LAUREL MAY
3 Опубликованные Книги
Книги и Романы LAUREL MAY
Я вышла замуж за безжалостного старшего брата моего бывшего жениха
Мафия Я была из Воронцовых, проданная Морозовым ради союза. Пять лет я втайне любила Дмитрия, считая минуты до нашей свадьбы в Храме Христа Спасителя.
Но всё оборвалось одним сообщением за три минуты до церемонии.
«Оставайся в квартире. Соня очнулась. Не устраивай сцен».
Его бывшая девушка, любовь всей его жизни, вышла из комы, ничего не помня. И вот так меня просто стёрли.
Тридцать дней я ждала в тени, пока Дима играл в героя для женщины, которая его не помнила. Он говорил мне, что защищает её хрупкий разум.
Но потом я узнала правду.
Я стояла у кабинета врача и слышала, как Дима отказывается от лечения, которое могло бы вернуть Соне память.
«Если она вспомнит, то может снова уйти, — сказал Дима врачу. — Лена подождёт. Она послушная девочка. Дай мне пожить в этой сказке».
Он не защищал её. Он держал её сломленной, чтобы потешить своё эго, рассчитывая на мою покорность. Он думал, я — мебель, которую можно убрать на склад.
Он ошибся.
Я не вернулась в квартиру. Вместо этого я набрала номер, который боялся каждый бандит в Москве.
«Матвей», — сказала я его старшему брату, королю преступного мира.
«Я больше не буду ждать. Я хочу стать невестой Морозовых. Но не Дмитрия». Сломанная жена
Романы Мой муж и сын были одержимы мной. Патологически.
Они постоянно проверяли мою любовь, осыпая вниманием другую женщину, Кристину. Моя ревность и страдания были для них доказательством преданности.
А потом случилась авария. Моя рука, та самая, что писала музыку к фильмам, удостоенную наград, была раздроблена. Но Яков и Антон предпочли заняться незначительной травмой головы Кристины, оставив мою карьеру в руинах.
Они смотрели на меня, ожидая слез, гнева, ревности. Но не получили ничего. Я была как статуя, мое лицо — безмятежная маска. Мое молчание выбило их из колеи. Они продолжали свою жестокую игру, пышно празднуя день рождения Кристины, пока я сидела в уединенном углу, наблюдая за ними. Яков даже сорвал с моей шеи золотой медальон покойной матери, чтобы отдать его Кристине, которая затем намеренно раздавила его каблуком.
Это была не любовь. Это была клетка. Моя боль была их развлечением, моя жертва — их трофеем.
Лежа на холодной больничной койке в ожидании, я чувствовала, как любовь, которую я лелеяла годами, умирает. Она увяла и обратилась в пепел, оставив после себя что-то твердое и холодное. С меня хватит. Я не собиралась их исправлять. Я сбегу. Я их уничтожу. Возможно вам понравится
Отмененная свадьба: Теперь я жена твоего врага
Nester Seaburg За три дня до грандиозной свадьбы, которая должна была объединить наши мафиозные кланы, я разблокировала левый телефон своего жениха.
Оказалось, наследник империи Воронцовых давно спал с дешевой официанткой из клуба, называя меня за спиной «скучной фарфоровой статуей».
Он заказал два обручальных кольца: настоящий розовый бриллиант за миллионы долларов он надел на палец любовнице, а мне, дочери дона, хладнокровно вручил жалкую стеклянную подделку.
На глазах у своих солдат он бросался защищать ее, публично втаптывая мое достоинство в грязь. Он даже отдал ей священный фамильный браслет с изумрудами — абсолютный символ власти, принадлежащий мне по праву.
А когда его любовница по телефону сымитировала угрозу выкидыша, Дамир без колебаний вышвырнул меня из машины на темной горной дороге, оставив замерзать в ледяной глуши в одном лишь тонком шелковом платье.
Восемь лет я играла роль идеальной, покорной принцессы мафии. Я душила в себе все эмоции ради политического союза и искренне верила, что он мой герой.
Я не понимала, как человек, которого я отчаянно пыталась полюбить, мог с такой жестокостью превратить мою преданность в грязный повод для насмешек.
Но слезы — это удел женщин, у которых нет выбора. А у меня была стратегия.
Я сняла с пальца фальшивое кольцо, подготовила к сливу в прессу все доказательства его финансовых махинаций и набрала номер Егора Богомолова — главы враждебного синдиката, которого все называли Дьяволом.
— Свадьбы не будет. Я хочу стереть его в порошок. Отвергнутая сыном, я выбрала Дона
Fine Moments Мой отец отдал меня Чикагскому Синдикату, чтобы расплатиться за свои проигрыши. Я должна была стать женой Оплота Морено, избалованного наследника самой опасной семьи в городе.
Но стоя у алтаря в тяжелом винтажном платье, я оказалась совершенно одна. Мой жених не просто задержался - за час до венчания он сел на поезд до Калифорнии, сбежав с дешевой кабаре-певичкой.
Каменный собор, до краев наполненный безжалостными хищниками, мгновенно взорвался ядовитым шепотом. Семья Морено во главе с Вдовствующей Королевой холодно наблюдала за мной с первого ряда. Они ждали, что я молча проглочу этот позор, заберу отступные и навсегда исчезну, став «бракованным товаром» и посмешищем для всего криминального мира. Родственники жениха уже предвкушали, как растопчут остатки моей гордости.
Но унижение не сломало меня. Оно выжгло страх и печаль, оставив в венах лишь чистую, кристаллизованную ярость. Почему я должна стать жертвой из-за трусости слабого мальчишки?
Священный Пакт требовал союза с мужчиной из рода Морено, но в контракте не было указано, с каким именно.
Я сорвала фату, швырнула ее на мраморный пол и посмотрела мимо ухмыляющихся кузенов прямо на самого могущественного и страшного человека в зале. На Морока Морено - Темного Дона, вдовца и отца моего сбежавшего жениха.
«Я выбираю его», - мой голос разорвал мертвую тишину собора.
Оплот думал, что уничтожил мою жизнь, бросив меня на растерзание стервятникам. Но он еще не знал, что в этот самый момент я стала его мачехой, неприкасаемой женой Дона и новой Королевой Синдиката. Договор с Дьяволом: Любовь в оковах
Seraphina Quick Я смотрела, как мой муж подписывает бумаги, которые положат конец нашему браку, не отрываясь от переписки с женщиной, которую он действительно любил.
Он даже не взглянул на заголовок. Просто нацарапал свою острую, рваную подпись, которой подписывал смертные приговоры для половины криминального мира Москвы, бросил папку на пассажирское сиденье и снова уткнулся в экран.
— Готово, — сказал он голосом, лишённым всяких эмоций.
Это был Дамир Морозов. Правая рука босса. Человек, который мог учуять ложь за километр, но не заметил, что его жена только что подсунула ему документы о расторжении брака, спрятанные под стопкой скучных отчётов по логистике.
Три года я отстирывала кровь с его рубашек. Я спасла союз его семьи, когда его бывшая, София, сбежала с каким-то гражданским.
Взамен он относился ко мне как к предмету мебели.
Он оставил меня под дождём, чтобы спасти Софию от сломанного ногтя. Он оставил меня одну в мой день рождения, чтобы пить с ней шампанское на яхте. Он даже протянул мне стакан виски — её любимого напитка, — забыв, что я ненавижу его вкус.
Я была просто заменой. Призраком в собственном доме.
И я перестала ждать. Я сожгла наш свадебный портрет в камине, оставила своё платиновое кольцо в пепле и села на самолёт в Санкт-Петербург. Билет в один конец.
Я думала, что наконец-то свободна. Думала, что сбежала из клетки.
Но я недооценила Дамира.
Когда несколько недель спустя он наконец открыл ту папку и понял, что, не глядя, подписал отказ от собственной жены, Жнец не смирился с поражением.
Он сжёг весь мир дотла, чтобы найти меня, одержимый желанием вернуть женщину, которую сам же и выбросил. Нежеланная невеста становится королевой города
Wayward Wind Я была «запасной» дочерью в криминальной семье Вороновых, рожденная лишь для того, чтобы стать донором органов для моей золотой сестры, Изабеллы.
Четыре года назад под кодовым именем «Семёрка» я выхаживала Дмитрия Морозова, главу московской братвы, в конспиративной квартире. Это я была рядом с ним во тьме.
Но Изабелла украла мое имя, мою заслугу и мужчину, которого я любила.
Теперь Дмитрий смотрел на меня с холодным омерзением, веря ее лжи.
Когда на тротуар рухнула тяжелая вывеска, Дмитрий своим телом закрыл Изабеллу, оставив меня умирать под искореженным металлом.
Пока Изабелла сидела в VIP-палате и рыдала над царапиной, я лежала, сломленная, и слушала, как мои родители обсуждают, пригодны ли еще мои почки для пересадки.
Последней каплей стал их праздничный ужин в честь помолвки. Когда Дмитрий увидел на мне браслет из шунгита, который я носила в той квартире, он обвинил меня в краже.
Он приказал отцу наказать меня.
Я получила пятьдесят ударов плетью по спине, пока Дмитрий закрывал глаза Изабеллы, оберегая ее от уродливой правды.
В ту ночь любовь в моем сердце окончательно умерла.
Утром в день их свадьбы я передала Дмитрию подарочную коробку с флешкой — единственным доказательством того, что я и есть Семёрка.
Затем я подписала документы об отказе от семьи, выбросила телефон из окна машины и села на рейс в один конец до Дубая.
К тому времени, как Дмитрий прослушает эту запись и поймет, что женился на чудовище, я буду за тысячи километров отсюда. И никогда не вернусь. Медсестра-беглянка: Раскаяние Короля Мафии
Стефан Степанов Семь лет я была глазами Дмитрия Волкова, слепого авторитета Москвы.
Я вытащила его из пучины безумия, ухаживала за его ранами и согревала его постель, когда все остальные от него отказались.
Но в тот миг, когда к нему вернулось зрение, годы преданности обратились в пепел.
Одним телефонным звонком он решил жениться на Софии Морозовой ради власти, назвав меня всего лишь «дочкой прислуги» и «утешением», которое он намеревался оставить в качестве любовницы.
Он заставил меня смотреть, как он ухаживает за ней.
На одном из приемов, когда из-за нелепой случайности рухнула башня из бокалов с шампанским, Дмитрий накрыл Софию своим телом, чтобы защитить ее.
Он оставил меня стоять там, истекающую кровью от осколков, пока уносил ее, будто она была из фарфора.
Он даже не обернулся на женщину, которая спасла ему жизнь.
Тогда я поняла, что поклонялась сломленному богу.
Я отдала ему свое достоинство лишь для того, чтобы он обращался со мной как с одноразовым пластырем теперь, когда он снова стал цел.
Он высокомерно верил, что я останусь в пентхаусе, благодарная за его подачки.
Поэтому, пока он праздновал свою помолвку, я встретилась с его матерью.
Я подписала соглашение о расторжении на пятьдесят миллионов долларов.
Я собрала вещи, стерла все данные с телефона и села на рейс в один конец до Австралии.
К тому времени, как Дмитрий вернулся домой в пустую постель, осознал свою ошибку и начал переворачивать весь город в моих поисках, я уже стала призраком. Слишком поздно, мистер Дон: Похороненная вами жена
Lucien Frost Я пошла к семейному юристу за обычным разрешением на выезд. Вместо этого мне вручили свидетельство о разводе. Чернилам на нем было три года.
Пока я играла роль послушной жены Авторитета, Дамир тайно развелся со мной на следующий день после нашей пятой годовщины.
Двадцать четыре часа спустя он официально женился на няне, Жанне, и назвал ее жестокоглазого сына своим наследником.
Я вернулась домой, чтобы разобраться с ним, но мальчишка выплеснул на меня кипящий борщ.
Дамир даже не взглянул на мои ожоги. Он прижал мальчика к себе и посмотрел на меня с чистой, подпитанной наркотиками ненавистью, назвав меня чудовищем за то, что я расстроила его «сына».
Последний удар был нанесен на парковке. На нас на полной скорости неслась машина.
Дамир не оттащил меня в безопасное место. Он толкнул меня прямо под колеса, используя мое тело как живой щит, чтобы защитить свою любовницу.
Лежа сломленная на асфальте, я поняла, что Арина Воронова для него уже мертва. И я решила сделать это официально.
Я организовала частный рейс над морем и позаботилась о том, чтобы выживших не было.
К тому времени, как Дамир рыдал над обломками, слишком поздно осознав, что его отравили против меня, я уже была во Франции.
Канарейка умерла. Восстала Жница. Снова жива: Я иду за всем
Victoria Когда в прошлой жизни я умирала на операционном столе, мой отец приказал вырезать мне почку. Её пересадили моей сводной сестре Алине, чтобы спасти её и скрепить союз с Демидом Волковым — новым главой Братвы. Так я стала разменной монетой в их грязной игре.
Меня подставили, обвинив в осквернении священной реликвии, и Демид, мой жених, тут же отвернулся. Отец с радостью предложил меня в качестве живого донора, а после операции меня, как мусор, бросили умирать в подвале. Никто даже не вспомнил обо мне.
Умирая в холоде, я не понимала, как любовь могла так быстро превратиться в ненависть. Почему мужчина, который клялся меня защищать, с такой лёгкостью отдал меня на растерзание? Что за яд Алина влила ему в уши?
Но я открыла глаза снова.
Я стою на набережной Невы, за несколько часов до банкета, который должен был стать моим концом.
Только в этот раз я не буду жертвой. Я заберу у них всё до последней капли. Преданная жена Капо: Теперь я правлю империей
Ike Gilboa Я была лучшим хирургом воровского мира и женой безжалостного главы преступной группировки.
Находясь на пятом месяце беременности, я свято верила, что нахожусь под его абсолютной защитой.
Пока однажды на мой операционный стол не положили его истекающую кровью любовницу.
Мой муж в ярости колотил по стеклу клиники, угрожая сжечь весь город дотла, если она и их внебрачный ребёнок умрут.
Скрывая свой тяжёлый живот под хирургическим костюмом, я с ледяной точностью спасла жизнь женщине, которая разрушила мою.
Но Виктор даже не взглянул в мою сторону.
Он бросился к ней, целуя её руки и обещая жениться прямо в моём присутствии, полностью проигнорировав свою законную жену.
А на следующее утро я обнаружила, что он тайно подменил мои витамины для беременных.
Он методично подсыпал мне мощный препарат с чёрного рынка, способный вызывать необратимые патологии развития и прерывание беременности на позднем сроке.
Я сидела на холодном мраморном полу, и моя кровь буквально стыла в жилах.
Человек, который когда-то принял пулю за меня и клялся, что я его единственная королева, каждый божий день методично уничтожал меня и своего наследника ради спокойствия новой семьи.
Все четыре года моего брака оказались лишь удобным фасадом для его грязной двойной жизни.
Я не стала устраивать истерик или умолять его о любви.
Вместо этого я приняла решение, которое навсегда разорвало нашу связь, и швырнула ему в лицо документы о расторжении брака.
Я покинула этот город не как сломленная жена, а чтобы построить свою собственную империю, оставив его гнить в созданной им же лжи. Слишком поздно для сожалений: Возвращение наследницы мафии
Kaelen Moss Семь лет я скрывала, что являюсь наследницей могущественного криминального синдиката Волковых.
Я мыла полы и вела теневую бухгалтерию, чтобы проверить, любит ли меня Дмитрий ради меня самой, а не ради власти моего отца.
Но в день нашей годовщины я увидела огромный цифровой билборд на Тверской.
Под заголовком «Король и его новая королева» мой жених страстно целовал официантку по имени Лана.
Когда я пришла в холл нашей компании за объяснениями, эта девушка прилюдно ударила меня по лицу.
Она насмехалась надо мной перед всем персоналом и с улыбкой раздавила шпилькой серебряный медальон моей покойной матери.
Дмитрий не только не заступился, но и с отвращением заявил, что я просто скучная серая мышь, полезная лишь как степлер.
— Королю нужна королева, — усмехнулся он. — А ты можешь остаться моей любовницей, если хочешь сохранить работу.
Я потратила семь мучительных лет, каждый день защищая его от федеральной тюрьмы и вытаскивая его бизнес со дна.
А для него я оказалась просто расходным материалом, канцелярской принадлежностью, которую можно растоптать вместе с единственной памятью о моей погибшей маме.
Вся моя преданность и любовь мгновенно превратились в холодный пепел.
Я вытерла кровь с разбитой губы и достала тяжелый спутниковый телефон.
Дмитрий презрительно рассмеялся, спросив, не мамочке ли я собралась жаловаться.
Я смотрела ему прямо в глаза, пока шло соединение.
— Договор расторгнут, папа, — спокойно произнесла я. — Сожги их всех. Восставшая из пепла: Королева, которую он предал
LILLIAN PERRY Семь лет я была теневым стратегом и архитектором преступной империи Демьяна, а завтра должна была занять место королевы на его троне.
Но накануне нашей роскошной свадьбы мой телефон пиликнул от сообщения, которое взорвало мою жизнь.
Это была фотография от Демьяна: его рука с платиновым обручальным кольцом и короткий текст.
«Поженились сегодня утром. Теперь она в безопасности».
Я опустила взгляд на собственное помолвочное кольцо. Только сейчас до меня дошло, что выгравированные внутри инициалы «Д.Е.» означали не «Демьян и я», а «Демьян и Елизавета» — его первая детская любовь.
Все семь лет моей беззаветной преданности были абсолютной ложью. Я оказалась лишь удобным пушечным мясом, красивым щитом, чтобы спасти его единственную настоящую возлюбленную от брака по расчету с другой семьей.
Когда я швырнула ему в лицо правду, он даже не извинился. Лишь брезгливо отмахнулся, назвав мою боль «обычной женской истерикой».
А спустя час пришло сообщение уже от его новоиспеченной жены.
«Неудачница», — гласила издевательская подпись под фотографией, где они с Демьяном голые путались в гостиничных простынях.
Они ждали, что я сломаюсь. Думали, что преданная собака просто забьется в угол, зальется слезами и смирится со своей жалкой ролью брошенной вещи.
Но они слишком плохо знали женщину, которая своими руками выстроила их благополучие.
Я хладнокровно сохранила их постельное фото и нашла номер информационного брокера.
Уже через минуту снимок улетел законному жениху Елизаветы — криминальному авторитету, который был куда опаснее и безжалостнее Демьяна.
«Твоя невеста прямо сейчас с моим бывшим в номере 8808 в „Гранд Хаятт“, — напечатала я. — Я жду внизу. Пора испортить им вечеринку».