Слишком поздно для сожалений: Мой смертельный прыжок

На день рождения моей лучшей подруги мы впятером зафрахтовали вертолёт и отправились в заснеженные горы, чтобы встретить рассвет.

Прямо посреди полёта пилот внезапно закричал, что гидравлика отказывает и нам нужно немедленно прыгать.

Мой друг детства, Максим, сунул мне в руки парашютный ранец: «Елена, ты прыгаешь первой! Ты самая лёгкая!»

Мой родной брат, Константин, затянул ремни на моей груди и подтолкнул к открытой двери: «Я знаю, что ты до смерти боишься высоты. Просто закрой глаза и прыгай, мы будем прямо за тобой!»

Софья, моя лучшая подруга и избалованная принцесса мафии, которую они все обожали, стояла в углу, утирая фальшивые слёзы и ободряюще кивая мне.

Затем Дмитрий, дон мафии, которого я любила уже семь лет, нежно сжал мою дрожащую руку.

«Я дал обещание твоему отцу, – прошептал он, не сводя с меня своих тёмных глаз. – Я обещал, что всегда буду позволять тебе идти впереди меня».

Доверив им свою жизнь, я прикусила губу, закрыла глаза и бросилась в ледяную бездну.

В тот момент, когда воющий ветер ударил мне по ушам, я дёрнула за вытяжное кольцо.

Но спасительный купол не раскрылся надо мной.

Вместо этого в ледяном воздухе взорвался дождь из разноцветного конфетти, за которым последовал издевательский баннер, яростно хлопающий на ветру: «Испытание по десенсибилизации акрофобии: УСПЕХ!»

Из совершенно безопасной кабины в моём наушнике раздался их оглушительный смех.

Максим смеялся так сильно, что едва мог дышать: «Я же говорил! По сравнению со страхом высоты, она определённо больше боится умереть!»

Затем раздался голос Дмитрия: «Не злись, Елена. Мы просто немного над тобой подшутили. Запасной парашют находится на левом кольце у тебя за спиной. Мы найдём тебя через минуту».

Дрожа, я потянулась назад, мои пальцы лихорадочно заскребли по левой стороне ранца.

Там не было металлического кольца.

Весь ранец был совершенно пустым, набитым лишь дешёвым белым упаковочным пенопластом.

Они преуспели.

Я действительно победила свой парализующий страх высоты.

Единственной ценой было то, что я никогда не доживу до завтрашнего рассвета.

Глава 1

От лица Елены:

«Он пустой!» – в отчаянии закричала я в микрофон, сопротивляясь пронизывающему ветру.

Невесомость свободного падения жестоко дёрнула мои внутренние органы. Холод заснеженных гор резанул по дыхательному горлу, словно бритва.

Лишь несколько секунд статического шума ответили мне в наушнике.

Затем последовал бессердечный смех Максима.

«Елена, ты даже не можешь придумать нормальную ложь, чтобы избежать прыжка?» – его голос, передаваемый с высоты в тысячи футов, сочился снисходительной насмешкой.

Я лихорадочно скребла себя по спине.

Мои пальцы царапали грубый брезент, ногти выгибались назад, пока не проступили резкие полоски крови.

Там действительно ничего не было.

Только мягкий комок упаковочного пенопласта.

«Константин... – мой голос сильно дрожал, срываясь от слёз. – Брат, спаси меня. Я не могу найти кольцо. Ранец пуст!»

По рации раздалось холодное, нетерпеливое фырканье Константина.

«Мы своими глазами видели, как ты надевала этот ранец. Как он может быть пустым? – резко отчитал он. – Когда ты уже бросишь этот жалкий спектакль ради привлечения внимания? Если бы Софья не предложила этот метод выплывешь или утонешь, чтобы вылечить тебя, ты планировала вечно тянуть семью на дно?»

Каждое его слово било по мне, как кувалда, сокрушая моё стремительно замерзающее тело.

Мои слёзы мгновенно высохли на ветру. Моё тело падало, как сломанная тряпичная кукла, стремительно несясь прямо к чёрному пологу первобытного леса.

Как по команде, вмешался мягкий, сладкий голос Софьи.

«Елена, просто закрой глаза и почувствуй ветер, хорошо? Это действительно чудесный подарок на день рождения, и я надеюсь, что ты сможешь насладиться им вместе со мной».

Я держала глаза широко открытыми.

Холодные, зазубренные ветви сухостоя стремительно увеличивались в моём поле зрения.

«Дмитрий».

Я позвала последнего человека. Имя мужчины, которого я любила семь лет.

«Спаси меня».

Дмитрий тяжело вздохнул на другом конце провода, в точности как мужчина, уговаривающий крайне неразумного ребёнка.

«Хватит, Елена, – в его тоне сквозила абсолютная холодность. – Трекер показывает, что ты вот-вот приземлишься в безопасной зоне леса. Запусти сигнальную ракету, когда коснёшься земли, и мы немедленно прилетим за тобой. Будь хорошей девочкой и не порти Софье настроение».

Канал связи был в одностороннем порядке оборван им.

В последнюю секунду шум ветра полностью стих.

Массивный ствол дерева пронзил мою грудь насквозь.

Звук дробящихся костей был исключительно чётким в мёртвой тишине снежной бездны.

Боли не было вообще.

Потому что скорость была слишком высокой. Я лишь почувствовала, как моё тело стало лёгким, словно струйка дыма.

В тот самый момент, когда моё сознание отделилось, я увидела собственное изломанное тело. Словно жестоко приколотая бабочка, я висела на нескольких острых, голых ветвях.

Кровь стекала по стволу, разбиваясь о нетронутый белый снег и протаивая пугающие тёмно-красные дыры.

Моя душа медленно плыла вверх, проходя сквозь облака, пока я не вернулась к вертолёту, который якобы «падал и разбивался».

В кабине не было дыма.

Никакие сигнальные лампы не мигали.

Пилот, который только что кричал на нас, снял наушники, улыбаясь, принимая толстую пачку наличных, переданную Максимом.

«Блестящая актёрская игра, боссы, – польстил пилот. – Лицо этой девушки стало совершенно бледным, когда она прыгнула».

Максим победоносно ухмыльнулся: «Если бы мы не заставили её, она бы даже не осмелилась выйти на балкон второго этажа».

Софья держала чашку горячего кофе, робко прижимаясь к боку Константина: «Как думаешь, Елена правда плакала? Я немного за неё беспокоюсь».

Константин нежно погладил её по волосам: «Пусть поплачет. Это лучше, чем если бы она использовала свой страх высоты как предлог, чтобы монополизировать Дмитрия на весь день».

Дмитрий сидел на крайнем сиденье, держа в руке мигающий красный трекер.

Он взглянул на экран, подтверждая, что красная точка остановилась на краю первобытного леса.

Небрежно он нажал кнопку связи.

«Елена».

«Доложи, если благополучно приземлилась».