а он с потертым чемоданом перешагнул порог моей тесной однушки. Он виртуозно осадил по телефону моего разъяренного брата, заявив, что безумно меня любит. Но с каждым часом происходящее казалось все более сюрреалистичным: его «подержанная рухлядь» выглядела как люксовый седан, а манеры никак не вязались с образом рядового менеджера. Меня охватила паника. Накануне мать с благоговением упоминала баснословно богатую семью Кононовых, владеющую корпорацией «Монолит-Капитал». Неужели мой новоиспеченный «бедный» муж Владимир Кононов — наследник миллиардной империи? За кого я вообще вышла замуж и зачем ему эта изощренная игра со мной? Прежде чем я успела потребовать ответов, в мою кофейню вломился бывший парень-изменщик, устроив публичный скандал. И в этот момент двери распахнулись: Владимир вошел внутрь в безупречном черном костюме, его ледяной взгляд мгновенно вжал моего бывшего в стул, а на мои плечи властно лег его пиджак. «Пойдем, мы едем домой».

Под гнетом новой жизни Часть 2

Пройдя суровое обучение и по стечению обстоятельств став кандидатом в личные телохранители Клайда, Аланану предстоит доказать, что он достоин называться защитником и пройти испытания в ежегодном отборе среди всех академий. Новые тайны, опасные личности и смертельная опасность в очередной раз перевернут мировоззрение и заставит пойти на отчаянные шаги, чтобы выжить и скинуть оковы прошлого, но сможет ли он это сделать?

Он был другом моего жениха, а стал моим мужем-миллиардером

Ксения тщательно поправляла макияж, предвкушая романтический ужин в честь годовщины с женихом Фёдором, наследником влиятельной империи Поляковых. Но экран телефона внезапно загорелся от анонимного сообщения, которое вдребезги разбило её жизнь. На прикреплённом видео Фёдор в баре беззастенчиво флиртовал с другой женщиной, чья рука двусмысленно лежала на его бедре. Примчавшись по указанному адресу, Ксения застала эту унизительную картину вживую. Друзья жениха открыто насмехались над ней, называя «будущей хозяйкой с проверкой», а любовница смотрела с наглой, победной ухмылкой. Прямо на глазах у злорадствующей толпы Ксения включила видео с изменой на полную громкость. «Фёдор Поляков, наша помолвка расторгнута», — ледяным тоном бросила она, со всей силы ударив предателя каблуком в живот. Но этот смелый шаг означал абсолютную катастрофу. Небольшая компания её семьи полностью зависела от заказов Поляковых, и разрыв помолвки гарантировал им немедленное банкротство. Высокомерная мать Фёдора тут же попыталась замять скандал, угрожая уничтожить Зайцевых, если Ксения не смирится с «ошибкой молодости» её сына. Преданная любимым человеком и припёртая к стенке его властной семьёй, Ксения стояла на ночной улице, охваченная отчаянием и гневом. Она лишилась будущего, а её семья оказалась на грани разорения из-за чужой похоти. Кто и зачем прислал ей этот компромат? Неужели ей придётся молча проглотить это унижение? В этот момент рядом плавно остановился роскошный чёрный Aurus, за рулём которого сидел Кирилл Волков — самый могущественный и загадочный человек из круга её бывшего жениха. «То анонимное сообщение отправил я», — спокойно произнёс он, протягивая ей папку с документами. «Выходи за меня. Фиктивный брак на год, сто миллионов рублей компенсации, и никто больше не посмеет тебя тронуть». Глядя на брачный договор, Ксения без колебаний взяла ручку и поставила подпись, готовясь стать главным кошмаром Фёдора.

Перерожденная наследница: Брак с императором Уолл-стрит

Я лежала на холодной больничной койке, парализованная действием препаратов, и чувствовала, как моя кровь по трубкам перетекает в вену моей сводной сестры. Мой жених, который завтра должен был стать моим мужем, стоял рядом с моим приемным отцом. Они смотрели на меня сверху вниз и спокойно обсуждали время моей смерти. Оказалось, я была для них лишь идеальным донором и дойной коровой. Мой жених с улыбкой объяснил, что как только они закончат с кровью, хирурги вырежут мое сердце для сестры. А после того как я умру на операционном столе, все акции компании и трастовый фонд перейдут в их руки. Приемный отец холодно признался, что трагическая гибель моей матери тоже была их рук делом — они устранили ее, чтобы добраться до наследства. Я не могла пошевелиться, не могла даже закричать. Вся моя жизнь была фальшью, а люди, которых я любила больше всего, оказались безжалостными палачами. Я умирала в агонии, задыхаясь от жгучей несправедливости, прокусив себе губу до медного привкуса крови, желая лишь одного — разорвать их на куски. Но затем я судорожно вдохнула и снова открыла глаза. Я вернулась в прошлое, ровно за день до моей свадьбы с этим чудовищем. Только в этот раз я проснулась не в больнице, а в чужой мужской рубашке в роскошном пентхаусе. Из ванной вышел Юлиан Стерлинг — безжалостный император Уолл-стрит, чьего имени до икоты боялась моя «семья». Глядя в его холодные, как лед, глаза, я поняла, что нашла свое идеальное оружие. «Юлиан Стерлинг. Выходи за меня».

Жестокая игра-реванш отвергнутой жены

В день нашей третьей годовщины я приготовила идеальный ужин, но муж отменил всё, сухо сославшись на срочное совещание. Тревожась за него, я открыла локатор и нашла его не в офисе, а в самом дорогом романтическом ресторане города. Он сидел там со своей бывшей девушкой из колледжа. На моих глазах он нежно надел на её запястье сандаловый браслет — тот самый, за которым я летела двенадцать часов в отдаленный монастырь, вымаливая для него защиту и успех. От шока и предательства у меня, на седьмом месяце беременности, прямо в машине начались дикие схватки и отошли воды. Корчась от невыносимой боли, я звонила мужу, но видела через стекло, как он раздраженно сбрасывает мои вызовы, смеется с любовницей и кладет телефон экраном вниз. Я вызывала скорую сама, теряя сознание от боли и страха за ребенка. Мне сделали экстренное кесарево сечение в полном одиночестве, пока моя крошечная дочь боролась за жизнь в реанимации. Очнувшись после операции, я набрала его номер в последней отчаянной надежде. — Юлиан сейчас в душе, — ответил из нашей супружеской спальни самодовольный голос его любовницы. — Что-нибудь передать? Пока я буквально умирала на операционном столе, он привел ее в нашу постель. Прежняя наивная жена умерла в ту же секунду, уступив место ледяной, расчетливой ненависти. Я попросила подругу тайно купить мне самый реалистичный силиконовый живот для беременных. Мой муж никогда не узнает, что наша дочь уже родилась, пока я не заберу у него всё и не пущу его империю по миру.

Единственная дочь павших героев: Её слава расцветает после развода

Пять лет Дарина скрывала свое прошлое элитного бойца спецназа и гениального военного аналитика, чтобы быть покорной женой для Добрыни. Она тайно влила все правительственные выплаты за гибель родителей в его убыточный стартап, сделав его миллиардером. Но накануне дня, когда на базу должны были доставить прах ее родителей — национальных героев — Добрыня хладнокровно подарил единственную память о ее матери, рубиновое ожерелье, своей любовнице Карине. — Это просто кусок мутного стекла. Купи себе новое. Так он ответил, разбивая телефон Дарины, чтобы она не смела звонить и «портить настроение» его пассии. На следующий день он пропустил военные похороны, потому что мать любовницы «подвернула лодыжку». А когда Дарина принесла урны с прахом домой, свекровь брезгливо приказала прислуге выбросить их в подвал, так как они «портят фэншуй». Добрыня даже не попытался заступиться. Он выгнал Дарину из квартиры, требуя извинений перед его семьей. Последняя нить оборвалась в ресторане, когда во время внезапного вооруженного нападения и шквала пуль Добрыня инстинктивно бросился на пол, закрывая своим телом Карину, полностью забыв о жене на линии огня. Дарина смотрела на спину мужа, и в ее груди не осталось ничего, кроме ледяного пепла. Пять лет она скармливала наследие своей семьи волку, думая, что спасает ягненка. Долг в гражданском мире был выплачен сполна. Она вернулась в отель, открыла потайной сейф и надела на шею свои старые армейские жетоны. Затем она открыла ноутбук и активировала фатальный сбой в базовом алгоритме компании Добрыни — алгоритме, который когда-то написала она сама. «Готовьте документы, — написала она адвокату. — Мы начинаем войну».