Замужем за тайным боссом-миллиардером

Пальцы Альбины свело судорогой, когда она сжимала маленький бумажный билетик. Номер 42 на нем расплылся от пота на ладонях.

Она стояла на тротуаре у здания Мэрии Москвы, ее грудь вздымалась в коротких, частых, прерывистых движениях. Холодный ветер пронизывал ее тонкое хлопковое платье, но она его не чувствовала. Все, что она ощущала, - это удушающая паника, сдавливающая горло.

Телефон завибрировал у нее на бедре.

Альбина достала его. На экране высветилось сообщение от золовки, Брониславы.

«Вениамин ждет тебя сегодня в восемь. Даже не думай сбежать. Ты нам должна».

Альбина уставилась на эти слова. Желудок свело от сильного приступа тошноты. Она швырнула телефон экраном вниз на деревянную скамейку рядом с собой. Ногти так глубоко впились в ладони, что кожа почти порвалась. Она не вернется. Она скорее умрет, чем позволит им продать ее какому-то уличному бандиту.

Резкий визг шин прорвался сквозь уличный шум.

Потрепанный седан LADA резко затормозил у обочины. Из выхлопной трубы вырвался густой черный дым, подняв в воздух облако пепла. Альбина закашлялась, помахав рукой перед лицом.

Водительская дверь с отвратительным металлическим скрежетом отворилась.

Из машины вышел мужчина. На нем была выцветшая дешевая джинсовая куртка, которую, казалось, стирали сотню раз. Но одежда не соответствовала телосложению. Он был огромен. Его плечи были широкими, а его присутствие мгновенно вытеснило весь кислород из пространства вокруг.

Даниил сузил темные глаза. Его взгляд пронзил пыльный воздух и остановился на Альбине. Она казалась маленькой в своем простом платье. Он сделал шаг к ней, его длинные ноги быстро сокращали расстояние.

Спина Альбины напряглась. Она осторожно отступила на шаг. Аура мужчины была удушающей, тяжелой, наполненной темной силой, которая ее ужасала.

- Вы... сын Филиппа Романова? - спросила она дрожащим голосом.

Даниил засунул одну руку в карман. Он ссутулился, намеренно скрывая свою идеальную осанку.

- Ага. Это я, - проворчал он. Он заставил себя говорить с густым бутовским говором, скрывая четкую, грамотную речь миллиардера.

Альбина выдохнула, сама не осознавая, что задерживала дыхание. Ее плечи опустились. Она тут же полезла в свою холщовую сумку и достала два распечатанных листа бумаги. Она сунула их ему в грудь.

- Вот. Соглашение, - сказала она с отчаянием в широко раскрытых глазах.

Даниил взял тонкие листы. Его глаза пробежались по дешевому, плохо отформатированному тексту. Ему пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не рассмеяться. Это была жалкая пародия на юридический документ. Он поднял бровь, прикидываясь дурачком.

- Что это? - спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал медленно и растерянно.

Альбина подумала, что он не понимает сложных слов. Выражение ее лица смягчилось, стало терпеливым и нежным.

- Здесь просто говорится, что наши финансы остаются раздельными, - мягко объяснила она. - Я не буду трогать твои деньги, а ты - мои. Мы будем жить вместе, но независимо друг от друга.

Даниил посмотрел в ее ясные, искренние глаза. Странное чувство шевельнулось у него в груди. Он ненавидел охотниц за деньгами. Он ненавидел всю эту затею, на которую его заставил пойти отец. Но, глядя на нее, эта ненависть на долю секунды отступила.

Ему нужно было ее проверить. Ему нужно было увидеть, как она сбежит.

- Слушай, дамочка, - грубо сказал Даниил, потирая затылок. - Я работаю в Яндекс.Такси. И меня только что занесли в черный список корпоративного клиента. Мне едва хватает на еду. В следующем месяце, может, и за квартиру нечем будет платить. Ты уверена, что хочешь связать свою жизнь с нищим неудачником?

Альбина не вздрогнула. Она не отступила. Вместо этого она подняла подбородок.

- У меня есть работа, - твердо сказала она. - Я учительница. У меня стабильная зарплата. Я могу оплачивать половину счетов. Если у тебя не будет хватать, я смогу покрыть и большую часть.

Эти слова ударили Даниила, как физический удар. Его челюсти сжались. Он смотрел на нее, ища ложь в ее глазах. Лжи не было. В его зрачках мелькнул темный, сложный блеск.

Он достал из кармана дешевую пластиковую ручку и нацарапал свое имя на нижней строке.

Они вошли в здание Мэрии бок о бок. Внутри было полно народу. В воздухе пахло дешевыми духами и потом. Кожа Даниила покрылась мурашками. Его желудок скрутило от физического отвращения. Он привык к стерильным, уединенным пентхаусам, а не к этой потной толкучке.

Полная женщина протолкнулась мимо них, сильно ударив Даниила локтем в ребра.

В груди Даниила вспыхнуло внезапное раздражение. Он обернулся, на губах уже готово было сорваться резкое проклятие, чтобы отчитать неосторожную женщину. Но он поймал на себе взгляд Альбины - ее глаза были широко раскрыты и полны извинения. Он проглотил оскорбление, заставив себя лишь тяжело и раздраженно вздохнуть. Он потер ребра, играя роль измученного водителя, у которого нет сил на ссору.

Альбина взяла его за рукав и подвела к нужному окну.

- Удостоверение приготовил? - спросила она, обращаясь с ним, как с одним из своих учеников начальной школы.

Даниил моргнул. С ним так не разговаривали с самого детства. Это было странно.

Клерк за стеклом выглядел скучающим.

- Вы оба вступаете в этот брак добровольно?

Даниил посмотрел на руки Альбины. Ее костяшки побелели от того, как сильно она вцепилась в стойку.

- Да, - сказал Даниил. Его голос был низким, ровным гулом.

- Да, - эхом отозвалась Альбина. Ее голос дрожал, но в его тоне звучала безоговорочная решимость. Она обрывала связь со своим прошлым.

Тяжелая металлическая печать с грохотом опустилась на бумагу. Звук эхом отозвался в ушах Альбины. Два тонких свидетельства о браке просунули через окошко. Теперь они были законными супругами.

Альбина взяла свой экземпляр. Ее глаза жгло от непролитых слез. Она издала долгий, дрожащий выдох. Сокрушительная тяжесть в груди наконец-то спала. Она была в безопасности.

Даниил уставился на свой экземпляр. Уголок его рта дернулся в холодной, скрытой усмешке. Спектакль, устроенный для того, чтобы отец от него отстал, официально начался.

Они повернулись, чтобы выйти из холла. Когда они шли к стеклянным дверям, периферийное зрение Даниила уловило вспышку - через дорогу стоял неприметный черный седан. Это был не обычный Aurus, но Даниил узнал одну из отцовских машин для слежки. Даниил мгновенно изменил осанку. Он ссутулил плечи, стараясь выглядеть подавленным и жалким.

Заднее стекло седана опустилось ровно настолько, чтобы показалось суровое лицо Филиппа Романова. Альбина сразу узнала пожилого мужчину. Это он все устроил. Она вывела Даниила из дверей и повела к обочине, остановившись на почтительном расстоянии.

- Господин Романов, - вежливо сказала Альбина, подняв свидетельство, чтобы он мог его видеть сквозь щель в окне. - Мы сделали это.

Филипп удовлетворенно кивнул, хотя его глаза с подавленным раздражением скользнули по жалкой, выцветшей одежде сына. Затем его лицо застыло в маске абсолютной власти.

- Хорошо. А теперь вы немедленно переезжаете друг к другу, - резко донесся из приоткрытого окна голос Филиппа, не оставляя места для возражений. - Я не потерплю, чтобы мой сын, будучи женатым, жил на улице. Либо вы живете под одной крышей, либо сделка отменяется.

Глаза Альбины расширились от шока. Ее сердце пропустило удар. Она повернула голову, ища помощи во взгляде Даниила.

Даниил стиснул зубы. Он свирепо посмотрел на отца, читая безмолвную угрозу в глазах старика. Он планировал бросить ее в каком-нибудь отеле и уехать. Теперь отец вынуждал его действовать.

Даниил тяжело, притворно вздохнул и пожал плечами.

- Ладно, - пробормотал Даниил, играя роль побежденного сына. - Будем жить вместе.