свет люстры, сверкнув, как крошечное
инстинктивно напряглось, готовое выполнить идеальный, минимальный по усилиям уворот вл
ренести вес, тяжёлые дубовы
ирокоплечая фигура в чёрном костюме пересекла мра
л прямо пер
длинные, сильные пальцы сомкнулись в
таллическое остриё с силой процарапало хрустальный циферблат его заказных часов, закрепл
в сторону. Он с силой врезался в высокий
массивная сине-бела
акренился. Ваза рухн
ОХ
летелся на тысячи осколко
ась мёртвая, у
ней. Запах дорогого агарового дерева и холодного дождя наполнил её лёгкие. Её сердце пропустило
пустил руку. Он п
апина пересекала циферб
аза Демьяна стали угольно-чёрными, из
ерь. Он увидел разбитые осколки своей драгоценно
идел Демьяна Суареса, стоявшего т
ровь отхлынула от его лица,
онял, кто только что вошёл. О
ывая пальцем на Селину. – «Ты увернулась! Т
ла, что Вадим обожал эту вазу
вошла!» – крикнула Эльвира, пытаясь пе
й, притворяясь плачущей. «Се
й, яростный смех. Она посмотрела на троих, её глаза
ленно пове
таж. Его взгляд встретил
олько лишённым человеческого сочувствия, ч
ание перехватило в горле. Хол
и Эльвире. Жестокая, ленива
вазу. Он медленно поднял
на стекле его ча
ающим рокотом, который отдавался в груди каждого в к
пали ка
ухнул на колени на мраморный пол
/0/24926/coverbig.jpg?v=cc31b776dfaef2c89185e57e6b8d1602&imageMogr2/format/webp)