icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Книги жанра Соврем для Женщин

Бестселлеры В процессе Законченные
Я Бросила Жениха на Свадьбе

Я Бросила Жениха на Свадьбе

Денис, мой парень, увлёкся Эльвирой, девушкой, которую он поддерживал. В конце концов, кризис отношений после нескольких лет не обошёл нас стороной. В день, когда всё стало ясно, я оставалась необычайно спокойной. Оказавшись в такой патовой ситуации, Денис выбрал меня, решив закончить отношения с Эльвирой. В день нашего помолвочного вечера быстро распространились слухи, что Эльвира упала в озеро. Со слезами на глазах, я держала Дениса, пока он паниковал: «Денис, если ты пойдёшь к ней, у нас не будет будущего». В его глазах читалось явное отвращение и обвинение. «Без Эльвиры у меня не будет будущего. Алиса, не заставляй меня ненавидеть тебя». Я застыла на мгновение, когда он вырвался из моих рук и выбежал, не оглядываясь. Глядя на своё свадебное платье, я усмехнулась про себя. Раз Денис отказался изменить своё решение, зачем мне оставаться на этом месте и горевать?
За несколько недель до свадьбы мой жених забыл именно меня.

За несколько недель до свадьбы мой жених забыл именно меня.

До моей свадьбы с Игорем Романовым оставались считанные недели. После семи лет вместе я была уверена в нашем идеальном будущем. А потом Игорь заявил, что у него «избирательная амнезия» после травмы головы, и он забыл только меня. Я пыталась заставить его вспомнить, пока не подслушала его видеозвонок. «Гениальный ход», — хвастался он друзьям. Его амнезия была фальшивым «разрешением на измену», чтобы до свадьбы поразвлечься с инста-моделью Кристиной Волковой. С разбитым сердцем я сделала вид, что верю ему. Я терпела его открытый флирт с Кристиной и их издевательские селфи. Он насмехался над моим горем, отдавая предпочтение фальшивой неотложной ситуации Кристины. После аварии, которую он устроил, он бросил меня, раненую, решив отправить в больницу сначала Кристину. Он даже попытался оставить меня без денег. Как мой жених мог оказаться таким жестоким, расчетливым монстром? Его предательство отравило каждое воспоминание. Я чувствовала себя полной дурой за то, что доверяла такой безграничной жестокости. Его наглость выбила меня из колеи. Но я не стану его жертвой. Вместо того чтобы сломаться, в моей голове созрел холодный план. Я сброшу свою личность, стану Ольгой Карелиной. Я исчезну, оставив его, свое прошлое и его обручальное кольцо навсегда позади, чтобы обрести свободу.
В гостях у свингеров

В гостях у свингеров

Мой юный любовник каждый раз удивляет меня чем-то новым. Он знакомит меня с миром неограниченной любви и наслаждения. И вот он предлагает мне попробовать секс с обменом партнерами. Для меня это - дикость. Я уже не в том возрасте, чтобы получать такой экспириенс… Но Александр так сильно хочет попробовать, что я просто не могу ему отказать. И вот, скрепя сердце, соглашаюсь, и мы идем в гости к свингерам… Меня злит эта ситуация, я не хочу, чтобы мой любимый удовлетворял свои потребности с другой женщиной, но как заставить ревность замолчать? Я боюсь сорваться и наделась глупостей… А еще меня смущает секс с незнакомцем… Это так необычно, пошло и возбуждающе! Иду на эту встречу, доверяясь судьбе, и надеюсь, что сегодня я получу новый сексуальный опыт… #межвозрастной_секс #БДСМ #Оргия #Свингеры
Мой несносный парень

Мой несносный парень

Кори Вейланд - художник с обаянием хулигана и закрытым сердцем. Он меняет девушек чаще, чем кисти, и никогда не даёт больше, чем одну ночь. Потому что однажды он уже поверил в любовь - и это едва не сломало его окончательно. Обри Гамильтон - соседка по общежитию и лучшая подруга его младшей сестры. С самого начала между ними вспыхнула искра. За четыре года их история менялась десятки раз: друзья, враги, любовники... пока один из них не сказал «хватит». Прошло два года. И теперь, встретив её снова, Кори понимает - для него это не конец. Он больше не тот, кем был раньше. И теперь у него только одна цель - вернуть её. Даже если ради этого придётся рискнуть самым уязвимым - своим сердцем. Примечания автора: Эта история - часть серии InCollege и рассказывает о Кори и Обри, героях, с которыми вы уже могли познакомиться в книге «Его строптивая девочка». Роман можно читать как самостоятельное произведение, но для полного погруженияв характеры и динамику отношений я рекомендую начать с «Его строптивпя девочка».
День, когда я умер и ожил

День, когда я умер и ожил

Анна Романова задыхалась, грудь сдавили смертельные тиски. Ее шестилетний сын, Лёва, смотрел на нее, его лицо побелело от ужаса. Анафилактический шок. Состояние стремительно ухудшалось. Она прохрипела имя мужа, Марка, умоляя его позвонить в 112. — Мамочке плохо, она не дышит! — кричал Лёва в трубку. Но Марк, занятый «деловой встречей» со своей любовницей Кристиной, небрежно отмахнулся, назвав это «панической атакой». Через несколько минут он перезвонил: скорая, которую он якобы вызвал для Анны, теперь ехала к Кристине, которая всего лишь «упала» и подвернула лодыжку. Мир Анны рухнул. Лёва, маленький герой, выбежал на улицу за помощью, но его сбила машина. Глухой, тошнотворный удар. Она смотрела, призрак в собственной трагедии, как парамедики накрывают его маленькое, сломанное тело. Ее сын погиб, потому что Марк выбрал Кристину. Опустошение. Ужас. Чувство вины. Образ Лёвы преследовал ее, выжигая клеймо на душе. Как отец, муж, мог быть таким чудовищно эгоистичным? Горькое, всепоглощающее сожаление терзало ее душу. Кристина. Всегда Кристина. И тут глаза Анны распахнулись. Она лежала на полу в гостиной. Вбежал Лёва, живой и невредимый. Это был ужасающий, невозможный второй шанс. Этого кошмарного будущего не будет. Она вернет себе свою жизнь, защитит сына и заставит их заплатить.
Преданная наследница: Моя свадьба — сладкая месть

Преданная наследница: Моя свадьба — сладкая месть

Семь лет я скрывала, кто я на самом деле. Скрывала, что я наследница огромного состояния, и все ради него, моего парня Егора. Я поехала за ним на другой конец страны, стала незаметной, лишь бы он чувствовал себя значимым. В новогоднюю ночь он бросил меня одну, чтобы помчаться к своей первой любви, Кристине. У нее якобы «прорвало трубу». Позже она выложила в сеть интимное селфи с ним и подписала: «Мой герой». А потом прислала мне видео, где он сидит в баре с друзьями и смеется. «Да она просто истеричка, — ухмыляясь в камеру, пьяно протянул он. — Куплю ей новое колье, и она все забудет. Она же простая». Простая. Семь лет моей жизни, моей любви, моих жертв — все свелось к этому одному слову. Я поняла, что никогда не была для него той единственной. Я была лишь временной заменой. Я не плакала. Я собрала вещи, купила билет в один конец до Москвы и, прежде чем заблокировать его номер, отправила последнее сообщение. «Можешь не возвращаться. Я выхожу замуж».
Слишком поздно, господин генеральный директор: Вы потеряли её

Слишком поздно, господин генеральный директор: Вы потеряли её

Я продала свои фотоаппараты и объективы — всё, что определяло меня — чтобы купить первые серверы для стартапа моего мужа. Пятнадцать лет спустя, в мой день рождения, Дима оставил меня одну, чтобы отпраздновать с его новой ассистенткой, Яной. Когда я устроила ему скандал из-за измены, он даже не извинился. Он швырнул мне на стол чек на пять миллионов рублей и велел купить себе что-нибудь красивое. Но предательство на этом не закончилось. Яна вскрыла наш сейф и украла винтажное сапфировое кольцо моей покойной матери. Когда я попыталась забрать его, она сломала пополам восьмидесятилетнюю золотую оправу. Я дала ей пощечину. В ответ мой муж с силой толкнул меня. Моя голова с треском ударилась о тумбочку из цельного дуба. Кровь хлынула по лицу, пачкая ковер, который я сама выбирала. Дима не вызвал скорую. Он даже не проверил мой пульс. Он перешагнул через мое истекающее кровью тело, чтобы утешить свою любовницу, потому что у нее был «стресс». Когда его родители узнали, им было плевать на мою травму. Они приехали туда, где я пряталась, обвинили меня в неуклюжести и пригрозили оставить ни с чем, если я испорчу имидж семьи. Они забыли одну важную деталь: именно я спроектировала, написала код и установила систему «умный дом» в пентхаусе. Я синхронизировала каждую камеру со своим личным облаком, прежде чем уйти. У меня было видео, как он нападает на меня. У меня была аудиозапись, где он признается в мошенничестве. И у меня был на быстром наборе номер моего отца — человека, которому принадлежал банк, державший все кредиты Димы. Я посмотрела на его перепуганных родителей и вывела запись на экран телевизора. «Мне не нужны ваши деньги», — сказала я, мой палец завис над кнопкой «Отправить» в Следственный комитет. «Я хочу смотреть, как он горит».
Любовь была моей клеткой, а не спасением.

Любовь была моей клеткой, а не спасением.

Пять лет я была Аглаей Мельниковой, давно потерянной наследницей аграрной империи, вернувшейся к любящим родителям и идеальному мужу, Кириллу. Они были для меня всем — семьей, о которой я мечтала всю свою жизнь. Но все это было ложью. Случайно свернув не туда, я наткнулась на тайный хутор, где мой муж играл с маленьким мальчиком и Полиной — приемной дочерью, которая, как мне сказали, погибла в автокатастрофе. Мои родители были в курсе. Они финансировали их тайную жизнь и своего «настоящего» внука. Они не просто скрывали другую семью, они планировали, как от меня избавиться. Голосовое сообщение на компьютере Кирилла раскрыло их план: напичкать меня транквилизаторами и объявить невменяемой, если я создам проблемы для компании. Любовь, которую я считала своим спасением, оказалась клеткой. Наивная девочка, верившая в их чувства, умерла в тот день. Ее место заняла холодная, расчетливая ярость. Через несколько дней, на семейном ужине, моя мать пододвинула ко мне бокал вина. — Что-то ты бледная, дорогая, — сказала она. — Выпей, это поможет тебе расслабиться. Я знала, что это первый шаг их плана. Вино было с подмешанным препаратом. Я улыбнулась, встретилась с ними взглядом и осушила бокал одним долгим глотком. Их игра окончена. Моя игра только начинается.
Возродившаяся из пепла: Возвращение жены могущественного миллиардера

Возродившаяся из пепла: Возвращение жены могущественного миллиардера

Я лежала в реанимации после жуткой автокатастрофы, с раздробленными костями, отчаянно борясь за каждый вздох. Но в больничную палату так никто и не пришел. Мой родной отец и брат были слишком заняты подготовкой к роскошной свадьбе моей сводной сестры Алины. А женихом на этой свадьбе был мой собственный суженый, Платон. Собрав последние силы, я позвонила ему, умоляя приехать, ведь врачи не давали гарантий, что я вообще выживу. «Да хоть в аду сгори, мне всё равно. Алина слишком хрупкая, чтобы расстраиваться из-за твоих драм, я нужен ей завтра у алтаря». Это были его последние слова. Они просто вычеркнули меня из жизни, объявили всему миру, что я погибла, и даже высекли мое имя на холодном граните. Они похоронили меня заживо под горой удобной лжи, чтобы Алина могла без помех украсть моего мужчину, мою семью и мое будущее. Та наивная, вечно уступающая девушка умерла в тот день не под искореженным металлом, а под тяжестью их чудовищного предательства. Я до конца не могла понять, как родная кровь могла так легко променять меня на фальшивые слезы манипуляторши. Но они не знали одного — я выжила и возродилась из пепла. Спустя пять долгих лет я вернулась в этот город уже как Лиана Миронова — жена могущественного IT-магната, за спиной которой теперь стояла новая семья с невообразимой властью. И первым, кого я встретила, придя посмотреть на свою собственную свежую могилу, оказался Платон.
Восставшая из могилы королевой

Восставшая из могилы королевой

Я водила пальцем по золотым буквам на собственном надгробии, когда чья-то рука коснулась моего плеча. Это был Кирилл. Тот самый мужчина, который пять лет назад бросил меня истекать кровью в канаве, потому что не хотел опоздать на помолвку моей сестры. — Умри тихо, Ева, — сказал он тогда по телефону и повесил трубку. Теперь, стоя над моей могилой, он в шоке уронил дешёвые пластиковые цветы. — Ева? Ты же... мы тебя похоронили. Они меня не хоронили. Они похоронили пустой ящик, чтобы сохранить лицо, оплакивая «проблемную» дочь, от которой на самом деле избавились, как от сломанной игрушки, в тот самый момент, когда я стала обузой. Шок Кирилла быстро сменился знакомой надменной яростью. Он обвинил меня в том, что я инсценировала свою смерть ради внимания. Он сказал, что я больная, раз заставила семью пройти через такую боль. Он даже потянулся, чтобы схватить меня за руку, намереваясь оттащить к отцу извиняться. — Ты пойдёшь со мной, — выплюнул он. — Ты должна нам всё объяснить. Но он совершил роковую ошибку. Он думал, что говорит с Евой Демидовой, той мягкой девочкой, которая плакала, разбив коленки. Он не заметил чёрный «Мерседес», ожидавший у обочины, и мужчину, который из него вышел. Прежде чем пальцы Кирилла успели коснуться моего пальто, его запястье перехватила стальная хватка. Между нами встал Константин Романов, самый опасный авторитет Москвы. — Ещё раз тронешь мою жену, — прошептал Константин, и его голос обещал жестокую расправу, — и лишишься руки. Я улыбнулась, глядя, как ужас вымывает краску с лица Кирилла. Я вернулась из мёртвых не для того, чтобы объясняться. Я вернулась, чтобы похоронить их всех.
Слишком поздно: Немая девушка нашла свой голос

Слишком поздно: Немая девушка нашла свой голос

Автомобильная авария отняла у меня родителей и способность говорить. Мой друг детства Яков вытащил меня из-под обломков и поклялся, что навсегда станет моим голосом. Я верила ему годами, пока случайно не услышала, как он смеется надо мной со своими друзьями. «Все знают, что ты делаешь это из жалости. Она — мертвый груз», — сказала его новая девушка. «Я устал. Словно я нянчусь с призраком», — ответил мой спаситель. С этого момента моя жизнь превратилась в кошмар. Он позволял своей девушке публично унижать меня. Когда она картинно упала, симулируя вывих, Яков силой заставил меня опуститься на колени в грязь и извиняться перед ней на глазах у всей толпы. Окончательное предательство произошло во время похода. Началась страшная гроза. Яков бросил меня одну в лесу, глухую, потерявшую слуховые аппараты, оставив один на один с тем же ужасом, что разрушил мою жизнь много лет назад. Он выбрал спасать ее, а не меня. Задыхаясь от паники в абсолютной тишине, я не могла понять: как человек, клявшийся защищать меня, мог так безжалостно растоптать мою преданность? Мои тайные, мучительные уроки у логопеда, чтобы однажды произнести его имя, оказались жалкой шуткой. В ту ночь я собрала вещи и исчезла из города. Три года спустя я вернулась на свою первую персональную выставку. Когда Яков с бледным лицом пробился сквозь толпу, умоляя меня о прощении, я посмотрела на него и произнесла своим собственным, безупречно ясным голосом: «Нам больше не о чем говорить».