Пациент #13

линала собственную мать. Крик у неё был словно у сумасшедшей, она вырывалась из цепкой хватки санитара, стараясь укрыться от ударов второго. Её волосы снова были взъерошены и торчали во все стор

есь не церемонятся с пациентами. За каждое непослушание - удары дубинкой и шокером. За каждую оплошность - эксперименты. Что может быть хуже для больного, чем эксперименты? Они говорят, что это им на пользу, но всё не так. Врачи убивают разум пациента, пичкая их таблетками и используя свои новые запрещенные методы лечения. Я видел много раз, как пациент шёл на поправку, но вдруг, после очередного эксперимента, в его глазах пропадал огонёк жизни. Они становились мутными и безжизненными. Для них больше не существовала прежняя жизнь, только отрывки воспоминаний. Жизнь имеет свойство терять всякий смысл, когда ты теряешь себя, свой разум. Я никогда не лечил своих пациентов таким методом. Может, мои разговоры и не сильно помогают

ихо сказал связанному па

а, а, доктор Тёрнер? Хм... Тёрнер..

роизносил твою

твои

лся, или просто хотел

ан побега. Хочу сжечь это чё

ечить и сдержу своё слово, – мне было непри

ы безумнее меня, как и все вр

слова были чистой правд

ешь свою маску, Джонни? З

ою? – спросил он, подняв гол

год не снимаешь её. Я же помню т

множество, миллион... Вы надеваете их, не покидая постель. Притворяетесь, что вам всё нравится,

отвечать мне, рассказывая о своей м

дыхе перед ночной сменой. София Гербер: Я очнулась на кровати, моё тело болело, голова кружилась, и меня тошнило. Сотрясение налицо. Зачем было бить меня по голове? Я же не сделала ничего плохого, просто подошла к ней, к своей... Матери... Злость бушевала внутри меня, я хотела рвать и метать, но тело содрогалось в болезненных судорогах. Мне было жутко холодно, может быть, это простуда, а, может, я начинаю сходить с

и ноги. Я кричала и вырывалась от боли до тех пор, пока не увидела кровь. Она была везде: на моих руках, на моей од

гим режимом. Сегодня ночью вы убили п

ы, чёрт возьми, такие, чтобы

та #13. Теперь эта кровь на твоих руках! – крикнул он мне в ответ. Его лицо в

го, – мягко произнёс второй мужчина за спиной. На вид ему около

лись по моим щекам, я не хотела вер

я, – сказал следователь и вышел из палаты. – Что со мной будет? – я

ув на пол. Я осталась одна, смотрела на кровь, которая была повсюду, и не могла поверить в услышанное. Меня обвинили в убийстве человека! Это место никогда не будет мне приятным, оно пропитано плохими воспоминаниями и сумасше