Молниеносный брак с Альфа-полковником

обы его не пережарили. В прошлый раз мне п

аналитик, выпускник университета из Лиги плюща и, по совместительству, восемнадц

орому он водил серебряной вилкой, словно вычитывал квартальный отчет.

дто выносил приговор. Наконец он удостоил ее взглядом, чуть вздернув подбородок. – «В моем нью

Высиживать ужины с напыщенными индюками, уверенными, что жирный ба

глядом, который, по его замыслу, должен был источать шарм, а на

а она на автомате. – «В Московско

дительная ухмылка. – «Тяжелая, должно быть, работа. Бесконечные утк

ее скулах

. Она и не долж

адрываться? Такая эффектная девушка, как ты, могла бы просто найти мужчину, который о тебе позаботится

обы в деталях объяснить, куда именно он может засунуть св

иво. Но сейчас только ответный акт невежливости мог удержа

д на экран. Больница. И не просто но

ь», – сказала она,

нахму

е даже не

сро

и выбежала вглубь ресторана, к уб

ова сл

никогда не называл ее по имени. В его тоне не было привычной начальственной

ктор Лаврентьев. Ч

тревога. У нас "Код Атлас". Повторяю, "Код Атлас". Все отпуска отменяются. Жд

прер

это словосочетание лишь пару раз, шепотом в ординаторской. Оно означало катастрофу. Массовые жертвы, биолог

ась к столику. Платон ра

сдергивая пальто со спинки стула.

с грохотом по

может быть чрезвычайная ситуация?

а она, не ожидая, что он по

осила их на стол. Этого с лихвой хватило бы,

то...» – начал он, его лиц

вшись, она вылетела из ресторана п

чно, не было. Она выбежала на тротуар, вскидывая руку в попытке

т неудавшегося свидания. Наконец она заметила, как в конце квартала из

тр!» – выдохнула она, заскакивая на задн

Карина смотрела, как огни города плывут и рассыпаются в дождевых потоках.

больницы, ливень сменился густым туманом. Бросив

аме

одили подъезд, их фары хищно резали туман. По периметру стояли люди в полной боевой выкладке, с а

цию последствий катастрофы

вытаскивая пропуск. Молодой охранник с каме

плена, гр

ие, чувствуя, как дрожит рука. – «Карина

лся с планшетом. Внимательно посмотрел ей в лиц

й стойке. Не отклон

приемного покоя сменился гнетущей, звенящей тишиной. Врачи и медсестры жались

ман

Лаврентьев. За несколько часов он будто постарел на дес

ок, палата номер три. Твоя задача – следить за показателями пациента. Разговаривать с ним только о его самочувствии. Личные вещи в палате не

точно

лняй.

че – острее, смесью озона и дезинфекции. Когда она сворачивал

высшие военные чины с орденскими планками на груди. А в центре, на

отрелся дико в стерильных стенах больницы, но серебряный орел на его груди заставлял всех вокруг

голову. Ледяные, пронзительные серые глаза прошли

ого х

овника был не просто взглядом – это был разряд

рмотал один из адъютантов,

лся и, не сбавляя шага, взял планшет. Его низкий, отрывис

е заметила, что остановилась, пока

в нишу у сестринского поста. Глаза Бажены были огромными, а веснушки яр

нула. В горл

.. полк

и бог. Моя двоюродная сестра в Минобороны работает, говорит, его вызывают только тогда, когда миру приходит

ь стряхнуть ледяное оцепенение

который пристрелит тебя

асилась Бажена. – «Но

я палата. Спецзада

тут же ста

стой вояка. Тут все шито-крыто. Я слышала, ФСБ пытались сюд

ми», – сказала Карина, скорее убеждая себ

го крыла. Двери за ее спиной с шипением закрылись, отрезая ее от напряженног

а военной полиции с бесстрастными лицами. Они снова

рдиомонитора. На кровати без движения лежал молодой парень. Его

ет с историей болезни. Анатолий Никифоров. Лейтенант. Военн

ение стабильное. Пульс ровный. Карина медленно выдохнула

аппарата, она не могла отделаться от чув

олковник Богдан Иванов, и был т