Login to Litrad
icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Orion Cross

4 Опубликованные Книги

Книги и Романы Orion Cross

Его отвергнутая жемчужина: Сияющая в объятиях безжалостного Дона

Его отвергнутая жемчужина: Сияющая в объятиях безжалостного Дона

Мафия
5.0
Четыре года я водила пальцем по шраму от пули на груди Стаса, веря, что это доказательство того, что он готов истекать кровью, лишь бы я была в безопасности. На нашу годовщину он сказал мне надеть белое, потому что «сегодняшний вечер все изменит». Я шла на торжественный прием, думая, что получу кольцо. Вместо этого я застыла посреди бального зала, тонула в шелках и смотрела, как он надевает сапфир своей матери на палец другой женщины. Карины Волковой. Дочери из вражеского клана. Когда я умоляла его взглядом заявить на меня права, спасти от публичного унижения, он даже не дрогнул. Он просто наклонился к своей правой руке, и его голос, усиленный тишиной, прогремел на весь зал. «Карина — для власти. Элина — для удовольствия. Не путай активы». Мое сердце не просто разбилось, оно сгорело дотла. Он ожидал, что я останусь его любовницей, угрожая раскопать могилу моей покойной матери, если я откажусь играть роль послушной игрушки. Он думал, что я в ловушке. Думал, что мне некуда идти из-за огромных карточных долгов моего отца. Он ошибался. Дрожащими руками я достала телефон и написала единственное имя, которое мне было запрещено использовать. Константин Морозов. Хозяин. Монстр, которым Стаса пугали в детстве. *Я взываю к Кровной Клятве. Долг моего отца. Я готова его заплатить.* Ответ пришел через три секунды, вибрируя в моей ладони, как предупреждение. *Цена — брак. Ты принадлежишь мне. Да или нет?* Я подняла глаза на Стаса, который смеялся со своей новой невестой, уверенный, что я его собственность. Я опустила взгляд и напечатала два слова. *Да.*
Его жестокая игра, её идеальный побег

Его жестокая игра, её идеальный побег

Романы
5.0
В первую годовщину нашего примирения я думала, что мы с моим мужем, IT-магнатом, наконец-то перевернули страницу. А потом я узнала, что весь наш брак был просто шоу для зрителей. Жестокая игра мести, длившаяся целый год, которую он срежиссировал вместе со своей любовницей. А я была главной шуткой. Ради их развлечения меня травили едой с собачьими экскрементами, публично унизили аферой на аукционе в два миллиарда рублей и избили до сломанных ребер силами службы безопасности его семьи. Я терпела все, играя роль любящей, ничего не подозревающей жены, пока они смеялись над этим в групповом чате под названием «Комедийный час Юлианы Андреевой». Но их грандиозный финал стал последней каплей. Я подслушала, как он хладнокровно планировал оставить меня умирать в глухом загородном доме во время метели. «Трагическая случайность», которая наконец-то освободит его для любовницы. Он думал, что пишет последнюю главу моей жизни. Он не знал, что я собираюсь использовать его план убийства как свой идеальный побег. Я инсценировала свою смерть, испарилась, оставив его объяснять всему миру, как его любимая жена исчезла с лица земли.
Его жена, тайный криминалистический гений

Его жена, тайный криминалистический гений

Современное
5.0
Сегодня мой жених, Дмитрий Воронцов, женился на моей сестре-близнеце. Пять лет я была лишь заменой, дублёршей женщины, которую он по-настоящему хотел, и я делала вид, что не знаю об этом. Сегодня она вернулась с историей о последней стадии рака и предсмертным желанием выйти за него замуж. Это была идеальная ложь, и он предпочёл в неё поверить, разрушив мой мир тремя простыми словами: «Это же Алина». Они оставили меня на тротуаре, изгнанную собственной семьёй. Мои братья, когда-то обещавшие защищать меня, чествовали ту, что сломала меня. Они перенесли мои вещи в гостевую комнату, освобождая место для своей блудной сестры. В тот вечер Алина преподнесла мне подарок в честь «возвращения домой» — коробку с каракуртом внутри. Когда яд начал растекаться по моему телу, моя семья бросилась к ней, назвав мою агонию «небольшим укусом паука». Они оставили меня корчиться в судорогах на полу. Позже они избили меня кнутом за преступление, которого я не совершала, подвесили на скале и оставили умирать. Моё тело — это карта их любви. Каждый шрам, каждая сломанная кость — свидетельство их предательства. Они поверили её лжи, но их настоящее преступление было в том, что они никогда по-настоящему не видели меня. Цепляясь за край скалы, истекая кровью и сломленная, я думала лишь об одном: сегодня здесь умерла Изабелла Дубровина. Теперь из пепла родится Изабелла Хейл.