icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Книги жанра Соврем для Женщин

Бестселлеры В процессе Законченные
Сердце в войне

Сердце в войне

В землях Мидьята, где гордость и месть переплетаются с семейными тайнами, Бахар Азиан разрывается между своим сердцем и долгом. Незаконнорожденная дочь безжалостного патриарха, она выросла в тени презрения своего деда Насуха. Но ее жизнь изменится, когда в город вернется таинственный и красивый молодой человек, Эмир Демир, с единственной целью - отомстить за смерть своих родителей, в которой он обвиняет семью Азиан. То, что начинается как опасная игра между врагами, превращается в пылкую и неожиданную страсть. Однако судьба не будет к ним благосклонна. Пока между ними расцветает любовь, предательство и мрачные тайны прошлого угрожают навсегда их разлучить. Между устроенными браками, манипуляциями и запретной любовью, которая бросает вызов всем правилам, Бахар и Эмир вынуждены выбирать между любовью и местью, между правдой и верностью своим семьям. Смогут ли они разорвать цепи ненависти и раскрыть правду о смертях, которые определили их судьбы? Или их любовь станет последней жертвой войны между двумя семьями, которые ненавидят друг друга на протяжении поколений?
От мешка с кровью до королевы-миллиардерши

От мешка с кровью до королевы-миллиардерши

В нашу третью годовщину я простояла на кухне четыре часа, натирая мозоли и вдыхая тошнотворный запах трюфелей, чтобы приготовить идеальную говядину «Веллингтон». Я ждала мужа, но телефон на столе лишь холодно завибрировал. На экране высветилось не поздравление, а приказ: «Нива снова упала в обморок. Езжай в клинику. Немедленно». Ни «привет», ни «люблю». Только требование снова лечь под иглу и отдать свою редкую кровь его драгоценной подруге детства. Следом на кухню ворвалась свекровь. Она брезгливо поморщилась, назвала мой праздничный ужин «жирным мусором» и швырнула ключи на стол, приказав вычистить ковер перед сном. А Уголь добил меня, прислав фото из больницы: он нежно держал бледную руку Нивы. Так бережно он не касался меня никогда. Три года я была для этой семьи не женой, а удобным биоконтейнером. Я терпела унижения, готовила, убирала и послушно подставляла вены, надеясь купить хоть каплю их любви. Но когда я приехала в клинику и сорвала пластырь с руки «умирающей» Нивы, под ним оказалась лишь крошечная царапина. Уголь замахнулся на меня, требуя, чтобы я встала на колени и извинилась перед его любовницей. Он кричал, что без его денег я никто и сдохну в канаве. В этот момент последняя нить моего терпения лопнула. Я швырнула им в лицо пачку квитанций о сдаче крови за три года и вышла на улицу. Уголь был уверен, что я вернусь, ведь у меня нет ни дома, ни семьи. Он ошибся. Я достала дешевый телефон и набрала номер, который поклялась забыть: «Папа, начинай эвакуацию. С меня хватит». Через минуту к тротуару, оттесняя машину мужа, подъехал кортеж из шести черных бронированных «Майбахов».
Предательство как шанс: любовь и богатство после развода

Предательство как шанс: любовь и богатство после развода

Бросить институт, забыть о стажировке мечты, убрать мольберт на антресоли - Алина принесла всё это на алтарь семьи. Пять лет она пекла пироги, стирала рубашки и ждала мужа с работы, веря, что он ценит её жертву. Он оценил. По достоинству оценил её подругу, с которой утешался, пока Алина гладила его костюмы. Развод обнулил всё. Ни профессии, ни денег, ни иллюзий. Только выжженная земля внутри и полное непонимание, как жить дальше. Но когда падаешь на самое дно, жизнь любит щёлкать по носу - то ли добить, то ли встряхнуть. Разбирая вещи умершей приёмной матери, Алина нашла старую фотографию и выцветшее свидетельство о рождении с чужой фамилией. Правда оказалась страшнее измены: женщина, вырастившая её, не была родной. Настоящая мать погибла в пожаре семнадцать лет назад - в их собственном доме, который кто-то поджёг, пока они спали. Алину чудом спасли, вынесли из огня и передали чужим людям, дав новую фамилию и новую жизнь. А отец... отец выжил. И всё это время искал её. Человек, чьё имя когда-то гремело в деловых кругах, потерявший всё в одну ночь - жену, дочь, веру в людей - он не сдался. Он продолжал искать свою девочку, не зная, что она выросла в соседнем городе, стирает чужие рубашки и прощает тех, кто этого не заслуживает. Алина не успела переварить эту новость, когда в её жизни появился ОН. Человек из мира, от которого она когда-то отказалась, - Дамир Волконский, миллиардер, чьё имя не сходит с первых полос. Он увидел в ней не брошенную домохозяйку, а женщину, достойную большего. И почему-то он хотел именно её. Она не знала, что это - случайность или судьба. Знала только одно: теперь у неё есть тайна. Где-то по эту сторону жизни её ищет отец, которого она никогда не знала. И однажды он её найдёт.
Шрамы предательства: Наследница, которую пытались стереть

Шрамы предательства: Наследница, которую пытались стереть

Три дня меня не было дома. Я ждала, что муж хотя бы позвонит, но экран телефона оставался темным. Вместо звонка он устроил полицейскую облаву. Молот, капитан полиции, остановил машину моей подруги с мигалками, вытащил меня оттуда как преступницу и силой увез обратно в наш «идеальный» дом, который давно превратился в крепость. Он забрал мои документы и телефон. Пять лет он отказывался от детей, называя меня слишком эмоциональной. А теперь, чувствуя, что я ускользаю, он швырнул меня на кровать с требованием: «Давай заведем ребенка прямо сейчас». Он хотел не ребенка. Он хотел повесить на меня кандалы, чтобы я никуда не делась. В этот момент его телефон засветился. Сообщение от контакта «А»: «Так больно... где ты?». Он солгал, что это свидетельница под защитой. Но ночью, прижавшись ухом к стене, я слышала, как он шептал ей в трубку слова любви и утешения — с той нежностью, которой никогда не было для меня. Я выяснила правду. «А» — это не свидетельница. Это Слюда. Его сводная сестра. Та самая «хрупкая девочка» с семейных фото, чью руку он держит с благоговением любовника, а не брата. Я была лишь ширмой для их больной связи. Утром я надела черное траурное платье и поехала с ним на семейный ужин. Когда Молот, играя роль примерного семьянина, объявил родне, что мы «активно работаем над расширением семьи», я не стала фальшиво улыбаться. Я посмотрела ему прямо в глаза и громко, чтобы слышали все, спросила: «Твоя сестра пишет тебе по ночам, потому что ей больно, или она просто проверяет, любишь ли ты ее до сих пор?»
Возрождение: Разрушение фасада моей сестры

Возрождение: Разрушение фасада моей сестры

После того как моя семья обанкротилась, я пошла в индустрию развлечений, чтобы поддержать образование сестры. Чтобы заработать деньги, я терпела ухаживания пожилых мужчин и даже напивалась до изнеможения. Моя обычно спокойная сестра упрекала меня за чрезмерное стремление к успеху и отсутствие самоуважения, но использовала мои деньги, чтобы помогать другим и зарабатывать хорошую репутацию. Чтобы устроить ей встречу с известным учителем, я раскрывала тайны её конкурентов. Она обвиняла меня в жестокости и злонамеренности, но не отказывалась от возможностей, которые я ей предоставляла. Позже она стала известной художницей, а я пострадала от мести со стороны её соперников, испортила свою репутацию и накопила огромные долги. Я просила её попросить помощи у её богатого парня, но она сказала: «Сестра, я говорила тебе раньше, что мы должны быть добрыми и не иметь злых мыслей. Посмотри, теперь ты сталкиваешься с последствиями!» Она отказалась мне помочь, чтобы я осознала свои ошибки. Меня вынудили сделать крайний шаг. Когда я открыла глаза, я снова оказалась в тот день, когда вошла в индустрию развлечений.
Преданная невеста: Присвоенная его братом

Преданная невеста: Присвоенная его братом

Я принесла своему жениху Джулиану его любимые роллы, желая сделать сюрприз в номере отеля. Но, приоткрыв дверь, я увидела, как он выгибает спину на белых простынях с Лайлой. С той самой подругой, с которой мы десять лет пили коктейли по выходным. Она заметила меня сквозь щель. Но вместо испуга лишь победно и жестоко усмехнулась. А затем застонала еще громче, крепче обхватив его талию ногами. К горлу подступила желчь со вкусом кислоты и предательства. Джулиан должен был стать моим мужем, наша свадьба была единственным шансом оплатить клинику для моей больной матери. А теперь моя жизнь рушилась на куски под их ритмичные стоны. Я не закричала, хотя внутри все разрывалось от боли и отчаяния. Трясущимися руками я достала телефон и сняла их на видео. За что они так со мной? Почему человек, которому я доверяла, растоптал меня, а лучшая подруга так упивается моим унижением? Сбежав, я ввалилась в темный пентхаус Графтона — брата-изгоя Джулиана, всегда прикованного к инвалидному креслу. Я лишь хотела спрятаться и напиться в тишине. Но из мрака Графтон вдруг уверенно шагнул ко мне — высокий, опасный и совершенно здоровый. Он не был калекой, он был похож на смертельное оружие. Безумная мысль процарапалась в моем горле, и я вцепилась в его запястье. — Помоги мне уничтожить Джулиана, — прохрипела я. Жестокость в его темных глазах сменилась холодным предвкушением.
Пока моя дочь сгорала в огне, он запускал фейерверки для другой

Пока моя дочь сгорала в огне, он запускал фейерверки для другой

Элеонора надела на голову умирающей дочери бумажную корону. Маленькая Сеси, опутанная трубками аппарата ИВЛ, из последних сил ждала папу, который обещал отвезти её к Микки-Маусу. Но кардиомонитор издал пронзительный визг, и сердце девочки остановилось навсегда. В ту же секунду по телевизору в палате начался срочный репортаж: муж Элеоноры, миллиардер Дмитрий Державин, выкупил весь Диснейленд, чтобы отпраздновать день рождения дочери своей любовницы Карины. Элеонора кремировала дочь в полном одиночестве. Когда она вернулась в пустой пентхаус и сообщила мужу о смерти их ребёнка, тот лишь презрительно рассмеялся. «Опять твои больные игры? Устраиваешь цирк ради внимания, потому что я не ночевал дома?» Дмитрий прорычал это и тут же умчался утешать любовницу, чья дочь чудесным образом пошла на поправку. Вскоре Элеонора узнала страшную правду: спасительная донорская почка, предназначенная для Сеси, была тайно передана дочери Карины. Когда убитая горем мать попыталась добиться ответов в больнице, Дмитрий публично скрутил ей руки до кровавых синяков, защищая ухмыляющуюся любовницу от «сумасшедшей жены». Глядя на здоровую, румяную чужую девочку, Элеонора почувствовала, как её сердце превращается в ледяную пустоту. Как родной отец мог обречь свою малышку на мучительную смерть ради чужого ребёнка? Сжимая на груди серебряный медальон с прахом Сеси, Элеонора сняла с пальца безупречный бриллиант и бросила его под ноги мужу. Она набрала номер лучшего детективного агентства в городе. Теперь её горе стало острым клинком, и она не остановится, пока не уничтожит их всех.
ЧЕРНЫЕ ВОРОНЫ. ПЕТЛЯ

ЧЕРНЫЕ ВОРОНЫ. ПЕТЛЯ

Когда месть превращается в смысл жизни – в ход идут любые методы, а вчерашние табу становятся лишь очередными ступенями на пути к цели. Когда у человека отнимают самое дорогое, а самое святое втаптывают в грязь, он без промедления переступит через любые принципы, чтобы ответить врагу тем же. Не важно, сколько жизней будет отнято, сколько судеб сломлено и сколько проклятий полетит в его адрес. Теперь им движет одно – необузданная жажда отомстить…В четвертой книге серии «Черные вороны» речь пойдет о тщательно продуманном плане мести, который шаг за шагом будет воплощать в жизнь Андрей Воронов. «Око за око» - вот каким принципом будет руководствоваться один из главных героев, выбирая в качестве мишени самое ценное, что есть у его врага. Он окунет всю семью Ахмеда в адский водоворот потерь и боли, чтобы тот, кто посмел тронуть самое дорогое, заплатил за это сполна. Но никому не известно, кто именно попадет в смертоносную петлю и на чьей шее она затянется предательским узлом…
Раскрываю свои тайные личности! Мои братья лишились дара речи!

Раскрываю свои тайные личности! Мои братья лишились дара речи!

Двадцать лет я жила как идеальная наследница богатейшей семьи Романовых. Холодная, отстраненная, безупречная. Пока результаты теста ДНК не выжгли на моей сетчатке приговор: нулевое генетическое совпадение. В тот же день на пороге нашего особняка появилась Алина — настоящая дочь, сутулая, в дешевом платье и с глазами, полными жадного расчета. Приемные родители не стали медлить. Чтобы избежать скандала в прессе, отец швырнул мне чек на миллион долларов как отступные и велел немедленно убираться, подсунув соглашение о неразглашении. «Оставь одежду и сумки, воровка! За них платили мои родители!» — торжествующе визжала Алина, пытаясь выпотрошить мои чемоданы. Меня хладнокровно вышвырнули из Верхнего Ист-Сайда в тесную квартирку в Куинсе, к биологическим родителям Алины — измученной долгами семье, где на ужин делили пару кусков жилистого мяса, а все сбережения уходили на лечение больного брата. Алина и Романовы ждали моих слез. Они упивались своей властью, уверенные, что растоптали никчемную фальшивку, которая без их громкой фамилии и денег просто сдохнет в нищете. Но они крупно просчитались. Они даже не догадывались, что я обеспечиваю себя с шестнадцати лет, а вся моя роскошь давно оплачивается из моего собственного кармана. Ночью, лежа на жестком матрасе в крошечной кладовке и впервые в жизни чувствуя искреннее тепло настоящей материнской заботы, я достала свой зашифрованный ноутбук. Скрывая личность самого влиятельного и неуловимого теневого босса медиаиндустрии, я холодно вбила приказ для своих юристов: обрушить акции корпорации Романовых к завтрашнему утру.