ица
. Он окинул меня быстрым, пренебрежительным взглядом, словно оценивая. Сначала его взгляд метнулся к Валерии
м: «Отец не из терпелив
лушённый крик Андрея: «Я всего л
вся в синяках, то семья Матвеевых будет выглядеть слабой. Ты
хом перед нашим отцом. Он пробормотал проклятие, и шаги е
с моим. Это был не обеспокоенный взгляд, а предупреждение: «
вив меня посреди ра
ноги. Каждый вдох отдавался острой болью в боку. Я, шар
е наливался тёмный синяк. Но больше всего меня приковали её глаза. Они были тё
ь: «Алина, ты в порядке? Андрей
зеркале отражение Валерии: на её лице снова был
е. На секунду её, казалось, смутила холодность, которую она ув
аленький керамический горшочек: «Я принесла тебе зажив
а о неприятностях, которые
ак сухой хрип: «Мне н
духе, и милая улыбка
ейдя на ядовитый шёпот. – Ты что, правда ду
кими и злобно блестели. «Это тебя отправляют замуж за этого калеку-монст
причинить как можно больше боли. Неделю назад это бы меня
коснулась моих разбитых губ. Это
ты улыбаешься? Ты, безволкая уродина
вёрдо ответила я. – Думаешь, ты избежала
Валерия, повзрослевшая, в роскошной комнате, её лицо в синяка
а: «Ты просто сменила одну клетку на другую, покрасивее. Ты сбежишь от
ое, затронули тайный страх, который она, должно быт
ёд, и, хоть хватка была неуклюжей и слабой, я поймала её за запястье. Остановила её не моя си
сё кончено. Между тобой и мной. Сестринские у
пренебрежения – и подошла к своему маленькому шкафу. Начала доставать самое просто
лерия, на её лице застыл
/0/24930/coverbig.jpg?v=e56c68073e0d1adf366c6a295dca3129&imageMogr2/format/webp)