Его нежеланная суженая, её запретная магия

юстры, каждая размером с небольшую карету, источали свет, подобный замёрзшим звёздам, их сияние отражалось от полированного мраморного пола. Воздух гудел от ощутимой силы,

я почувствовала.

орое облегало мои изгибы, а затем расходилось к полу. Оно оставляло мои плечи обнажёнными, а волосы были убраны в элегантный узел, открывая дли

руппа у дверей затихла. Шёпот следо

тихийница из Е

на может замо

, и участвуе

атус, которого я никогда не заслуживала в своей собственной стае. Это опьяняло. Я позволила маленькой, уверенной улыб

щение власти и авторитета. Его глаза встретились с моими, и на миг я увидела то, чего не видела уже много лет. Проблеск собственничества. Его ч

летворение свернулось в животе. *Теперь, когда другие мужч

илось в бешеном, нервном ритме. Я не знала, что он скажет, чего потребует. Будет ли он злиться? Попытается ли он заявить на меня

и через зал, ког

более глубокое, более магическое, словно сам мир застонал в протесте. По толпе прокатились вздохи трево

пана древними, наполненными силой кристаллами, сильно раскачивалась. Тошнотворный

прямо н

юстры была нацелена на тот самый участок мрамора, где стояли мы вс

едлилось. Он

рла Изабеллы. Дождь из пыли и штукатурки, сыпавшийся с потолка. Коллективный, сдавленный вздох всего ба

жду мной, его парой, и Из

ытный вопль ужаса и отчаянная, инстинктивная

ый расчёт, проблеск выбора. Не было ни кол

инкт был н

то так нежно держала мою, врезалась мне в плечо. Это был не толчок, чтобы убрать меня с пути основной люстры. Это было яростное, бездумное изгнание

обы спасти меня. Он сделал эт

а в сознании, был Марк. Он прыгнул, его тело - мощный, защитный щит, и обхватил Изабеллу. Он прижал её к своей груди, полностью

не огл

мыслях. Я была препятствием, предметом мебели, который нужно бы

оль была ослепительной, абсолютной вспышкой белого света. Звук бьющегося хрусталя, криков, моих собственных