Возродившись, я навсегда разрываю нашу токсичную помолвку

а Екат

сё ещё была обмотана белой марлей. В тот момент, когда он увидел меня, его тело напряглось, и первым инстинктом было сделать шаг назад, слегка заслонив своей широкой фигур

а и опустилась на колени на ковёр. Слёзы в о

, что прошлой ночью я украла его у тебя. Если хочешь кого-то наказать, накажи меня! Разрушь мою репутацию, расскажи газетам всё, что захочешь, но,

ж был тщательно размазан, придавая ей вид

кричала, чтобы она перестала притворяться. А Дмитрий тут же схвати

тала выдёргивать пальто. Я смотрела н

обой, Екатерина? Посмотри, до чего ты её довела. Угрожаешь фирме? Рас

лет нашей помолвки это был его метод решения наших споров: сначала

по столу эхом ра

ал, его лицо покраснело от гнева, а рука дрожала так сильно, что ему пр

ать с Екатериной! В этом доме она твоя невеста и дочь человека, который спас мне жизнь! Ты позволяешь этой

травм колена, полученных при пожаре. Он подошёл прямо ко мне, его грубы

то не сможет занять место Дмитрия, если я этого не позволю. Я терпел отца Алисы только из-за обещания, которое дал своей покойной

мира. Морщинки вокруг его глаз глубоко

ерез кладбище. Когда мне снились кошмары, он сидел у моей кровати и читал сказки, пока я не засыпала. Когда мы с Дмитрием были подростками, Владими

Владимира за любовь Дмитрия, веря, что раз отец обязан м

дарность не передаётся по наследству, а

жно накрыла ладонью дро

. – Я пришла сюда не для того, чтобы жаловаться на Дмитрия. И я не

ьцо с бриллиантом на его стол: «Я пришла сегодня, чтобы

овисла мёрт

аздражённо нахмурив брови. «Екатерина, хватит! Перестань использовать

ернув голову и спокойно глядя на него. –

тчаянной. – Нет, дитя, ты не можешь! Это из-за этой женщины? Я сегодня же урежу финансирование её отца! Я отправлю Дмитрия

ренностью. – Он не любит меня. Ему просто нравится, что он всё ещё может чувствовать вину. Если заставить ег

ушение однажды. Я не ст

ечная, торжествующая ухмылка промелькнула в уголках её г

ет за десять секунд. Он услышал окончательность в моём голосе. Это не был к

его груди вырвался тяж

ерез семь дней ты всё ещё захочешь уйти... я подпишу любые бумаги, какие пожелаешь, и создам для тебя независимый т

который меня вырастил. Я не могл

мир, – тихо согласи

улась и вышла из кабинета, не удо