Слишком поздно, миллиардер: теперь я стала бесценной

го память. Я привезла его в свой мотель и назвала Сашей. Он держ

дупреждали меня: «Он не из наши

т ли он меня, когда к

ня по волосам

я в этом мотеле. Всё это –

й дорожке подъехали шес

почтительно обратился к нему: «Совет директоров

ии, международной компании недвижимости Ива

Проследите, чтобы она не

деле он никогда

нии, он передал меня Борису Кузнецову – овдовевшему мелкому опера

лил своим телохранителям протащить меня по причалу. Но он

лядя, как наш неродившийся малыш ус

ападная Бухта с шестью тысячами рублей в кармане, поклявшись,

ав

ица

тот год, когда мои родители вышли в море на лодке для ловли омаров и не вернулись. Октябрьс

еском. Его пальто насквозь пропиталось тёмно-красной кровью, а пульс

врача на пенсии, жившего в конце улицы, и он зашил рану п

е помнил своих родителей. Не помнил, где его дом. Он не помнил даже собс

ост

лгими, скудными зимами. Руки, которые никогда в жизни не прикасались к гаечному ключу, огрубели от мозолей. И всё же что-то в н

причалы, Саша составил ответный иск, и менее чем за сорок восемь часов, к в

та Столичный с вопросом о том, кто подготовил документы. Саша взял грузовик и исчез на два дня. Вернувшись, он с

– беглая акула с Уолл-стрит.

а деревянном причале позади мотеля, он согнул кусок

нее запахивая моё шерстяное пальто, чтобы защитить от пронизывающего северо-восточного в

му по

шести чёрных внедорожников с хрустом проехала по гравийной дорожке и раз

и оцепили вестибюль. Из головной машины вышла высокая блонди

ым количеством привилегированных акций, чтобы гарантировать ей место за любым столом, накрытым семьей Ивановых, и она никому не позволяла об этом забыть. Мать Александра выбрала её для

, ответившей на письмо прокурора штата, продал ей ксерокопию договора об оказании юридических услуг за оди

ившиеся из кабинета. Я пошла по коридору и остановилась перед потёртой деревянной дверью

ут; от мягких, нежных манер, к которым я пр

екторов единогласно проголосовал за ваше возвращение. О

гут ликвидировать активы в городе Южный Порт. Я вернул себе пятьде

рот рукой, а моё сердце трепетало, как птица. Виктория с

, которую подобрал на пляже, на благотворительный вечер в следующем месяце. В этот вечер объявят о нашей помолвке. Если твоя мат

е колебался

ы её происхождения этого хватит на несколько жизней. Кроме того, Борису Кузнецову нужна покорная жена, чтобы вести хозяйство, а его маршруты прибрежных

союзом и местной элитой в городе Сосновый, я передам ему тихую, послушную жену и использую этот брак, чтобы поманить его коммерчески

зала Виктория и рассмеялась. – Это самое хла

ему бенефициару. Если к сорока годам она всё ещё будет не замужем, основная сумма вернется в фонд Ивановых, и ей не достанется ничего, кроме ежегодного пособия. В браке же

записи ещё до того, как я что-либо решила, и маленькая красная

астущей внутри меня. Два дня назад в клинике в городке Долинный медсестра

тыре года. Он знал своё имя все эти четыре года и позволял мне наз

ежал в моей постели, ожидая, когда они придут и заберут его. Я сжала телефон в

о ни паники, ни проблеска вины. Он просто убрал телефон и пододвинул

ла», – Его голос

стараясь сохранить самообладание, но безус

не ведет дела, не сняв шляпу перед Кузнецовыми. Сейчас у него туго с наличными, но как только будут влиты средства твоего траста, эта небольшая трудность сойдет на нет.

ное кольцо на своей левой руке. – А как же человек, котор

однял глаза на меня. Он смотрел на ме

сти, ни будущего. Я – Александр Иванов. Моя жизнь принадлежит совету директоров группы компаний Ивановых, а не пятико

льца. Подошла к столу и с силой ш

зала я, глядя ему прямо в глаза. – И я ни

рученную проволоку и едва

ь, чтобы взять своё пальто. – Юристы займутся документами. Свадьба в пя

оего кабинета»

громко и презрит

дом с Александром, её голос был пропитан пренебрежением. – Она и правда думает, чт

аспахнула её настежь

хим, ровным голосом, –

а одно короткое мгновение, словно ища в моем лице что-

ним и, проходя мимо, нар

укрылся от бури, – прошептала она мне на ухо. – Не

м и прижав колени к груди. Мои дрожащие руки легли на живот. В комнате пахло солью и хвоей, а теперь ещ

отрела, как Александр достал из кармана золотую зажигалку и прикурил

на улице выдохнул густое облако в серое прибрежное небо,

ыстро говоря. Александр кивнул своему начальнику службы б

– голос Александра отчётливо донёсся сквозь тонкое стекло.

села на моих увядающих гортензиях. Я взяла со стола синюю папку. Открыл

ода Южный Порт; моё официальное место жительства привязывалось к старому дому Бориса на целых десять лет, а ежегодные выплаты прекращались в день растор

умма вернулась бы в фонд Ивановых, и я ос

ыплачиваемый в рассрочку. Затем в парадную д

л Борис в ярко-