Осужденная наследница: Замуж за миллиардера

раскатился по бетонной

однимая головы, просто швырнул

Соловьёва.

ни влажных ладоней. Пять лет назад она бы зашлась в рыдания

пластиковым пакетом, который

ады с истёкшим три года назад сроком годности да меди

, – бросил Горелов

прежних девичьих завитков – острые, рваные ш

ивный зуммер заставил вибрировать пломбы в

вышла на

у, прикрывая глаза. Воздух больше не пах хлоркой и кислой ка

их камер. Никаких вспышек, ослепивших её пять лет на

ши

окна, наглухо тонированные, поблёскивали, как нефтяны

й в день ареста. Подол истрепался, а ткань на плечах натянулась. Тог

ошла к

стоил её взглядом – распахнул заднюю дверь и уставился н

нырнула

ьки пота на шее. Дверь с глухим стуком захлопнулась,

ё мать, Виктория,

ать дочери она и не подумала. Лишь окинула взглядом её потрёпан

гол сиденья, испу

и её первые слова дочери за пять лет. – Не хв

инула бархатную шторку. Она откинулась на спинку, но

ия высоким, надтреснутым голосом. – Кормили там

моргая. Просто наблюдала, как на то

а и поспешно

одиловой кожи, извлекла оттуда пухлую стопку

егли с тяжё

пендию. Берёшь деньги, уезжаешь в Европу и никогда не

ели заголовки: «Отказ от прав на доверит

ё голос прозвучал хрипло

тобы под ногами путалась бывшая невеста-уголовница, – Она полезла в свою сумочку и швырнула на столик чёрную кредитку. Пластик

ёрнулся. Один-е

ория, сделав глоток шампанского. – Ты – позо

ал тяжёлым, удушливым. По телу прокатилась знакомая за последние

произнесла Камилла, глядя матери прямо в глаза. –

овело. Она открыла р

й, оглушительный удар

на боковую панель. Бокал в руке Виктории разлетелся вдреб

ческий голос водителя. – Нас таран