Слишком поздно для сожалений: Возвращение истинной наследницы

я была беременной, счастливой женой IT-магната Александра Смирнова; в следующее – экран т

ё животе. Это была не просто интрижка; это было публичное зая

мои собственные приёмные родители сговорились против меня. Они поселили Алёну в нашем д

й, угрозой имиджу семьи. Они обвинили меня в

ть. Они заперли меня в комнате и назначили процедуру

а один последний, отчаянный звонок по номеру, который скрывала годами – номеру моего биологического отц

ав

ица

весь остальной мир: в ослепительной вспышке камеры

ли были о малыше, растущем внутри меня – нашем секрете, нашей радости. В следующее – ре

о прокомментируете громк

магнат Александр Смирнов и его подруг

торая, казалось, вот-вот треснет и разлетится вдребезги. Я чувствовала на себе сотни в

нце зала с Алёной Поповой, его рука по-собственнически лежала на её пояснице. Она смотрела на него снизу вверх пол

ю картину. Любящая пара, деляща

орый должен б

бычу, пододвинулся ближе. «Правда ли, что

ел репортёра, телефон, рушащееся выражение моего лица. Его хватка на Алёне

. Поздние ночи, когда я помогала ему придумывать код для его первого приложения, то, как он обнимал меня, когда мои приёмные родители критиковали мой выбор

братилось

а к нему. Ропот в зале стих, толпа расступалась передо мной, как Красное море. Единственным звуком был ровны

трела на Алёну. Весь мой мир сузился до

ложь, в которую я действительно смогу поверить», – ск

чало действовать. «Алиса, детка, всё не так, ка

ытое пятно. Звон от удара моей ладони о его щеку эхом разнёсся в гулкой ти

сцветал красный отпечаток моей руки. Он не в

нным фальшивой хрупкостью, когда она встала между нами, положив руку ему на г

появившихся слёз, встретились с моими.

горячая слеза вырвалась наружу, прочертив дорожку по моей холодно

его голос сорвался на отчаян

объятия, но я отшатнулась от е

меня», –

андра сжались. Он перевёл взгляд с пиарщика на море наблюдающих лиц, на умоляющее в

ко и твёрдо, не для меня, а для всех слушающих. – У на

обнял её одной рукой, прижимая к себе. Защитный жест. Жест, который он не предложил

– прошептала я, слова застряли у

и, которая, как я знала, была не из-за меня, а из-за нег

осом. Он начал направлять плачущую Алёну к выходу, а его ко

влял меня здесь, одну,

ния легла на меня удушающим саваном. Он не просто признался в измене. О

хватившись за стол, уставленный нетронутыми бо

рязный развод, незаконнорождённый ребёнок – это стало бы катастрофой. Но IT-магнат, поддержи

меня и нашего нерождённого ребён

ковую дверь, подальше от любопытных глаз и вспышек камер, ко мне

бор. И он вы

ыбра