Брошенная наследница: Брак с неприступным магнатом

Алиса Александрова сидела на водительском месте своего «Ауди», двигатель которого тихо работал на парковке аэропорта Шереметьево.

Она ждала уже больше двух часов. Хотя с момента приземления рейса её жениха, Филиппа Козловского, прошло много времени, он так и не появился и не прислал ни единого сообщения.

В груди нарастала грызущая тревога.

Внезапно экран её телефона, лежавшего в подстаканнике, загорелся. На дисплее вспыхнуло оповещение об обнаружении звука в салоне. Это было приложение видеорегистратора, синхронизированное с её «Рендж Ровером» – тем самым, что она оставила на VIP-парковке своего любимого ресторана в Манхэттене.

Алиса нахмурилась. Её пальцы замерли над экраном. Взлом в гараже? VIP-парковка должна была быть безопасной, но Манхэттен непредсказуем.

Её пульс слегка участился, глухо стуча о рёбра, когда она коснулась уведомления.

Прямая трансляция на секунду зависла. Затем на экране проступил тёмный, отделанный кожей салон её «Рендж Ровера».

Она прищурилась. Уличные фонари снаружи отбрасывали резкие жёлтые тени на приборную панель. Знакомая дизайнерская сумочка была небрежно брошена на вентиляционные решётки.

Она уставилась на сумку. У неё всё внутри оборвалось. Это была лимитированная «Биркин». Изумрудная кожа. Точно такую же сумку она купила своей младшей двоюродной сестре, Сюзанне Александровой, всего месяц назад.

Прежде чем её мозг успел осознать, почему сумка Сюзанны оказалась в её машине, включился звук. Безошибочно узнаваемый звук тяжёлого, влажного дыхания наполнил тихий салон «Ауди». Яростно зашуршала ткань. Затем – резкий, сдавленный стон.

Алиса застыла. Кровь так быстро отхлынула от её лица, что закружилась голова. Она так сильно вцепилась в кожаный руль, что костяшки пальцев побелели.

Камера запечатлела тусклое, хаотичное отражение в зеркале заднего вида. Уличные фонари осветили лицо.

Филипп Козловский. Её жених. Мужчина, который сегодня утром посмотрел ей в глаза и сказал: «Я люблю тебя, Аля. Увидимся вечером».

Его лицо исказилось от неприкрытой, безудержной страсти – выражения, которого она никогда на нём не видела. Рубашка расстёгнута, ремень расслаблен.

Затем в кадре появилось лицо Сюзанны. Руки её двоюродной сестры вцепились в идеально уложенные волосы Филиппа.

Сюзанна приподнялась, её губы коснулись челюсти Филиппа, рот был приоткрыт, дыхание сбилось. «Скажи, что я лучше неё, – прошептала она, громко и отчётливо в микрофон. – Скажи, что я лучше Алисы».

Филипп ахнул, его голос сорвался. «Ты лучше. Боже, ты лучше. Она никогда... она такая холодная по сравнению с тобой. Ты – всё то, чем не является она».

Сюзанна рассмеялась – тихим, торжествующим смехом: «Тогда почему ты всё ещё с ней помолвлен?»

«Из-за семей, – сказал Филипп, сжимая её бёдра. – Но я хочу тебя. Всегда хотел только тебя».

К Алисе подкатила волна сильной тошноты. Кислота из желудка подступила к горлу.

Она отдала этому человеку три года своей жизни. Ради него она отказалась от предложений о работе в Европе. Она защищала его перед друзьями, семьёй, перед всеми, кто говорил, что он слишком скользкий, слишком амбициозный.

И вот как он ей отплатил. В её машине. С её двоюродной сестрой.

Первоначальный шок длился ровно десять секунд. Затем его сменила холодная, жгучая ярость. Она растеклась по венам, словно ледяная вода, замораживая слёзы прежде, чем они успели навернуться.

Алиса нажала кнопку записи в приложении. На экране замигала красная точка, подтверждая, что видео сохраняется прямо в её защищённое облачное хранилище. Она не потеряет это доказательство.

Она не плакала. Не кричала. Она открыла список контактов и нашла номер начальника службы безопасности ресторана. И нажала на вызов.

«Это Алиса Александрова, – произнесла она ровным, металлическим голосом, неузнаваемым даже для неё самой. – Мой "Рендж Ровер" на вашей VIP-парковке. Мне нужно, чтобы вы немедленно его отбуксировали».

«Госпожа Александрова? – в голосе начальника службы безопасности слышалось замешательство. – С машиной какая-то проблема?»

«Внутри серьёзная биологическая угроза, – спокойно проинструктировала Алиса, не сводя глаз с пустой взлётной полосы. – Пусть его отбуксируют прямо на свалку и спрессуют. Я не хочу получить обратно ни одной детали. Я переведу тройной бонус на ваш личный счёт за полную конфиденциальность».

Она повесила трубку, не дожидаясь ответа. Руки слегка дрожали: адреналин хлынул в кровь, требуя физического действия.

Она потянулась и выключила двигатель «Ауди». Ей нужно было пройтись. Если она просидит в этой машине ещё хоть минуту, то оторвёт руль от приборной панели.

Она схватила свой бежевый тренч с пассажирского сиденья, сунула руки в рукава и вышла под пронизывающий ветер.

Холодный воздух ударил в лицо, возвращая к реальности. Сердце колотилось о рёбра в удушающем ритме, но внешне её поза была безупречно прямой.

В кармане завибрировал телефон. Она достала его. Новое сообщение от Филиппа.

«Дорогая, в Группе "Александров" возникло срочное дело, и мне пришлось перебронировать билет на более поздний рейс. Я хотел сказать тебе раньше, но в суматохе забыл. Клянусь, я всё исправлю сегодня вечером. Ужасно по тебе скучаю. Не могу дождаться нашей встречи».

Откровенная наглость этой лжи ослепила её. Она уставилась на сообщение, её зрение сфокусировалось исключительно на светящемся экране. Он продолжал лгать ей в лицо.

Она продолжала идти, совершенно не замечая ничего вокруг. В её голове бушевала буря из ярости, предательства и холодного расчёта.

Она завернула за угол возле эксклюзивного VIP-зала, и её зрение сузилось так сильно, что мир превратился в размытое пятно холодного мрамора.

Внезапно она со всей силы врезалась в твёрдую, несгибаемую грудь. Удар был таким, словно она налетела прямо на бетонную колонну, и он мгновенно выбил остатки воздуха из её лёгких.

От силы удара её телефон полетел по полированному полу, а лодыжки на каблуках предательски подкосились.

Когда гравитация потянула её вниз, она зажмурилась, готовясь к унизительному, болезненному падению. Но до пола она так и не долетела.

Огромная, невероятно тёплая рука метнулась из тени. Длинные, сильные пальцы сжали её талию с жёсткой, властной силой, остановив падение за долю секунды. Одним плавным, лёгким движением мужчина потянул её вверх, прижимая вплотную к своей груди.

Алиса ахнула, инстинктивно уперевшись ладонями в ультрамягкую ткань сшитого на заказ угольно-серого костюма. Под слоями одежды она ощутила твёрдые, напряжённые мышцы мужчины, который излучал абсолютную власть.

Её мгновенно окутал удушающий аромат – дорогой табак, кедр и отчётливый, ледяной холод, от которого по коже побежали мурашки.

Она подняла голову, и у неё перехватило дыхание. Она встретилась взглядом с тёмными, хищными глазами.

Мужчина, смотревший на неё сверху вниз, был ошеломительно красив: острый подбородок, высокие скулы, губы сжаты в тонкую, непроницаемую линию. Его лицо было идеальной маской богатого безразличия, но его глаза... его глаза горели.

В нескольких шагах позади него другой мужчина с двумя стаканчиками кофе замер на месте, его глаза расширились от полного недоверия, когда он уставился на их физический контакт.

«Александр, вы в порядке?» – спросил мужчина, бросаясь вперёд.

Александр. Имя засело у неё в голове.

Незнакомец – Александр – не ответил. Его взгляд оставался прикован к Алисе. Его большой палец, тяжело лежавший на её талии, едва заметно поглаживал ткань её тренча. Жар его прикосновения просачивался сквозь слои одежды, обжигая кожу.

Сердце Алисы колотилось. Ей следовало отстраниться. Поблагодарить его и уйти. Но она не могла пошевелиться.

Мужчина уставился на руку Александра на талии Алисы. Его глаза расширились. Он никогда не видел, чтобы Александр сам инициировал физический контакт с женщиной. Никогда.

Наконец Алиса обрела голос. Она отступила назад, разрывая контакт. От внезапной потери его тепла воздух в терминале показался ледяным.

«Прошу прощения, – сказала она, её голос перешёл на холодный, защитный тон. – Вам следует смотреть, где вы стоите».

Она одёрнула тренч, отказываясь признавать румянец, подступавший к шее. Она подошла, подняла с пола телефон и пошла дальше по залу, не оглядываясь.

Но она чувствовала на себе его взгляд. Тяжёлый. Неотступный.

Александр Игнатьев неподвижно стоял в центре терминала. Он следил за её удаляющейся фигурой, его тёмные глаза отслеживали вызывающее покачивание её тренча.

Его глаза слегка сузились. В их тёмной глубине мелькнуло узнавание. Он видел эту женщину раньше. В бесчисленных финансовых отчётах. В светской хронике. На заднем плане фотографий своего племянника, Филиппа.

Алиса Александрова. Невеста Филиппа. Женщина, которой изменял его племянник.

Медленная, расчётливая усмешка появилась на его губах, когда его разум зафиксировал её личность. Он с убийственной точностью поправил свою платиновую запонку и повернулся к ассистенту.

«Узнай, куда она идёт, – приказал Александр, его голос звучал как низкая, хриплая угроза. – Я хочу знать всё».