icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Книги жанра Соврем для Женщин

Бестселлеры В процессе Законченные
Договор судьбы: мой тайный муж-миллиардер

Договор судьбы: мой тайный муж-миллиардер

Представьте, что выходите замуж за бедняка, а он оказывается богачом. Женщина не знала, чего ожидать, после того как её бросил парень и она вышла замуж за другого на следующий день. Её новый муж был красив, но она думала, что семейная жизнь не будет ничем особенным. Каково же было её удивление, когда она узнала, что муж на самом деле такой прилипчивый. Странно, но все проблемы, с которыми она столкнулась после свадьбы, решались с легкостью. Что-то явно не складывалось. Подозрительно она спросила его: «Что здесь происходит?» Муж, пожав плечами, ответил: «Может, просто удача на твоей стороне». Она поверила в это. В конце концов, она вышла замуж за него, когда он был на грани банкротства. Она была главным добытчиком семьи. Они продолжали жить, как простая пара. Поэтому ничто не могло подготовить её к неожиданности, которая её ждала. Её простой муж был не таким уж простым! Она не могла поверить, что на самом деле была замужем за миллиардером. Пока она ещё осмысливала шок, муж обнял её и улыбнулся: «Ну разве это не здорово?» У неё было миллион вопросов к нему.
Блестящее парфюмерное возвращение брошенной бывшей жены

Блестящее парфюмерное возвращение брошенной бывшей жены

Когда свекровь швырнула на стол фальшивую справку о бесплодии, Серафима поняла: брак окончен. Юлиан молча толкнул ей разводные бумаги, требуя подписи и исчезновения из жизни семьи Орловых-Бельских. Она не подписала. Вместо этого разбила ручку и обвинила мужа в трусости. За три года он ни разу не коснулся её, а теперь сваливал вину на неё. Маргарита вскочила с пощёчиной, но Серафима перехватила руку. Юлиан в ярости швырнул жену на кровать, и та ночь перевернула всё. Утром Серафима ушла, оставив записку: «Твоя техника отвратительна». Семь лет она скрывалась в Лондоне, где родила четверняшек. Выжили двое. Теперь она вернулась в Нью-Йорк как успешный парфюмер, готовая отомстить. В аэропорту она по ошибке забрала чужих детей — близнецов Юлиана. Настоящие Георгий и Александра остались с отцом. Никто не знал правды о подмене и о том, что Серафима жива. На благотворительном вечере она появится как основательница «Ауры». Ливия и Маргарита должны понять: та, кого они выбросили, теперь держит их за горло.
Его замысел моего стирания

Его замысел моего стирания

Когда я поняла, что код от сейфа моего мужа — это день рождения моей сводной сестры, земля ушла у меня из-под ног. Внутри я нашла его план — подробную инструкцию, как стереть меня из жизни. Он собирался забрать моего еще не рожденного ребенка для своей настоящей любви. Дополнительное соглашение к брачному договору было холодным и расчетливым: миллиарды активов, и все до копейки предназначались Карине. Ни рубля для меня, его жены, с которой он прожил десять лет. Он разорвал документы на развод, которые я ему предложила, угрожая отобрать у меня ребенка, используя всю свою власть. Карина заявилась ко мне домой, издеваясь и называя меня «удобным временным вариантом». Она хотела воспитывать моего ребенка как своего. Я осознала, что была не просто женой. Я была суррогатной матерью. Плодородной утробой, на которой он женился, потому что его настоящая любовь была бесплодна. Весь наш брак был чудовищной ложью, созданной лишь для того, чтобы произвести для них наследника. А потом на мою почту пришло анонимное письмо. В нем была аудиозапись, на которой мой муж называл меня своим «инкубатором». Именно тогда я поняла, что не могу просто уйти. Я должна была умереть.
Украденная мелодия, преданная любовь

Украденная мелодия, преданная любовь

Мой жених, Артём, и моя сестра, Кристина, украли песню, в которую я три года вкладывала всю свою душу. Это был мой шедевр, песня, которая должна была определить нашу совместную карьеру. Я услышала весь их план через приоткрытую дверь студии звукозаписи. — Это единственный способ получить премию «Авангард», Крис, — настаивал Артём. — Это твой единственный шанс. Моя собственная семья была в сговоре. — Талант-то у неё, я знаю, но с давлением она не справляется, — сказала Кристина, цитируя наших родителей. — Так будет лучше для семьи. Они видели во мне не дочь и не женщину, на которой Артём должен был жениться через три месяца, а лишь механизм, инструмент. Правда оказалась медленным, леденящим ядом. Мужчина, которого я любила, семья, которая меня вырастила, — они питались моим талантом с самого моего рождения. А ребёнок, которого я носила? Он был не символом нашего будущего, а последним замком на клетке, которую они для меня построили. Позже Артём нашёл меня дрожащей на полу нашей квартиры. Он изображал беспокойство. Притянул меня к себе, что-то шепча в волосы: — У нас столько всего впереди. Мы должны думать о ребёнке. Именно тогда я поняла, что должна делать. На следующий день я сделала звонок. Артём слушал по второй линии, его голос срывался от паники, которая наконец-то была настоящей, а я спокойно говорила в трубку: — Да, здравствуйте. Я бы хотела подтвердить свою запись на завтра. — На ту самую… процедуру.
Слишком поздно для сожалений: я выбрала себя

Слишком поздно для сожалений: я выбрала себя

Мы с моим лучшим другом детства Давидом заключили нерушимый договор: сначала вместе поступаем в МГУ, а потом покоряем весь мир. Но всего за час до закрытия приема документов он буднично заявил, что отказывается от нашей общей мечты. Он решил остаться в заурядном региональном университете ради Алисы — стипендиатки, которая виртуозно разыгрывала из себя беспомощную жертву. Он самонадеянно поставил меня перед фактом, ожидая, что я выброшу свое будущее на помойку и последую за ним, чтобы «помочь ей освоиться». Когда я отказалась, Алиса театрально разрыдалась, уткнувшись в его плечо и жалуясь на мою высокомерную жестокость. Давид пришел в ярость. Он публично обвинил меня в бессердечности, защищая ее как настоящий рыцарь в сияющих доспехах. — Извинись немедленно, иначе наши планы на будущее отменяются, и я заставлю тебя пожалеть! — прорычал он, крепко обнимая ее при всех. Он был так ослеплен своим комплексом спасителя, что с легкостью перечеркнул десять лет моей преданности и нашей любви. Он искренне думал, что я устрою истерику, поплачу пару дней, а потом покорно заберу документы и прибегу к нему. Но он не знал, что в тот момент, когда он утешал другую, в моей душе не осталось ничего, кроме звенящей пустоты. Глядя на их обнимающиеся силуэты, я молча нажала кнопку «Отправить» в приемную комиссию МГУ. Я купила билет на самолет в один конец, навсегда вычеркнув его из своей жизни.
Преданная невеста: Брак по контракту с генеральным директором

Преданная невеста: Брак по контракту с генеральным директором

Моя семья заставила меня выйти замуж ради спасения своего капитала. В день свадьбы я сбежала, в кровь разодрав руки в грязном переулке под проливным дождём, думая, что спаслась. Но я и представить не могла, на что готовы пойти мои родные. Случайно получив доступ к внутренней переписке PR-отдела, я увидела сообщение от мачехи: «Убедитесь, что фата плотно закреплена, никто не должен видеть лица дублёрши. Как только клятвы будут произнесены, Елена будет связана по закону». Моя кровь застыла в жилах. Они не отменили церемонию. Они собирались подделать мою подпись на свидетельстве о браке, чтобы юридически привязать меня к Дмитрию Соколову — конченному наркоману, чья семья погрязла в долгах на триста миллионов долларов. Мой собственный отец сфабриковал грязный скандал в прессе, чтобы оправдать эту поспешную свадьбу, и теперь продавал меня в финансовое рабство, лишь бы банк не лишил их активов. Для них я была не дочерью, а просто куском мяса, которым можно расплатиться с кредиторами. Я стояла в чужой рубашке, дрожа от боли в вывихнутой лодыжке, и смотрела на экраны, где вот-вот должна была начаться моя собственная фальшивая свадьба. Слёзы высохли, уступив место ледяной, всепоглощающей ярости. Я больше не собиралась прятаться и быть безмолвной жертвой. Переодевшись в форму горничной, я проникла в отель и взломала главную систему трансляции. Я уничтожу их прямо на глазах у всей элиты Манхэттена, а поможет мне в этом человек, чьего имени боится весь город — безжалостный миллиардер Кирилл Державин.
Слишком поздно для сожалений: Я выбрала миллиардера

Слишком поздно для сожалений: Я выбрала миллиардера

На ежегодном благотворительном балу я планировала сделать предложение Богдану, с которым мы были вместе долгих семь лет. Но, случайно выскользнув из зала, я услышала его пренебрежительный смех в кругу друзей: «Она скучная. Она мне надоела. Семь лет — на неё устаёшь смотреть». Всего через неделю он публично объявил о нашем расставании на светском приеме, прижимая к себе молодую и красивую новую пассию. Он унизил меня перед всей московской элитой, заявив, что наконец-то нашел «настоящую любовь», и великодушно предложил мне остаться просто друзьями. За закрытыми дверями он самодовольно заключил пари со своими приятелями. «Ей больше некуда идти. Дайте ей три дня, и она вернётся в слезах, умоляя меня принять её обратно». Он был абсолютно уверен, что я сломлена, зависима и не смогу жить без его подачек. Мои семь лет преданности, бессонных ночей у его постели и стертой ради него личности оказались для него лишь выброшенной старой игрушкой. Но вопреки его ожиданиям, я не плакала и не устраивала истерик. Я просто выбросила помолвочное кольцо, безжалостно разорвала в клочья свое свадебное платье и купила билет в один конец до Санкт-Петербурга. Прошло три дня, затем еще три. Я полностью исчезла из его мира. Когда Богдан, наконец, запаниковал и позвонил с требованием прекратить дуться и вернуться домой, в трубке раздался тихий смешок технологического миллиардера Максима Ширяева. «Моя жена спит и не может подойти к телефону. Сначала мне нужно разбудить её поцелуем».
Семь лет лжи, моё мстительное возвращение

Семь лет лжи, моё мстительное возвращение

Семь лет я отмывала места преступлений, стирая следы смерти, чтобы спасти жизнь своему сыну. Наконец-то я заработала те самые пятнадцать миллионов рублей на экспериментальное лечение, которое должно было избавить его от редкого генетического заболевания. Но когда я приехала в больницу, то случайно подслушала разговор моего парня, Влада. Речь шла не о лечении. Это был «социальный эксперимент», семилетняя проверка, чтобы доказать, что я не охотница за деньгами. Мой сын никогда не был болен. Моя лучшая подруга была с ним заодно, они смеялись. А потом я услышала голос своего сына. «Я не хочу, чтобы вонючая мама возвращалась. Я хочу тётю Жанну. От неё пахнет печеньем». Они унизили меня в его детском саду, назвав психически неуравновешенной уборщицей. Мой сын показал на меня пальцем и сказал всем, что не знает меня, а мужчина, которого я любила, оттащил меня в сторону, обвинив в том, что я — позор. Моя любовь была не любовью, а данными для исследования. Моя жертва — не жертвой, а спектаклем. Они настроили моего собственного ребёнка против меня ради своей больной игры. Они думали, что проверяют на прочность бедную, простую уборщицу. Они не знали, что он — Владислав Яров, наследник многомиллиардной империи. И они понятия не имели, что я — Алиса Орлова из семьи Орловых. Я взяла телефон и позвонила брату. «Я возвращаюсь домой».