Молниеносный брак с Альфа-полковником

ицы. Она не позволила себе присесть ни на минуту. При малейшем движении лейтенанта Никифорова она тут же оказывалась у его койки, с фонариком п

» – прох

губам стакан с трубочкой, позвол

медленнее, вы слишком

отом его взгляд метнулся к силуэта

борвался, сил законч

ина, потому что сама в этом не был

в них насыпали песка, глаза. Внешний мир перестал существовать. Никаких новостей о том, что скрывается за «Кодом „

верь распахнулась

Богдан Иванов. Он выглядел так же, как и прошлой ночью: безупречная форма, несгибаемая спина и сме

остюмах с такими же измученными лицами. Последним прошмыгнул

анов, глядя не на Карину

, выступая вперёд. – «Признаков инфекции нет. Операция прошла успешно, хо

ул по натянутым нервам. Он перевёл взгляд на Карину,

захлопнулся. Он отступил

холодные, светло-серые в обрамлении тёмных ресниц. Он изучал её с такой клиниче

, – пов

нно стали липкими. Она незаметно вытерла их о

ать на восемьдесят. Приходил в сознание в три ночи, был в контакте, но очень слаб. В три п

гляд не отрывался от её губ. А потом он опустил глаза. Скользнул по е

а Рома

строке подпис

аза едва заметно сузились. Челюсти, и без того напряжённые

о. Он снова поднял на неё глаза, и лицо ег

у. В радиусе пятнадцати метров от этой палаты – ни одной живой души без м

ал Лаврентьев. – «Но комиссия

га к доктору, но тот отша

не важно, чтобы этот человек жил. Не спр

смертельн

сё п

на секунду замер. Он не смотрел на неё, но его т

боту, медсестра.

Дверь захлопнулась, и удушающая тяжесть,

то всё это время не дышала. Руки мелко дрожали.

», – прошептал

его взгляд. Взгляд, которым он смотрел на её имя. Как б

и не бегом бросилась в раздевалку. Скинула халат, швырнула его в корзину для грязного белья и шагнула под обжигающ

свидание: маленькое чёрное платье и туфли на шпильк

и к тому моменту, как машина затормозила у родительского дома, нервы Карины были натянут

ты

ина на секунду прикрыла глаза, собир

ещё в утреннем халате, она скрестила руки на груди,

, кидая сумку на столик в прихожей.

«Мне в шесть утра звонила Белла Гришина! Знаешь, что она сказала? Что ты сбежа

ёрла заныв

обязана уйти.

ких мужчин, как Платон Плотников, не уходят! Он зарабатывает триста тысяч долларов в год, К

медсестёр обслугой. Он прямо мне сказал, что я должна

мать. – «Мужчины так и поступают! Твой отец содер

воём кресле в углу, спрятавшись за газетой.

рнулась к лестнице. – «Я не спала

– рявкнула мать, заступая ей дорогу. – «Белла унижен

о рассмеялась. – «Это всё, что т

не знакома!» – Глаза матери горели праведным гневом. – «Я уже пого

сь на неё, не в

о, что у меня есть работа

позвонишь ему и всё уладишь, или, клянусь Богом, я сама ему позвоню и буду вымалив

как Платон Плотников, вызвала приступ тошноты. Это был запрещённый приём, после

оставались, разом иссякли, оставив после себя

шептала она. –

о лестнице в свою комнату. Закрыла за собой дверь,

йцы, чтобы попасть домой в этот ад. Она в ловушке. В лов

, что она понятия не име