Сжечь дом моих четырёх фальшивых любовников

Страстное, терпеливое объятие любви

В третью годовщину нашей связи я приготовила пир. Три года мой муж-Альфа, Марк, обращался со мной так, словно я сделана из стекла, используя мое «хрупкое» здоровье как предлог для своей холодности. И все же я надеялась, что сегодня он наконец-то увидит меня. Но он пришел домой, пахнущий другой волчицей, бросил один взгляд на ужин, в который я вложила всю душу, солгал о срочном собрании стаи и ушел. Через несколько дней он потребовал, чтобы я посетила ежегодный Бал, чтобы «создать видимость крепкого союза». По дороге он ответил на ее звонок, и в его голосе зазвучала нежность, которой он никогда не дарил мне. — Не волнуйся, Сара, я уже еду, — сказал он. — Твоя овуляция сейчас важнее всего. Я люблю тебя. Три слова, которых он мне так и не сказал. Он резко затормозил, обратился в свою огромную волчью форму и бросил меня на темной, залитой дождем дороге, чтобы бежать к ней. Я вывалилась из машины под ливень, мое сердце наконец-то разбилось вдребезги. Я не была его парой. Я была лишь временной заменой, декорацией, которую выбросили, как только позвала его истинная любовь. И в тот миг, когда я молила дождь смыть меня с лица земли, фары прорезали тьму. Машина с визгом остановилась в нескольких сантиметрах от меня. Из нее вышел Альфа, чья первобытная мощь заставляла моего мужа казаться ребенком. Его пронзительные серебряные глаза впились в мои, а в груди зародился собственнический рык. Он посмотрел на меня так, словно нашел центр своей вселенной, и произнес одно-единственное слово, изменившее всю мою жизнь. — Моя.

Мой Воин

Когда её парень предал её, весь свет и радость исчезли из жизни Черри. Брошенная, лишённый надежды, она вышла замуж за человека, которого едва знала, но никогда не ожидала, что он станет дядей её бывшего парня. Черри думала, что, наконец, нашла своё счастье, но она понятия не имела о тёмных секретах, которые должны были раскрыться и преследовать её вечно. С помощью неприятеля мужа она сбежала от своего брака, но ценой, которой она и представить себе не могла. Пять лет спустя, она случайно пересеклась снова с теми же людьми, от которых она бежала.

Его отвергнутая жемчужина: Сияющая в объятиях безжалостного Дона

Четыре года я водила пальцем по шраму от пули на груди Стаса, веря, что это доказательство того, что он готов истекать кровью, лишь бы я была в безопасности. На нашу годовщину он сказал мне надеть белое, потому что «сегодняшний вечер все изменит». Я шла на торжественный прием, думая, что получу кольцо. Вместо этого я застыла посреди бального зала, тонула в шелках и смотрела, как он надевает сапфир своей матери на палец другой женщины. Карины Волковой. Дочери из вражеского клана. Когда я умоляла его взглядом заявить на меня права, спасти от публичного унижения, он даже не дрогнул. Он просто наклонился к своей правой руке, и его голос, усиленный тишиной, прогремел на весь зал. «Карина — для власти. Элина — для удовольствия. Не путай активы». Мое сердце не просто разбилось, оно сгорело дотла. Он ожидал, что я останусь его любовницей, угрожая раскопать могилу моей покойной матери, если я откажусь играть роль послушной игрушки. Он думал, что я в ловушке. Думал, что мне некуда идти из-за огромных карточных долгов моего отца. Он ошибался. Дрожащими руками я достала телефон и написала единственное имя, которое мне было запрещено использовать. Константин Морозов. Хозяин. Монстр, которым Стаса пугали в детстве. *Я взываю к Кровной Клятве. Долг моего отца. Я готова его заплатить.* Ответ пришел через три секунды, вибрируя в моей ладони, как предупреждение. *Цена — брак. Ты принадлежишь мне. Да или нет?* Я подняла глаза на Стаса, который смеялся со своей новой невестой, уверенный, что я его собственность. Я опустила взгляд и напечатала два слова. *Да.*

Цена справедливости.

Ей нужна была справедливость, а он - единственный в Нарвик-Сити, кто мог её дать. Дамиан Северский - холодный, расчетливый и пугающе красивый "Ледяной Судья". Его условия просты: три месяца в его доме, роль его невесты на публике и полное подчинение за закрытыми дверями. Элина думала, что это просто сделка ради спасения семьи, но она не знала, что у Дамиана на неё свои планы. Планы, в которых нет места жалости, но есть место всепоглощающей одержимости.

Месть брошенной жены в объятиях злейшего врага

Мой муж Клейтон никогда не скрывал своего отвращения ко мне, называя «бесцветной молью» и годами не притрагиваясь. Чтобы отомстить за ледяное презрение и фиктивный брак, я решилась на отчаянный шаг - забронировала «профессионала» для одной ночи в элитном клубе. Но из-за ошибки менеджера и действия подсыпанного мне препарата я вошла не в тот номер и упала в объятия мужчины, чей запах сандала и опасности должен был меня насторожить. Я провела с ним ночь, полную яростной страсти, а утром оставила пятьсот долларов на тумбочке, приняв его за жиголо, и сбежала. Только позже, увидев новости, я похолодела от ужаса: в номере 808 меня ждал не эскорт, а Итан Барнс - «Мясник» с Уолл-стрит и сводный брат моего мужа, который годами не выносил ничьих прикосновений. Дома Клейтон встретил меня насмешками, даже не потрудившись стереть след помады своей любовницы Даниэль с воротника. Вскоре я обнаружила, что на моем пальце нет обручального кольца, в котором был спрятан микрофильм с доказательствами всех финансовых махинаций мужа - мой единственный билет на свободу. На светском приеме любовница Клейтона прилюдно унизила меня, заявив о своей беременности, а когда муж замахнулся, чтобы ударить меня перед толпой гостей, его руку железной хваткой перехватил Итан. Я чувствовала себя раздавленной: мое кольцо с компроматом оказалось у Итана, а репутация была растоптана в соцсетях из-за интриг Даниэль. Итан вернул мне кольцо, но оно было пустым - он вытащил микрофильм и заманил меня в свой офис, чтобы выставить счет за ту ночь в клубе. «Ты - единственное существо на планете, от которого меня не воротит, - прошептал Итан, прижимая мою руку к своей щеке. - Ты будешь приходить сюда каждый день и позволять мне касаться тебя. Это моя цена за молчание». Я посмотрела в его темные глаза и поняла, что это мой единственный шанс не просто выжить, а уничтожить тех, кто меня предал. «Договорились, Итан, - ответила я, чувствуя, как во мне просыпается жажда мести. - Но я хочу видеть Клейтона и его певичку в пыли. Я хочу, чтобы они потеряли всё». В этот день я перестала быть жертвой и стала сообщницей дьявола, готовой сжечь наш общий мир до основания.

Одна ночь с моим боссом-миллиардером

После благотворительного вечера я проснулась в пентхаусе нашего безжалостного генерального директора Эрнеста Рокоссовского. Я думала, это конец моей карьеры младшей ассистентки, но вместо увольнения он хладнокровно положил передо мной многомиллиардный брачный контракт. Именно в этот день, отчаянно пытаясь скрыть свою ошибку, я узнала правду о людях, которых любила больше всего. Мой парень Ипполит, с которым мы были вместе три года, клялся, что спал дома из-за жуткой усталости. Но локатор в телефоне показывал, что он провел ночь в квартире моей лучшей подруги Лики. Пока я в панике покупала таблетки экстренной контрацепции и сгорала от стыда, они делали из меня идиотку. Лика присылала мне сообщения о том, как она умирает от боли в животе, а от Ипполита за ужином невыносимо несло ее пудровыми духами. Три года я оставалась в тени. Я редактировала его портфолио, терпела его эго, слушала ложь о том, что нам пока рано появляться вместе на публике. Как я могла быть такой слепой? Почему я так долго позволяла им вытирать о себя ноги? И почему единственным человеком, который позаботился о том, чтобы я поела и безопасно добралась домой, оказался пугающий босс, купивший меня ради пиар-сделки? Я посмотрела на завядший букет, который Ипполит прислал мне для отвода глаз, и внутри меня что-то окончательно сломалось. Я отшвырнула эти цветы ногой и надела роскошное шелковое платье, присланное Эрнестом. Я подписала контракт. Не ради его денег, а потому, что статус жены миллиардера даст мне власть раздавить предателей и добраться до неприкасаемого сенатора, сломавшего жизнь моей матери. Я больше не буду играть роль невидимки.

Больше не твоя. Я достойна настоящей любви!

С тех пор как Ренат взял её к себе, Ксения старалась быть благоразумной и угодной, подстраиваясь под его настроение. Он воспитал её, но она никогда не считала его родственником. Ведь девушка была уверена, что они будут вместе как супруги. В день двадцатилетия она была готова вновь признаться в своих чувствах к Ренату. Но вернулась его первая любовь. «Ксения для меня просто приёмный ребёнок – я никогда не смогу видеть в ней женщину. Единственная, кого я люблю, – это Олеся». Ксения всё поняла и решительно ушла, а Ренат полностью вышел из себя. Позже, на своей свадьбе, Ксения в белом платье улыбалась, – всё с чистого листа. Ренат умолял: «Я сожалею, Ксения. Пожалуйста, не выходи за него». Спокойно она сказала: «Отпусти. Моему жениху это не понравится».

Запретная любовь, Ярость стража

Десять лет я тайно любила своего опекуна, Артёма Соколова. После того как моя семья распалась, он взял меня к себе и вырастил. Он был всем моим миром. В свой восемнадцатый день рождения я собрала всю свою смелость, чтобы признаться ему в любви. Но его реакцией была ярость, какой я никогда прежде не видела. Он смёл мой праздничный торт на пол и прорычал: «Ты с ума сошла? Я твой ОПЕКУН!» Затем он безжалостно разорвал в клочья картину, над которой я работала целый год — моё признание. Всего через несколько дней он привел домой свою невесту, Кристину. Мужчина, который обещал дождаться, когда я вырасту, который называл меня своей самой яркой звездой, исчез. Моя десятилетняя отчаянная, всепоглощающая любовь смогла сжечь только меня саму. Человек, который должен был меня защищать, стал тем, кто причинил мне самую страшную боль. Я посмотрела на письмо о зачислении в МГУ, которое держала в руке. Я должна уехать. Я должна вырвать его из своего сердца, как бы больно это ни было. Я взяла телефон и набрала номер отца. — Папа, — сказала я охрипшим голосом, — я решила. Я хочу приехать к тебе в Москву.