ерафимы Л
ка первая волна
циональной ошибкой, которую совершала прежняя я, когда
е. Достала из запертого ящика под туалетным столиком самую свежую выписку из трастового фонда мои
у что-то грохнуло. Затем, почти двадцать минут спустя, Дмитрий пронё
влетворить любое представление, которое она выбрала на этот день. Дмитрий вернулся в сердце своей
й я распечатала со своего телефона, официальное прошение об Отвержении и базовый план разделения
ке второго этажа. Его кабинет находился в дальнем конце, сердце его власти в этом доме. Две
посту
ю латунную ручку
. Он сидел за массивным красным столом, размером с небольшую лодку, и золотая ручк
с был низким, опасным рычанием, пре
му персидскому ковру, который заглушал м
отчётливым стуком
за, осколки льда, поднялись, чтобы встретиться с моими. Ярость от нашей
. Положила руки на полированное дерево, слегка наклонилась вперё
уратно напечатанную надпись: «Соглашение об От
. Он откинулся в своём троноподобном кожаном кресле, сложив пальцы под подбородком. О
тью. – Вы имеете в виду то небольшое ежемесячное пособие, которое ваша семья выдаёт,
, лишённый юмора смех. «Вы очар
стью. «Вы хоть представляете, каков мир для одинокого волка? Для самки без Стаи, без защиты? Бродяги разорвут
нь в моих венах. Он рисовал картину моей слабости, повествование,
ый тон. – По крайней мере, их намерения честны. Они хотят убить меня. А вы прост
лицо потемнело, маска веселья
но не ко мне. Он вых
РР
хом кабинете. Он разорвал моё прошение, мою деклар
его огромных руках не оста
надежд, осевшая на бесценный ковёр. Затем он наклонился над стол
Ты останешься здесь, в этом доме,
ня. Я чувствовала низкий гул его альфа-силы, едва уловимое выделение феромоно
он пытался контрол
ия и сделала шаг назад, прочь и
ва на его яростное лицо. В моём голосе не было гнева,
ий, – тихо сказала я. – Но ты не можешь порват
него чем-то совершенно незнакомым, и это делало его б
дрожал от подавляемой ярости. Приказ Альфы. Эта с
клик, шёпот инстинк
слова. Спорить с тира
ой и высоко поднятой головой. Стук моих каб
ь через плечо, и на моих губах
сказала я тоном, полным притворного беспокойства. – Уве
ся, я распахнула дверь и выш
ОХ
рившегося о стену в кабине
вукам его ярости. Звон бьющегося стекла, треск дере
ую уверенность, что лёгк
идётся очень, очень с
/0/24922/coverbig.jpg?v=a29e52546c35027502dee2945ad8fb06&imageMogr2/format/webp)