Блестящее парфюмерное возвращение брошенной бывшей жены

бился сквозь щель в тяжёлых бархатных

ыть тяжёлые веки. Всё её тело болело. Каждая

е лицо было совершенно расслаблено, лишено своей обычной холодной брони. Вид

осила спутавш

крепко прикусила губу, чтобы не вскрикнуть, и опёрлась о ночной стол

стала из кожаной сумочки мале

одну строчку: «Твоя техника

его ночной столик, прямо

щую комнату, которая была её золотой клеткой три года. Она

пустя Юлиа

л руку по матрасу, ожидая коснуться тёплой кожи. Но е

ут же впился в ярко-розову

отхлынула от его лица, оставив после себя маску чистой,

у в тугой шарик и

ика телефон, он нажал

рявкнул он своему помощни

спустя.

ры парфюмерного дома «Аура» был густо пропитан ар

йне скрытную и успешную жизнь в мировой парфюмерной индустрии. Но мир ароматов был лишь её щитом; в тени она вернула себе медицинский гений, который Юлиан когда-то пытался подавить, и стала хирур

хо подошла сзади к двум маленьким стульям. П

неистово бежали стро

орхали над механической клавиатурой. Его личико было сосредоточенным и се

дра. Она махала в воздухе своими пухлыми руч

вала она, совершенно не подозрев

ала долгий,

шками пальцев постучала по

центре его экрана вспыхнуло огромное красное окно с над

же обняла ноги Серафимы и, подняв своё милое круглое личико

за мягкую, пухлую щёчку. Её глаза были полны всепоглощ

корпоративных серверов до обе

Он поправил на переносице о

безопасности, мама, - спокойно заявил Георгий голосом, слиш

Воспитание двух гениальных детей было

онора, её помощница. В руке она держала распечатанный

ать Зары. Её состояние резко ухудшилось. Им нужен лучши

а исчезла с

пробежала глазами время выл

й ранний рейс из

ах мелькнул хитрый, расчётливый блеск. Он точно зна

ыгала на месте,

! - взвизгнула она, совершенно не

й. Холодный ужас охватил её. Этот город не прин

вниз на оживлённые улицы Лондона. Её пальцы неос

одилась жизнь. Мучительная боль родов - четверня, из которой, как ей сказали, выжили только двое. Глядя се

ёл и молча вложил свою маленькую ладонь в её. Он

а сына и заставила себя решительно улыбнуться. Она поклялас

Серафима, отворачиваясь

ь лет, вот-вот должно было пр