Его нежеланная суженая, её запретная магия

доктора Павлова пронзили надвигающуюся тьму, спасательный круг, брошенный в пустоту. *Носит твоего наследника.* Фраза эхом отдавалась

ляторы к моей коже. Моя спина выгнулась дугой. Мир хлынул обратно с вздохом боли и

а. И я был

рую он так хорошо носил, наконец треснула. Его лицо было бледным, его штормовые глаза расширились от нарастающего,

л он, одно слово

сосредоточено на мне, его руки работали с отчаянной ск

её тело борется с яростью, которую я никогда не видел. Оно

ибутом нашего дома, был один последний раз. Ночь, подпитываемая отчаянной, глупой надеждой с моей стороны и, как я теперь поняла, моме

ь. Это была уже не просто моя жизнь. Яростная, первобытная волна защитного инстинкта накрыла м

его выражение было вихрем смятения, подозрения

себе часть самообладания. - Это уловка.

боко оскорбительным, что оно выжгло мои слёзы и

бы на это пошла? Ты думаешь, я бы выдумала ребёнка, чтобы заман

трел, его разум явно пытался обработать новую реальность. Наследник. Единственное, что он, как Альфа, был об

тся политические расчёты. Наследник всё усложнял. Он связывал его со мной так, как не свя

а ложь. Я это слышала. Уверенность исчезла, сменившись нитью паники. - Разрыв остаётся

ив стаи. Политический инструмен

о любила пять лет, на человека, который был отцом моего нерождённого ребёнка, и не почувствовала

ив меня в звенящей тишине. Я была одна, сломленная, отвер

сю дорогу от своего домика, её светлые волосы выбились из косы, щёки раскраснелись. Она бросила

беря мою руку. Её прикосновение было тёплым, резкий контраст

вой, не в силах говори

понизился до яростного шёпота. - О ребёнке. О, Клара. - Она сжала мою

Я не могу здесь оставаться, Соня. Я не могу растить ребёнка в его тени, чтобы с ним обраща

волит мне выносить ребёнка, а затем отбросит меня и будет растить своего наследника с Изабеллой

рёл силу. - Он на нейтральной территории. У н

атем медленная, решительная

Хорошо. Ты не останешься здесь, чтобы быть

муары, компоненты из мастерской, сумку с одеждой. Она отключит зачарованные обереги на окне моей палаты р

суровым для нас обеих. Но альтернатива - остаться, ж

сосредоточившись на крошечной жизни внутри меня. *Я защищу тебя*, - поклялась я молча, моя рука лежала

а был постоянным спутником. Каждый скрип в коридоре заста

ноги с кровати. Моя раненая нога закричала от протеста. Я прикусила губу, чтобы не закричать, на лбу в

слышала тихий щелчок из

на стену. Прохладный ночной воздух, ворвавшийся через открытое окно,

орую я покидала. Затем, с глубоким вздохом и молитвой Богине,