Брошенная наследница: Брак с неприступным магнатом

Алиса Александрова сидела за рулём своей Audi, двигатель которой тихо работал на холостом ходу на парковке ожидания аэропорта Шереметьево. Её указательный палец выбивал по рулю медленный, нетерпеливый ритм - тот же ритм, в котором тикали часы Rolex на её запястье. Эти часы были подарком от Филиппа Козловского, её жениха, с которым она была помолвлена уже три года. Она снова проверила время. Рейс из Лондона задерживался. Опять. Тяжёлый вздох затуманил холодное стекло окна со стороны водителя.

Она ждала уже сорок пять минут, чтобы забрать свою лучшую подругу со времён школы-интерната. Сорок пять минут её жизни, которые она никогда не вернёт.

Экран её телефона, лежащего в подстаканнике, внезапно загорелся.

На дисплее вспыхнуло оповещение об обнаружении звука в салоне. Это было синхронизированное приложение видеорегистратора, подключённого к её Range Rover - тому самому, который она оставила на парковке в VIP-зоне своего любимого ресторана на Манхэттене. В том самом ресторане, где, по словам Филиппа, у него был «поздний деловой ужин».

Алиса нахмурилась. Её пальцы зависли над экраном. Взлом в гараже? VIP-парковка должна была быть охраняемой, но Манхэттен был непредсказуем. Её пульс слегка участился, глухо стуча в рёбрах, когда она коснулась уведомления.

Прямая видеотрансляция на секунду зависла. Затем на экране появился тёмный, отделанный кожей салон её Range Rover.

Она прищурилась. Уличные фонари снаружи отбрасывали резкие жёлтые тени на приборную панель. Знакомая дизайнерская сумочка была небрежно брошена на вентиляционные решётки.

Она уставилась на сумку. У неё всё внутри оборвалось.

Это была лимитированная модель Birkin. Изумрудная кожа. Она купила точно такую же сумку для своей младшей сестры, Сюзанны, всего месяц назад.

Прежде чем её мозг успел осознать, почему сумка Сюзанны находится в её машине, включился звук.

Тихий салон Audi наполнился безошибочным звуком тяжёлого, влажного дыхания. Ткань яростно зашуршала. Затем последовал резкий, сдавленный стон.

Алиса замерла. Кровь так быстро отхлынула от её лица, что она почувствовала головокружение. Её пальцы так сильно вцепились в кожаный руль, что костяшки побелели.

Мужской голос простонал через динамик телефона. Он простонал имя. Это было не имя Алисы.

Это было имя Сюзанны.

Камера запечатлела отражение в зеркале заднего вида. Уличные фонари осветили лицо мужчины на заднем сиденье.

Филипп Козловский. Её жених. Мужчина, который сегодня утром смотрел ей в глаза и говорил: «Я люблю тебя, Аля. Увидимся вечером».

Его лицо было искажено в гримасе неприкрытой, необузданной страсти - выражения, которого она никогда на нём не видела. Его рубашка была расстёгнута, ремень расслаблен.

Затем в кадре появилось лицо Сюзанны. Руки её сестры запутались в идеально уложенных волосах Филиппа. Сюзанна приподнялась, её губы коснулись челюсти Филиппа, рот был приоткрыт, дыхание сбито.

- Скажи, что я лучше неё, - прошептала Сюзанна, громко и отчётливо в микрофон. - Скажи, что я лучше Алисы.

Филипп ахнул, его голос сорвался.

- Ты лучше. Боже, да. Она никогда... она такая холодная по сравнению с тобой. Ты - всё то, чем она не является.

Сюзанна рассмеялась - низким, торжествующим смехом.

- Тогда почему ты всё ещё с ней помолвлен?

- Из-за семей, - сказал Филипп, его руки сжимали её бёдра. - Но я хочу тебя. Я всегда хотел только тебя.

Волна сильной тошноты подкатила к горлу Алисы. Кислота в желудке обожгла пищевод. Она ударила рукой по кнопкам стеклоподъёмников, опуская окно Audi, чтобы вдохнуть ледяной, пахнущий авиационным топливом воздух. Её лёгкие горели. Зрение по краям затуманилось.

Она отдала этому человеку три года. Три года своей жизни. Она отказывалась от предложений о работе в Европе ради него. Она защищала его перед друзьями, перед семьёй, перед всеми, кто говорил, что он слишком лощёный, слишком амбициозный, слишком хорош, чтобы быть правдой.

И вот как он ей отплатил.

В её машине. С её сестрой.

Первоначальный шок длился ровно десять секунд. Затем его сменила холодная, жгучая ярость. Она растеклась по её венам, как ледяная вода, замораживая слёзы ещё до того, как они успели появиться.

Алиса протянула совершенно твёрдую руку. Она нажала кнопку записи в приложении. На экране замигала красная точка, подтверждая, что запись сохраняется прямо в её защищённое облачное хранилище. Она не потеряет это доказательство.

Она не плакала. Она не кричала.

Она открыла список контактов и нашла номер начальника службы безопасности ресторана. Она нажала на вызов.

- Это Алиса Александрова, - сказала она ровным, металлическим, неузнаваемым даже для неё самой голосом. - Мой Range Rover на вашей VIP-парковке. Мне нужно, чтобы вы немедленно его эвакуировали.

- Госпожа Александрова? - в голосе начальника службы безопасности слышалось замешательство. - С автомобилем какие-то проблемы?

- Внутри биологическая угроза, - спокойно проинструктировала Алиса. - Отправьте его на свалку. Я не хочу его возвращать. Я пришлю вам бонус за вашу конфиденциальность.

Она повесила трубку, не дожидаясь ответа.

Её руки слегка дрожали, адреналин заполнил её систему, требуя физического действия. Она потянулась и выключила двигатель Audi.

Ей нужно было пройтись. Если она просидит в этой машине ещё хоть минуту, она оторвёт руль от приборной панели.

Она схватила свой бежевый тренч с пассажирского сиденья, просунула руки в рукава и вышла под пронизывающий ветер. Холодный воздух ударил её по лицу, возвращая к реальности.

Она направилась к Терминалу 4. Автоматические двери разъехались, обдав её стеной тепла и шума.

Терминал кишел тысячами путешественников. Грохот чемоданов, накладывающиеся друг на друга объявления, крики семей - шум раздражал её обострённое, хрупкое душевное состояние. Каждый звук ощущался как физическая царапина по барабанным перепонкам.

Одна-единственная слеза сорвалась с её левого глаза.

Алиса агрессивно вытерла её тыльной стороной ладони, ногти впились в щеку. Она поклялась себе, чувствуя жжение от собственных ногтей, что не сломается на публике. Она не доставит Филиппу или Сюзанне удовольствия видеть её слёзы.

Телефон в её кармане завибрировал.

Она достала его. Новое сообщение от Филиппа.

«Застрял на скучном заседании совета директоров. Скучаю. Не могу дождаться встречи сегодня вечером».

Чистейшая наглость этой лжи ослепила её. Она смотрела на сообщение, её зрение сфокусировалось исключительно на светящемся экране. Он всё ещё врал ей в лицо. Даже после того, как она только что видела, как он оскверняет её машину с её сестрой.

Она продолжала идти, её шпильки резко цокали по полированному мраморному полу, совершенно не замечая ничего вокруг. В её голове бушевала буря ярости, предательства и холодного расчёта.

Она завернула за угол возле VIP-зала. Она не поднимала глаз.

Она со всей силы врезалась в твёрдую, неподатливую грудь.

Удар был похож на столкновение с бетонной колонной. От столкновения у неё перехватило дыхание, а телефон вылетел из рук и заскользил по мраморному полу.

Алиса пошатнулась назад. Её лодыжки подвернулись на десятисантиметровых шпильках. Гравитация потянула её вниз. Она выставила руки, готовясь к болезненному, унизительному падению на твёрдый пол.

Но этого не произошло.

Большая, тёплая рука метнулась вперёд. Длинные пальцы с силой, оставляющей синяки, схватили её за талию. Рука одним плавным, мощным движением выпрямила её, мгновенно остановив падение.

Алиса ахнула. Её ладони инстинктивно упёрлись в сшитый на заказ пиджак из тёмно-серой шерсти. Ткань была невероятно мягкой, но мышцы под ней были твёрдыми как камень. Её окутал резкий аромат - кедр, дорогой табак и что-то более холодное, более опасное.

Она подняла глаза, и у неё перехватило дыхание.

Она встретилась с парой тёмных, хищных глаз.

Мужчина, смотревший на неё сверху вниз, был ошеломляюще красив - чётко очерченная челюсть, высокие скулы, губы, сжатые в тонкую, нечитаемую линию. Его лицо было идеальной маской богатого безразличия, но его глаза... его глаза горели.

В нескольких футах позади него стоял другой мужчина с двумя стаканами кофе. Его рот слегка приоткрылся.

- Адам, ты в порядке? - спросил мужчина, подбегая.

Адам. Имя застряло у неё в голове.

Незнакомец - Адам - не ответил. Его взгляд оставался прикованным к Алисе. Его большой палец, тяжело лежавший на её талии, едва заметно поглаживал ткань её тренча. Жар его прикосновения проникал сквозь слои одежды, обжигая кожу.

Сердце Алисы бешено колотилось. Ей следовало отстраниться. Поблагодарить его и уйти.

Но она не могла пошевелиться.

Мужчина позади него - Клим, как она узнает позже - уставился на руку Адама на талии Алисы. Его глаза расширились. Он никогда не видел, чтобы Адам инициировал физический контакт с женщиной. Никогда.

Алиса наконец обрела голос. Она отступила назад, разрывая связь. Внезапная потеря тепла его тела заставила воздух в терминале показаться ледяным.

- Прошу прощения, - холодно сказала она, заставляя себя выпрямить спину. - Вам следовало бы смотреть, где стоите.

Она разгладила переднюю часть своего пальто, отказываясь признавать румянец, подступающий к шее. Она подошла, подняла с пола свой телефон и продолжила путь по вестибюлю, не оглядываясь.

Но она чувствовала его взгляд на себе. Тяжёлый. Неотступный.

Мужчина - Адам Козловский, хотя она этого ещё не знала - стоял совершенно неподвижно. Он смотрел, как она уходит, его тёмные глаза следили за покачиванием её пальто, за уверенным цоканьем её каблуков.

Его глаза слегка сузились. В их тёмных глубинах мелькнуло узнавание.

Он видел эту женщину раньше. В бесчисленных финансовых отчётах. На страницах светской хроники. На заднем плане фотографий своего племянника, Филиппа.

Алиса Александрова.

Невеста Филиппа.

Женщина, которой его племянник изменял.

Медленная, расчётливая ухмылка появилась на губах Адама.

Он поднял руку, с убийственной точностью поправляя запонку, и подал едва заметный, безмолвный кивок своей охране, стоявшей в тени.

«Следите за ней. Я хочу знать всё».