Его тайная жена уходит от него в поисках лучшей жизни.

«Госпожа Романова, как только мы подадим эти документы, на подписание уйдёт примерно тридцать дней, – сдержанно сказал юрист, листая заявление о разводе. – Если вы решите отозвать заявление до этого момента, вам нужно...»

«Я не собираюсь менять решение, – мягко перебила я, Светлана Романова, в девичестве Андреева, не отрывая глаз от уведомления, которое только что появилось на экране моего телефона. В нём говорилось, что моя заявка на работу врачом в организации, помогающей в зонах бедствий и войн, была одобрена. – Пожалуйста, оформите документы как можно скорее».

Как только я закончила говорить, раздался звонок из больницы, где я работала. Голос на другом конце звучал взволнованно.

«Доктор Андреева, у нас экстренный случай. У жены господина Романова, возможно, разрыв жёлтого тела. Господин Романов срочно созвал всех врачей в её палату. Возвращайтесь как можно скорее».

От резкой боли в сердце я на мгновение замерла.

За два года нашего брака Илья ни разу публично не признал меня своей женой. Единственная девушка, из-за которой он мог бы так волноваться – это Лилия Саева, его давняя возлюбленная, которая недавно вернулась из-за границы.

Несмотря на горечь, я тихо согласилась и поспешила обратно в больницу.

Директор больницы и главные врачи уже собрались вокруг Лилии, расспрашивая о её состоянии.

Увидев меня, Лилия застенчиво прижалась ближе к Илье и прошептала: «Всё не так серьёзно. Илья просто слишком обо мне волнуется, поэтому созвал вас всех сюда. Света, ты же не злишься?»

Илья резко нахмурился, услышав её осторожный тон: «Зачем ты перед ней оправдываешься? Она врач. Лечить людей – это её работа».

Я сжала кулаки, но ничего не сказала. Вместо этого я спокойно достала стетоскоп и начала осмотр.

В итоге мы выяснили, что это всего лишь боли в животе, вызванные переутомлением.

Несмотря на то, что мы подтвердили, что с Лилией всё в порядке, Илья всё равно не мог успокоиться и настоял на том, чтобы её оставили в больнице под наблюдением.

Только после того, как мы вышли из палаты, он снисходительно и неохотно взглянул на меня: «Я знаю, что у тебя сегодня ночная смена, поэтому принёс тебе остатки ужина, который мы с Лилией не доели».

Честно говоря, я была удивлена. Хотя я уже решила отпустить его, в глубине души всё же мелькнула искра надежды.

Я обвела даты своих ночных смен в календаре у нашей кровати, но Илья никогда на него не смотрел.

Однако, открыв контейнер, я увидела лишь несколько сухих кусочков стейка и пожухлые листья салата.

Это были просто объедки. Очевидно, кто-то уже съел большую часть.

«Мы заказали ужин на двоих и не смогли доесть, – сухо сказал Илья. – Чего еде пропадать? Так что ешь».

В этот момент боль в сердце вернулась.

«Илья, по-твоему, я не достойна ничего, кроме объедков?»

«Тебе принесли ужин, а ты всё равно жалуешься? – раздраженно ответил он. – Тебе не угодишь. Вот Лилия никогда не была такой неблагодарной. К чёрту. Не хочешь – не ешь. Мне всё равно».

С этими словами он нетерпеливо схватил руку Лилии и вышел из палаты.

Глядя им вслед, я горько улыбнулась и выбросила контейнер в мусорное ведро.

Когда я проходила мимо поста медсестёр, до меня донеслись их приглушенные перешёптывания.

«Госпожа Саева же не жена господина Романова? Почему они так близки, если у него уже есть жена? Она не боится, что её сочтут любовницей?»

«Ты ничего не знаешь. Госпожа Саева и господин Романов давно друг друга любят. Разлучница – это как раз его нынешняя жена. Если бы она обманом не вынудила господина Романова жениться на ней, он бы сейчас был женат на госпоже Саевой».

«Вот именно. Ну и что, что у господина Романова есть жена? Они даже не появляются вместе на публике. Думаю, он скоро бросит её и женится на госпоже Саевой».

Я рефлекторно сильнеесжала карту пациента в руках. Они были не далеки от правды.

Илья и Лилия действительно когда-то были парой, даже обручились. Но они расстались не из-за меня.

Лилиан встретила богатого иностранца и уехала с ним, отменив помолвку.

Романовы, отчаянно стремясь сохранить свою репутацию, обратились ко мне и возобновили старую договорённость с моими покойными родителями.

В то время Романовы меня фактически содержали. Из благодарности и из-за собственных тайных чувств к нему я согласилась выйти замуж за Илью вместо Лилии.

Хотя я с самого начала знала, что это брак не по любви, я всё равно надеялась. Я верила, что если буду стараться, то со временем Илья меня полюбит.

Но за два года брака, несмотря на все мои жертвы, я оставалась для него всего лишь бесплатной домработницей.

Его сердце всё ещё принадлежало только Лилии.

Так что в день, когда Илья сказал мне, что Лилия возвращается, я поняла, что пришло время прощаться.

Одна из медсестёр заметила, как я готовлю лекарства неподалёку, и перевела разговор на меня: «Доктор Андреева, разве вы не говорили, что сегодня у вас годовщина свадьбы? Ваш муж не расстроится, что вы работаете в такой важный день?»

Волна горечи накатила на меня.

«Нет».

Он никогда не вспоминал про нашу годовщину. Ни разу.

Медсестра с завистью пошутила: «Ваш муж, наверное, очень понимающий? Мой парень постоянно злится, когда я на дежурстве и не могу провести с ним время».

Я натянуто улыбнулась: «Не в этом дело. Мы просто уже разводимся».

Как только эти слова сорвались с моих губ, медсёстры резко замолчали.

Делая вид, что не замечаю их любопытных взглядов, я закончила готовить лекарства и развернулась, чтобы уйти.

Но, повернувшись, я увидела Илью, стоящего всего в нескольких шагах от меня.