Его нежеланная жена - скрытый гений

От лица Александры:

Я была замужем за Дмитрием Морозовым уже три года.

Сегодня был мой двадцать пятый день рождения, и я тайно прилетела из Восточной Гавани, надеясь провести один тихий вечер с мужем.

Я потратила целую неделю, тщательно выбирая пару золотых запонок в подарок мужу.

Но смех, доносившийся из-за входной двери, подсказал мне, что я уже опоздала: женщина, занявшая моё место рядом с ним, была уже внутри.

Тяжёлая дубовая дверь распахнулась ещё до того, как я дошла до крыльца. Трое молодых игроков из хоккейного клуба «Титаны Новограда», франшизы Дмитрия в Национальной хоккейной лиге, вывалились наружу с хрустальными стаканами виски, громко смеясь. Проходя мимо, они едва взглянули на меня.

Я шагнула в огромное фойе. В лицо тут же ударило жаром, запахами дорогого шампанского, жареной вырезки и сигарного дыма.

Десятки людей заполняли двойную гостиную: руководители, скауты, жёны в дизайнерских платьях.

В центре стоял Дмитрий, высокий и широкоплечий, в сшитом на заказ тёмно-сером костюме. Рядом с ним, смеясь ему на ухо, стояла Алиса Кузнецова, её серебристое платье с открытой спиной ловило свет люстры. Её рука лежала на его предплечье так, словно это было её законное место.

Не успела я сделать и вдоха, как мимо моего локтя пронеслось размытое пятно светлых волос.

«Алиса! – крикнула Полина Попова, обвивая руками тонкую талию Алисы. – Ты была абсолютно права насчёт кейтеринга! Это буквально лучшая вечеринка в честь победы, которая когда-либо была у команды!»

Полине четырнадцать, она перспективный элитный юниор-нападающий.

Я заметила её два года назад в разваливающейся молодёжной лиге, в то время, когда она была на самом дне.

Её родители когда-то проявили ко мне огромную доброту, и я знала, что они уже ушли из жизни, оставив её совершенно одну в этом мире.

Мы с Дмитрием удочерили её вместе.

Я восстановила её раздробленную лодыжку с помощью индивидуального плана реабилитации.

Я всегда любила её и заботилась о ней и как мать, и как сестра.

Теперь же она даже не взглянула в мою сторону.

Дмитрий повернул голову, его взгляд скользнул по толпе, пока его глаза не встретились с моими. Лёгкая ухмылка на его резко очерченном лице мгновенно исчезла. Его брови сошлись в жёсткую, раздражённую линию.

Он извинился перед Алисой, прорезая толпу игроков длинными, нетерпеливыми шагами.

«Александра, – сказал Дмитрий, остановившись в двух футах от меня. В его голосе не было ни капли тепла. – Что ты здесь делаешь?»

В горле пересохло, как от наждачной бумаги.

«Я прилетела четырёхчасовым рейсом из Восточной Гавани, – прошептала я, сжимая ремешок сумки до побеления костяшек. – У меня день рождения, Дмитрий. Я думала, мы могли бы...»

«Мы празднуем победу в дивизионе, – перебил он, и его тон был достаточно резким, чтобы пустить кровь. – Совет директоров здесь. Спонсоры здесь. Алиса потратила четыре дня подряд на координацию этого мероприятия, чтобы организация могла продемонстрировать стабильность».

Он не смотрел на меня. Его взгляд скользнул мимо моего плеча к бару, словно я была официанткой, забредшей не в ту комнату.

«Не устраивай сцен, – тихо добавил он. – Иди наверх».

Мягкий, насмешливый шёпот пробежал по группке жён игроков, стоявших у парадной лестницы. Две женщины с платиновыми укладками обменялись многозначительными взглядами поверх своих бокалов с шампанским «Дом Периньон».

«Я не знала, – сказала я, мой голос был едва слышен за нарастающей музыкой. – Мне жаль».

Я повернулась к лестнице, мои ноги дрожали под шерстяными брюками.

Возле лестничной площадки Полина поправляла свою дизайнерскую куртку перед зеркалом в коридоре.

«Полина, – мягко сказала я, остановившись рядом с ней. – Как чувствует себя твоя лодыжка после третьего периода в четверг? Ты выполнила изометрический комплекс, который я прислала?»

Полина закатила глаза, громко вздохнув и доставая телефон.

«Александра, пожалуйста, только не сейчас, – пробормотала она, не глядя на меня. – Алиса знакомит меня с директором по маркетингу одного из наших партнёров. У меня нет времени на твои таблицы».

Пренебрежительные нотки в её голосе ударили по мне сильнее, чем холодность Дмитрия. Я не спала до трёх часов ночи, изучая её биомеханические снимки, пока она восстанавливалась после операции, а теперь я была лишь помехой на пути её социального подъёма.

Я поднялась по оставшимся ступенькам и вошла в главную спальню – огромную, стерильную комнату, отведённую мне по нашему брачному контракту.

Я села на край матраса и достала бархатную коробочку. Золотые запонки блестели под прикроватной лампой, холодные и бесполезные.

Внизу раздались радостные крики. Звук вибрировал сквозь половицы.

Я подошла к французским дверям, выходящим в задний сад. Внизу, на освещённом патио, Алиса руководила двумя официантами у ледяной скульптуры. Дмитрий стоял рядом с ней, склонив голову и слушая, как она говорит, его рука небрежно касалась её поясницы.

Они выглядели именно той парой, какой их ожидал видеть город.

Мой телефон зажужжал в кармане пальто. Я достала его, надеясь вопреки всему.

Это было уведомление об электронном письме.

«С днём рождения, Александра. Помни, что истинная наука требует терпения и одиночества. Ты предназначена для арен побольше, чем залы заседаний Новограда. – Доктор Виктор Васильев».

Мой наставник в Академическом университете был единственным человеком в мире, кто вспомнил.

Я напечатала короткое «Спасибо, профессор» и выключила экран.

Прошли часы. Басы в конце концов стихли, сменившись редким звоном стеклянной посуды и хлопаньем автомобильных дверей. В горле горело от жажды.

В два часа ночи я спустилась вниз в одних чулках, чтобы налить стакан воды в буфетной.

Когда я завернула за угол возле служебного коридора, голоса двух недавно нанятых горничных из кейтеринга заставили меня замереть как вкопанную.

«Госпожа Кузнецова просто сногсшибательна, – прошептала первая девушка, счищая остатки с десертных тарелок в мусорное ведро. – Девушка господина Морозова держит себя по-королевски».

«Девушка? – переспросила другая, остановившись. – Но разве не ходят слухи, что господин Морозов женат? Разве уместно быть так близко с Кузнецовой?»

«Женат? Откуда это взялось? Даже если жена и была, они, должно быть, давно расстались. В этом месяце я работала здесь на трёх мероприятиях, и госпожа Кузнецова – единственная женщина, принимающая гостей рядом с ним. Все знают, что она будущая госпожа Морозова».

Я отшатнулась назад, в холодную тень арки, и кровь в моих жилах заледенела.

В доме, где у меня было законное свидетельство о браке, моё присутствие уже было стёрто подчистую.