Некуда Бежать

От лица Сабины:

Мягкий свет лился с небес, нежно озаряя землю, которой касался. Я видела, как в него входит прекрасная женщина. Перед тем как исчезнуть, она обернулась в последний раз. Её глаза были полны слёз, но она подарила мне печальную, слабую улыбку.

«Прощай, моя дочь», – сказала она.

Моё сердце ушло в пятки. Я испугалась – нет, пришла в ужас – от мысли, что потеряю её. Мне хотелось закричать, умолять её не уходить.

«Пожалуйста, не уходи!»

Но я не издала ни звука. Я не могла дышать. Всё вокруг похолодело, а потом... тьма.

Я резко проснулась, тяжело дыша, простыни сбились и обвили меня. Опять этот сон. Один и тот же.

Сон о моей матери.

Говорили, она умерла, когда я была совсем маленькой. Я совсем её не помнила – ни капельки. Хотя лицо было нечётким, женщина в моих снах казалась такой настоящей. Казалось, это и есть моя мама. Может, это просто игра моего воображения. А может... что-то большее.

Впрочем, жизнь в стае Каменных Когтей не оставляла мне много времени на размышления о снах. Я была дочерью Альфы, но со мной обращались чуть лучше, чем с омегой.

Однако так было не всегда. Отец возлагал на меня надежды и готовил стать женщиной-Альфой, но его отношение ко мне изменилось, когда я не смогла обратиться в свой шестнадцатый день рождения, два года назад.

Я отчётливо помнила выражение глубочайшего разочарования на его лице, когда он, нахмурившись, смотрел на меня.

Я стояла посреди зала, а его друзья и старейшины наблюдали, ожидая увидеть моего волка. Но я ничего не могла сделать. Я понятия не имела, что со мной не так, и мои щёки горели от стыда – я не чувствовала внутри себя волка.

Это должен был быть лучший день в моей жизни, день, когда я докажу, что я истинная дочь Альфы Альберта Алдонина. Вместо этого он обернулся катастрофой, днём, которого лучше бы никогда не было.

Я плакала, чувствуя себя пристыжённой и никчёмной. Той ночью отец пытался меня утешить, говоря, что я, возможно, обращусь позже. Но я видела разочарование в его глазах, и вскоре он стал относиться ко мне холодно и враждебно.

Я тренировалась ещё усерднее, чтобы произвести на него впечатление, но, полагаю, он уже потерял ко мне интерес и отбросил меня в сторону, как бесполезную дочь. Теперь он был счастлив с другими своими детьми – моей сводной сестрой Анной и сводным братом Оливером. Теперь Оливера готовили стать следующим Альфой нашей стаи. Как его старшая сестра, я была за него рада – искренне рада.

Моя мачеха, Алина, не любила меня – ни капельки. И она делала всё, чтобы я об этом не забывала. Каждый божий день она отпускала какую-нибудь колкость или смотрела в мою сторону так, будто я грязь у неё под ногами. Я терпела всё это ради отца. Я продолжала надеяться, что однажды он наконец увидит во мне свою дочь – кого-то достойного – и может быть, только может быть, всё наладится.

Было ещё до рассвета. Я едва успела сомкнуть глаза, как громкий удар сотряс мою дверь. Не стук – а настоящий грохот, будто кто-то хотел её выломать.

Я вскочила, сердце бешено колотилось, и бросилась к двери. «Кто...»

Дверь распахнулась. Прежде чем я успела договорить, резкая пощёчина обожгла мою щеку.

Я застыла, ошарашенная. Лицо горело.

«Какого чёрта, где мой зелёный чай?» – рявкнула Алина. Она смотрела на меня так, будто я пустое место.

Я прижала руку к щеке, в шоке моргая, и попыталась возразить: «Но вы же никогда не просыпаетесь так рано?!»

Прежде чем я успела отступить, ещё одна пощёчина – сильнее прежней – пришлась по другой щеке. Моя голова дёрнулась в сторону. В ухе зазвенело.

«Не смей мне перечить, – холодно сказала она. – Я твоя Луна. Тебе лучше знать своё место».

Прежде чем я успела ответить, из коридора донёсся низкий рык моего отца.

«Что здесь происходит?»

В тот же миг Алина разразилась фальшивыми рыданиями. Она схватилась за щеку, будто это я её ударила.

«Она меня ударила, – всхлипнула Алина, бросаясь в объятия моего отца. – Я всего лишь спросила её про чай, а она дала мне пощёчину. Она меня ненавидит».

Глаза отца впились в меня, его лицо побагровело от ярости. «Ты только что ударила её?»

«Что? Нет! Это она ударила меня – дважды! Я её и пальцем не тронула!»

«Ты это заслужила. И наказание будет хуже, если ты ещё хоть раз ослушаешься свою Луну», – сказал он резким голосом, его тон Альфы был тяжёл от угрозы.

Слёзы защипали глаза. «Как ты можешь так говорить? Отец, я твоя дочь».

Он усмехнулся. «Ты? Моя дочь?» Он шагнул ближе, в его глазах читалось отвращение. «Ты восемнадцатилетняя и всё ещё безволчья. Ты хоть знаешь, какой это позор? Ты никому и никогда не будешь нужна. Ты – позор этой стаи».

У меня перехватило дыхание. Его слова ранили сильнее любой пощёчины.

«Я всегда задавалась вопросом, почему она до сих пор безволчья, – добавила Алина, притворяясь задумчивой. – Может, она проклята».

«Возможно, ты права». Мой отец согласился без тени сомнения в голосе. «Хотел бы я что-нибудь с этим сделать...» – прошипел он.

«У меня есть предложение. Как насчёт того, чтобы пригласить колдунов провести над ней ритуал очищения?» – предложила она, и моё сердце пропустило удар, а по спине пробежал ледяной холод.

«Вы не можете так со мной поступить! Я же могу умереть от боли! Это предназначено для демонических волков!» – простонала я от страха, с мольбой глядя на отца в надежде, что в нём ещё осталась хоть капля жалости ко мне, его дочери, но то, что он сказал, разорвало моё сердце на куски.

«А откуда мне знать, что ты не одна из демонических волков?»

Я не могла поверить своим ушам.

Прежде чем я успела что-либо сказать, к нам подбежал гонец стаи с письмом в руке.

Он поклонился моему отцу, протягивая ему письмо. «Ваше Высочество, это письмо от короля Альфы Владимира Чернова».

Моё сердце замерло в груди, а с губ сорвался вздох при упоминании этого имени.

Король Альфа Владимир был известен как самый безжалостный оборотень из ныне живущих – кровожадный Альфа, чья репутация заставляла трепетать даже самых храбрых волков. Он был настоящим чудовищем, без капли милосердия в своей холодной, бессердечной груди.

Я видела беспокойство и в глазах отца, когда он с колебанием взял и вскрыл письмо.

Его глаза пробежали по строчкам, и я увидела, как его рот в панике приоткрылся.

«Жестокий король Альфа едет к нам». Он объявил дрожащим голосом, поднимая взгляд.

Жестокий король никогда не посещал стаю без намерения её уничтожить. Неужели теперь пришла наша очередь?