icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon

Жестокость миллиардера: моя тайная дочь

Глава 3 

Кол-во слов:685    |    Дата выхода: 27/05/2026

кислой капустой и

этаж, её мышцы выли от напряжения.

ковриком, был липким. Она повер

на полу, электроплиткой в углу и окном, которое не закрывалось до ко

уда, кашляя, как умирающий, брызнула корич

трас. Он захру

оверить банковский счёт. Юлиа

морожен. Свяжитесь с Семе

ула от её ли

ё было сорок ру

оспользовалась стационарным телефоном в коридоре, з

ильтов», – ответил

Серафима. Мой счёт заморожен.

одно произнёс Роман. – Назойливые звонки господину Вандербильту нар

а. – Я же умру с голоду! Роман, пожалуй

сказала. Я

в симуляции? Или, что ещё хуже, подумает, что она з

молоды и здоровы. Найдите работу. Господин В

здались кор

ь на трубку. Её от

да, витамины для беременных и телефон, которы

сть пришлось оставить, но на ней были её бриллиантовые серьги-гвозди

ешётками на окнах. У мужчины за стойкой

кладя бриллианты на стекло. – Их

м смехом. «Рынок переполнен, милочка

ж», – прош

н, принцесса.

яла во

карту за пятьдесят рублей. Заплатила хозяину триста рублей залога, который он потребовал при заселении. Заплатила ещ

пятьдесят рублей. На м

ную клинику. Приёмная была полна кашл

с холодный гель ей на живо

ёрно-белым, с помехами

ук. Т

ие. Сильно

октор Васильев. – При

ами светской львицы, а уродливыми, со

е?» – мягко

горошинку, которая была наполовину ею, а

ала Серафима. –

а мешковатая толстовка, купленная в

в закусочную. «Тре

рными пятнами, посмотрел на её руки. Её ман

родержишься»,

ла ему в глаза. «

обжигала кожу. Металлическая губка царапала

ющий протянул ей пять

сэндвич в холодильнике. Потом пос

пила в

такан кипячёной воды из-по

прошептала о

Получите бонус в приложении

Открыть
Жестокость миллиардера: моя тайная дочь
Жестокость миллиардера: моя тайная дочь
“Гром над Хэмптонсом трещал, словно ломающийся позвоночник, когда Серафима Серебрякова оказалась в эпицентре катастрофы. Елена Скворцова лежала на мраморном полу, воя от боли и обвиняя Серафиму в попытке убийства её нерождённого ребёнка. Юлиан Островский ворвался в поместье, принеся с собой бурю, и его взгляд, полный льда и ненависти, не оставил жене шанса на оправдание. Он не стал слушать её мольбы, приказав охране выбросить её из дома, лишить фамилии и навсегда стереть из жизни семьи. Пресса уже кружила стервятниками, и Юлиан решил, что изгнание - это милость, которую он ей оказывает. Серафиму вышвырнули в трущобы Кенсингтона, заморозили счета и оставили одну в мире, где каждый вдох давался с боем. Она была раздавлена, но в этот момент отчаяние сменилось ледяным ужасом: тест на беременность показал две полоски. Она носила под сердцем ребёнка мужчины, который считал её убийцей и поклялся уничтожить, если она когда-нибудь вернётся. Она свернулась калачиком на парковой скамейке, защищая живот от холодного ветра, и прошептала в темноту: «Теперь я - всё, что у тебя есть». Три года спустя, когда нужда заставила её принять деньги от умирающей свекрови и вернуться в логово льва, Серафима поняла: Юлиан всё ещё считает её виновной. Но он даже не догадывался, что каждый день её борьбы в нищете был пропитан не только болью, но и тайной, способной разрушить его империю до основания.”