Login to Litrad
icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon
closeIcon

Получите бонус в приложении

Открыть

Wabi Veil

3 Опубликованные Книги

Книги и Романы Wabi Veil

Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти

Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти

Миллиардеры
5.0
Спустя четыре года после того, как утонул мой сын Марк, я пришла в архив за его свидетельством о смерти. Мой муж, ИТ-магнат Эмиль Соколов, для всех был святым — безупречным отцом, который нежно поддерживал свою сломленную горем жену. Но одна дежурная фраза служащей разрушила мою жизнь: в системе у Эмиля числился еще один ребенок-иждивенец. Его матерью была Карина, женщина, которая годами безумно преследовала моего мужа. Я выследила их и нашла идеальную, смеющуюся семью. Спрятавшись у окна их дома, я подслушала разговор и узнала страшную правду: в день смерти Марка Эмиль не отходил на «срочный рабочий звонок». Он был с любовницей. Его похоть убила нашего мальчика. Четыре года он хладнокровно смотрел, как я виню во всем себя, а потом привел своего бастарда в наш дом. Его мать и любовница заперли меня в затапливаемом подвале, спустили прах моего Марка в унитаз, а меня саму избитую выбросили ночью под мост на растерзание бродягам. Как он мог обнимать меня по ночам, зная, что его ложь заживо сводит меня в могилу? Моя скорбь выгорела дотла, уступив место ледяной, всепоглощающей ненависти, и простого развода мне было уже недостаточно. Я набрала номер своего бывшего наставника, чьи незаконченные клинические испытания по полному стиранию памяти стали моим единственным выходом. «Я готова стать первым подопытным, сотрите его из моей жизни навсегда».
Спасая одну любовь, погубив другую

Спасая одну любовь, погубив другую

Романы
5.0
В тот день, когда я увидела интервью Артёма Ставицкого, я подала на развод и съехала из идеально ухоженного дома, в котором мы прожили с ним три года. В эфире Артём сказал, что больше всего сожалеет об одном: в смертельной ситуации он инстинктивно защитил то, что назвал «национальным достоянием». Этим «достоянием» оказалась не я, его жена. А его «хрупкая» коллега – Белла Брукова. Два дня спустя на пресс-конференции саммита G20 тот же военный корреспондент задал мне вопрос: «Госпожа Ковалёва, как переводчик высшего класса, каким профессиональным принципом вы гордитесь?» Я посмотрела прямо на сидящего в первом ряду Артёма и сказала: «Истинный профессионализм – знать, что муж рисковал жизнью ради любовницы, и при этом хладнокровно передавать команды, которые спасли ему жизнь».
Мой соперник, моя единственная надежда

Мой соперник, моя единственная надежда

Романы
5.0
В день моего рождения мать сказала, что пришло время выбрать жениха из самых завидных холостяков Москвы. Она настаивала на кандидатуре Александра Волкова — мужчины, которого в прошлой жизни я любила слепой, безумной страстью. Но я помнила, чем закончилась та история любви. Накануне нашей свадьбы Александр инсценировал свою смерть в авиакатастрофе частного самолета. Я годами была его убитой горем невестой, а потом нашла его — живого и здорового — на пляже, смеющегося вместе с бедной студенткой, которую я лично спонсировала. У них даже был ребенок. Когда я потребовала объяснений, наши друзья — те самые мужчины, что притворно утешали меня, — схватили меня. Они помогли Александру сбросить меня в океан и с пирса наблюдали, как я тону. Когда вода сомкнулась над моей головой, лишь один человек проявил настоящие чувства. Мой соперник с детства, Дамиан Золотов, в агонии выкрикивал мое имя, пока его держали. Он был единственным, кто плакал на моих похоронах. Открыв глаза, я снова оказалась в нашем пентхаусе, всего за неделю до рокового решения. На этот раз, когда мать предложила мне выбрать Александра, я назвала другое имя. Я выбрала того, кто оплакивал меня. Я выбрала Дамиана Золотова.