Я ткой как ты

Впервые Алан увидел странного омегу пару месяцев назад. Крэйн тогда только приехал в город и исследовал прилегающую к съёмной квартире и офису территорию. Узкий переулок заинтересовал его возможностью срезать дорогу. Вывеска же «Арлекин» заслуживала внимания уже хотя бы тем, что питейное заведение находилось аккурат посередине отрезка пути дом-работа. Альфу не отпугнули стоящие у стены мотоциклы, баки которых украшали языки пламени с непонятными символами, и он, недолго думая, толкнул тяжёлую деревянную дверь, ведущую в бар.

А в следующую минуту понял, что исследовательское любопытство погубило его холостяцкую жизнь.

Крэйн не успел подойди к барной стойке, как шибанувший по рецепторам аромат заставил альфу замереть на месте и внимательно осмотреть помещение. Запах, что не смогли перебить ни пиво, ни сигаретный дым, ни хвойный освежитель воздуха, исходил от сидящего в дальнем углу парня. И, судя по стоящей перед ним бутылке, омега решил надраться до состояния не стояния. Нахмурившись, Алан сменил траекторию движения, но за два столика до намеченной цели его резко тормознули.

– Я бы не советовал к нему приближаться, – бородатый амбал – скорее всего, из медвежьих – предупреждающе положил руку на плечо Крэйна. Несмотря на общепринятое мнение, здоровяк не воспринимался «добродушным сельским увальнем», а татуированная шея, в тандеме с оплетённой цепями кожанкой, выдавала в нём никак не уравновешенного бортника. Медведь был как минимум байкером, как максимум – членом бандитской группировки. Однако данный факт не помешал Алану зло сверкнуть глазами и сбросить чужую конечность.

– Не припомню, чтобы я спрашивал твоего совета, – отбрил мужика парень и попытался обогнуть препятствие.

– Обойдёмся без драк, – справа от Крэйна материализовался схожий плечистый детина и, проведя молниеносный рывок, заломил руку молодого волка назад.

Сдавлено матерясь, Алан вынужден был подчиниться противнику и разрешить себя отконвоировать к барной стойке.

– Парень, сейчас я тебя отпущу и предоставлю выбор: уйти без лишнего шума или мирно выпить со мной и моим другом.

– Имей совесть: не мешай отдыхать в вечер пятницы, – обратился к покрасневшему от стыда и ярости Крэйну бармен, наблюдающий за их диалогом.

– Пусти, – прошипел Алан и кинул настороженный взгляд на не сдвинувшегося с места омегу. Слава Луноликой, парня больше занимало содержимое стакана, и он не заметил, в какой унизительно-скрюченной позе находился альфа.

– Без фокусов, – наставительно произнёс бородач и кивком головы дал «добро» своему бритоголовому напарнику. Тот разжал клешню, и Алан со вздохом облегчения потёр болящий локоть.

– Меня поучаете, а сами ни с того ни с сего набрасываетесь, – насел он на альф, не взирая на то, что оба мужчины отличались внушительным телосложением и превосходили его в росте

– Ты же не внял рекомендации, так что нам оставалось делать?

– Вы братья того омеги? – насторожился Алан. Вероятность, конечно, не велика, ну а вдруг сводные? Всяко в жизни случается. Например, в фирме его отца бездетная пара леопардов усыновила лисёнка и тигрёнка. Представив, как нелицеприятно он выглядел пред возможными родственниками своей будущей пары, волк приуныл. На боксёрском ринге Крэйн не сомневался, что смог бы дать достойный отпор сидящим возле него татуированным головорезам. Но в уличных драках были совсем иные правила ведения боя, вернее, их вовсе не было. Лучшим доказательством данного утверждения являлось то, как ловко его подловили – даже моргнуть не успел. Прекраснейший же запах в мире, зовущий и обещающий рай на земле, не мог служить оправданием допущенной слабости. Наоборот, он должен был бы мобилизировать все силы, чтобы альфа мог убедить избранника: «Я достоин твоего внимания!» Однако Алан настолько обрадовался близости нечаянного счастья, что позабыл об осторожности. И как теперь прикажете этому самому «счастью» доказывать свою состоятельность быть защитником семьи, если даже за себя у Крэйна не получилось постоять? Альфа с наслаждением втянул в себя воздух и, не сумев скрыть расстройство, поднял глаза на своих переглянувшихся оппонентов.

– Мы – ангелы хранители, – оскалился бородач.

– Корбин, не пугай пацана, – лысый (как окрестил его Алан) ткнул своего товарища в бок.

– Гля, его плющит. Зрачки расширены. Может, он того, обдолбыш? – не унимался старший альфа.

– Сам ты укурыш! – рявкнул Крэйн, порывисто поднимаясь со стула... чтобы шлёпнуться обратно из-за надавившей на плечо бетонной ручищи бритого.

– Ты не прав, Корбин, – спокойно заметил мужчина. – Сдаётся мне, мальчик почуял нашего Оливера.

"Оливер", – Алан повторил имя про себя, будто примеряясь. Пробуя его на вкус. Оли – звучание сердца, мелодия любви... Оливер-р-р – рычащая толика агрессии, вплетающаяся в безудержную страсть. Крэйн прикрыл глаза, чтобы не выдать противникам бушующих там эмоций. Решение было принято, и отступать альфа не собирался. Он завоюет понравившегося омегу, чего бы это ни стоило.

– Пф, в прошлом году тоже нашёлся один нюхастый. Помнишь, во что это вылилось? – бородач недобро прищурился. – Повторения хочешь?

– Не приведи Луноликая, только...

– Что произошло в прошлом году? – напрягся Крэйн, опасаясь, что ответ ему не понравится.

– ... Оли не должен остаться один, и новичок – его реальный шанс завести отношения.

– Поступай, как знаешь, лишь бы жалеть потом не пришлось, – предостерёг друга Корбин.

– Так есть же мы, вот и объясним, что к чему. Поможем, коль надобно будет. Бин, пригляди за Оли, пока я на улице покурю да промою мозги волчонку-альфёнку.

– Мне двадцать четыре, – огрызнулся Алан на «альфёнка» и всё же послушно последовал за медведем к выходу. – Ну? – Крэйн нетерпеливо сверлил взглядом закурившего.

– Я Нэлон Вотэрс, – выдохнув в сторону дым, лысый протянул руку.

– Алан Крэйн, – помешкав, парень ответил на рукопожатие, стиснув чужую ладонь сильнее, чем требовалось.

– Мальчишка, – усмехнулся Вотэрс на столь явную демонстрацию. – Меряться членами со мной и Корбином тебе не придётся. Мы тебе не соперники, а всего лишь хотим пристроить друга в хорошие руки.

– С чего ты взял, что я подойду? Вдруг, окажусь маньяком?

– Ты почуял Оливера. Какой у него запах?

– Зелёный чай с ноткой жасмина.

– Одно это говорит о вашей совместимости, – довольно улыбнулся собеседник.

– Он– то меня не унюхал, – только сейчас дошло до Крэйна.

– Тут-то мы и подошли вплотную к первой проблеме, – Вотэрс затушил сигарету о стену и выбросил её в близь стоящую урну. – Оли вкололи какую-то дрянь, блокирующую «поисковую систему своего альфы». Он абсолютно не ощущает наводящих и некоторых обычных запахов. Жаждешь заполучить нашего омегу, дружок, – придётся попотеть. Он ни за что не бросится тебе на шею по велению инстинктов: они отключены, понимаешь?

Алан кивнул, переваривая полученную информацию:

– Кто это с ним сделал?

– Без понятия. Мы с Корбином приглядываем за мальцом последние четыре года, и ясно одно: он бежит от своего прошлого. Туманные намёки на химическую инъекцию я получил в такой же, как сегодня, запойный день нашего Оливера Мэрси. Хотел бы я поведать тебе больше, да нечего. Он не посвящал нас в свои былые дела. Так что тебе, Крэйн, придётся обходиться минимумом сведений.

Алан хмыкнул. Что-что, а нужные данные он раздобудет, тем более полное имя омеги ему известно.

– Нэлон, а Оливер часто вот так надирается? Если у него зависимость, я определю его в лучшую клинику...

– Пр-р, не гони лошадей. Он упивается до зелёных человечков исключительно восемнадцатого августа, в остальное же время позволяет себе не больше бутылки пива в кругу друзей. Оли не алкоголик, не переживай, но сегодня и завтра его лучше не трогай. Давай обменяемся номерами, и я тебе позвоню на следующей неделе, когда мы вновь зарулим в «Арлекин».

– Почему так долго!?

В ответ на возмущённый возглас Крэйна Вотэрс рассмеялся:

– Разложу по полочкам: омежику на выходных будет плохо: пить он не умеет, хоть и берётся. Дальше идут пять насыщенных, загруженных рабочих дней. Уставший Мэрси вряд ли будет настроен на серенады и прогулки под луной, – мужчина насмешливо приподнял бровь, и Алан почувствовал себя рядом со старшим альфой порывистым дитём. – Свои контакты Оливер даст тебе сам, если решит, что ты, парень, того стоишь. Усёк?

– Более чем. Спасибо за неоценимую помощь, – поблагодарил Крэйн, признав слова Нэлона разумными.

– Она вполне оцениваема, – поправил его Вотэрс. – С тебя приглашение на свадьбу. Признайся, как альфа альфе, ты ведь уже прокручиваешь в голове, как сочетается имя Оливера с твоей фамилией?

– Типа того, – смутился «жених».

– Не красней, – Нэлон отеческим жестом потрепал парня по волосам. – Мы все собственники. Коль нашли своё, делиться не будем. Мы с супругом восемь лет вместе: снюхались и сразу в ЗАГС полетели, – немного приукрасил мужчина. О том, что два года до принятия специального закона, их отказывались расписать, а семьи до сих пор не общаются с изгоями, он тактично умолчал. Такие подробности новому знакомому знать незачем. – Ты мне нравишься, Алан Крэйн, удачи тебе с Оливером.

– Твои слова Луноликой бы в уши, – польщено улыбнулся волк. Несмотря на нелепость знакомства, Алану показалось, что Вотэрс заслуживает доверия.