Грандиозное возвращение перерожденной гениальной наследницы

вет люстры, сверкнув крошечным лезвием

тело инстинктивно сжалось, готовое выполнить идеальный, минимальный по усилиям ув

ренести вес, тяжёлые дубовы

ирокоплечая фигура в чёрном костюме пересекла мра

л прямо пер

рехватив траекторию дротика. Острый как бритва наконечник остановился в волоске от его

олодного гнева между Селиной и мальчиком, который пытался её ослепить. Этот образ запечатлелся в сознании кажд

пястья, Демьян отпр

овно в двух дюймах от правой руки Григория, вонзившись та

словно обжёгся, отшатнувшись от пери

кий наконечник поцарапал хрустальный циферблат эксклюзивных швейцарских часов, пристёгн

енно поднял

пересекла циферблат его экс

аза Демьяна стали угольно-чёрными, из

том, который вибрировал в груди каждого в комна

легка повернул запястье, позволяя повреждённым час

обственность те

увидел разбитую Минскую вазу на полу – вазу, которой он хвастался годами, вазу, ко

ись. Кровь отхлынула от его лица

щё дрожа от дротика, который чуть не лишил его пальцев, его ст

ем на Селину. «Ты увернулась! Ты заставила меня разбить папину

Вадим любил эту вазу больше, чем её

чала Эльвира, её голос был пронзительным от отчаяния. «

яясь, что плачет. «Сестра, зачем ты эт

али вину на девушку, которая ничего не делала,

спина была прямой. Её подбородок был высоко поднят. Её взгляд скользнул по всем троим – Григорию,

росил металлический дротик мне в лицо. Незнакомец должен был защитить меня, потому что моя новая семья пыталась

стоял неподвижно у двери. «Это представление семьи Хейз о гостеприи

ческий удар. Его рот открывался и з

ел на Селину с выражением, в равной степени

глаза были мёртвыми. Пустыми. Глаза че

ей. – Ваш сын бросил оружие в гостя. Ваша жена и дочь обвинили жертву. И ваше самое ценное имуществ

шине растянуться, пока В

го глаз. «Я дам вам выбор. Метательная рука вашего сына, или...» Он позволил слову повиснуть в воздухе. «Вы

царилась мёр

евушкой из трейлерного парка, которую он поселил в комнате для прислуг

ря руки. Это было полное и тотальное унич

а одно ужасное мгновение его

ть про

годаря безжалостным сделкам и железной воле – опустился на колени на разбитый фарфор. Острые края

дрогнул. – От имени всей моей семьи. Мы были н

ь, вырывалось из него

прошлую жизнь в ад, стоял перед ней на коленях, истекая кровью, умо

стоит на коленях. Пусть истекает кровью. Пу

не совсем поняла, Вадим Хейз

на услышала, как скрипят его зубы. «Пере

ила Селина, её голос был мягким, любопытн

оей жены. За...» Он тяжело сглотнул. «За

ительное мгновение. Затем она кивнула один р

азала она. – М

вала ему разрешение. В его собственн

брюки были порваны, ткань испачкана кро

восхищения. Эта девушка – эта злая девчонка из Ржавого пояса – только

сёт совок для вазы. И Вадим?» Он остановился у двери. «Если я услышу о какой-либ

ышел, Пётр следов

двери за

давлен

лонил колени перед своей падчерицей.