icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Книги жанра Романы для Женщин

Бестселлеры В процессе Законченные
Брошенная жена: восхождение юридической легенды

Брошенная жена: восхождение юридической легенды

Три года я отказывалась от своей жизни «Немезиды», непобедимого адвоката, чтобы быть идеальной женой для звездного прокурора Москвы, Кирилла Самсонова. Я променяла судебные иски на кулинарные книги, веря, что смогу исцелить мужчину, которого любила. В нашу годовщину он пришел домой пьяный, отчаянно поцеловал меня и прошептал имя другой женщины. — Оля, — выдохнул он. — Я знал, что ты ко мне вернешься. Но окончательный приговор нашему браку был вынесен в ресторане. Когда официант пролил кофейник с кипятком, Кирилл не колебался ни секунды. Он бросился, чтобы заслонить свою бывшую, Ольгу, от нескольких капель. Остатки кофе вылились мне на руку, оставив ожоги второй степени. Он же паниковал из-за крошечных красных пятнышек на руке Ольги и помчался с ней в частную клинику. Он даже не взглянул на мою покрывавшуюся волдырями кожу. Просто сунул мне свою кредитку. — Возьми такси до травмпункта, — сказал он. — Я позвоню позже. В тот момент преданная жена умерла. Я ушла и больше никогда не оглядывалась. Три месяца спустя я стояла напротив него в зале суда, представляя человека, которого он обвинял в самом громком деле его карьеры. Он и понятия не имел, что тихая домохозяйка, которую он выбросил, была той самой легендой юриспруденции, известной как Немезида. И я собиралась уничтожить его идеальный, безупречный послужной список.
Её сладкое бегство от хаоса

Её сладкое бегство от хаоса

Ариадна Котова жила в мире идеального порядка, безупречного продолжения бренда своего мужа, Георгия Стасова. Ее платья были сшиты на заказ, осанка — прямой, улыбка — выверенной. Она была воплощением жены Стасова. Но в свой день рождения она нашла его у палатки с хот-догами. Шелковый галстук ослаблен, он чистил хот-дог для молодой женщины, хихикающей напротив. Это была Жанна Григорьева, дочь их бывшей домработницы, чье образование Георгий годами оплачивал под видом благотворительности. Тщательно выстроенное самообладание Ариадны рассыпалось в прах. Она устроила им сцену, но в ответ получила лишь пренебрежительные оправдания Георгия и притворную невинность Жанны. Она опубликовала язвительное селфи, но Георгий, слепой к правде, обвинил ее в излишней эмоциональности и объявил, что Жанна поживет у них. Позже той ночью, вернувшись домой, она обнаружила, что вечеринка-сюрприз в ее честь в самом разгаре. Хозяйкой вечера была Жанна, одетая в винтажное платье Chanel, принадлежавшее Ариадне. Жанна, самодовольная и торжествующая, прошептала ядовитые слова, утверждая, что Георгий считает Ариадну «холодной в постели. Как рыба». Это оскорбление, жестокий удар, вывело Ариадну из себя. Ее рука взметнулась вверх и встретилась со щекой Жанны. Звук пощечины эхом разнесся по затихшей комнате. Георгий, в ярости, прижал к себе Жанну, глядя на Ариадну, как на чудовище. — Ты с ума сошла? — взревел он. Он обвинил ее в том, что она унизила его, потеряла контроль, и приказал сослать ее в загородное поместье. Но Ариадна больше не собиралась играть по его правилам. Она позвонила Александру Волкову, другу детства, который прилетел на вертолете, чтобы забрать ее. — Больше нет, — сказала она Георгию, ее голос был ясным и сильным. — Мы больше не семья. — Она швырнула ему в лицо документы о разводе, оставив его и Жанну наедине с их хаосом.
Мой побег — Брак по расчёту

Мой побег — Брак по расчёту

Пять лет я была идеальной девушкой. Я была рядом с Дмитрием, когда его семья потеряла всё, и помогла ему с нуля построить технологическую империю. Я думала, наша любовь настоящая. Но однажды ночью я услышала, как он во сне стонет имя другой женщины — Кристины. Той самой бывшей, которая бросила его, как только у него закончились деньги. И тогда меня пронзила ужасающая догадка: я была не любовью всей его жизни. Я была лишь заменой. Его жестокость была как медленный огонь. Постепенно он разгорелся в адское пламя. Когда на вечеринке рухнула хрустальная люстра, он инстинктивно спас её, оставив меня под обломками. После автокатастрофы он бросил меня истекать кровью на обочине, чтобы утешать её. Он выбирал её. Каждый раз. Он говорил, что любит меня, но все его поступки кричали о том, что я — вещь, от которой легко избавиться. Его любовь была не домом, а клеткой из уютной лжи. Когда он оставил меня одну на яхте, чтобы спасти Кристину от её же срежиссированной драмы, моё терпение лопнуло. Поэтому, когда его сестра умоляла меня помочь ей избежать брака по расчёту с чудовищным, обезображенным отшельником, я увидела свой шанс на побег. Я написала ей в ответ: «Не волнуйся. Я выйду за него».