Восстановление Справедливости

«Перестань притворяться, что ты без сознания, Екатерина. Ты всё ещё хочешь выйти за меня замуж? Если ты не извинишься перед Евгенией, то я никогда не женюсь на тебе».

Услышав мужской голос, Екатерина Кольцова прижала руку к пульсирующей голове и с трудом открыла глаза.

Она посмотрела на говорившего – Прохора Баранова, который стоял рядом с кроватью.

На его лице застыла глубокая хмурость, а в глазах читалось нетерпение. Евгения Кузнецова прислонилась к нему, тихая и хрупкая на вид.

Екатерине потребовалось много времени, чтобы осознать произошедшее.

Значит, она всё ещё жива.

Несколько часов назад они с Евгенией попали в автомобильную аварию.

Она позвала Прохора на помощь. Однако он бросился спасать Евгению, дочь домработницы семьи Кольцовых.

Водитель грузовика ударил по тормозам, и машина резко остановилась.

Екатерину затащило под неё, её нога оказалась зажата под тяжёлым бампером. Кость сломалась в тот момент, когда на неё обрушился вес.

Боль пронзила её тело. Холодный пот покрыл её кожу, когда она с трудом дышала и смотрела сквозь узкое пространство под грузовиком.

Она увидела Прохора, который держал Евгению на руках, и на его лице читалось беспокойство, когда он осматривал её травмы.

Евгения лишь вывихнула лодыжку и получила несколько незначительных порезов.

«Вызовите скорую...» – Екатерина выдавила эти слова из себя с последними остатками сил.

Однако никто ей не ответил.

Через несколько мгновений звук сирены скорой помощи приблизился, и несколько фельдшеров вышли с носилками.

Прохор остался рядом с Евгенией, помогая ей сесть в машину скорой помощи. Затем он сказал фельдшерам уезжать вместе с ними.

Екатерина осталась под грузовиком.

Если бы прохожий не остановился, чтобы позвать на помощь, она бы истекла кровью на обочине задолго до того, как полиция и пожарные прибыли, чтобы вытащить её.

С больничной койки Екатерина посмотрела на Прохора и Евгению, которые были в полном порядке, и почувствовала, как её сердце похолодело.

После случайной смерти отца её мать не могла вынести пустоты в доме. Она взяла из детского дома трёх мальчиков – Прохора, Константина Дорофеева и Тимура Гришина – и воспитала их как своих собственных.

Её мать также решила, что один из троих в конце концов женится на Екатерине и унаследует вместе с ней бизнес семьи Кольцовых.

Как бы абсурдно это ни звучало, она, наследница семьи Кольцовых, значила для троих меньше, чем дочь домработницы.

Екатерина ничего не сказала и лишь посмотрела на него. По какой-то причине её молчание раздражало Прохора.

Обычно, как только он проявлял хоть немного гнева, Екатерина уже смущалась, цепляясь за его руку и извиняясь со слезами на глазах.

Но сегодня она оставалась совершенно спокойной.

Неужели авария так сильно её напугала?

В его глазах это была всего лишь автомобильная авария. Грузовик даже не переехал её полностью. Он вообще не считал это серьёзным.

«Екатерина, хватит уже! – рявкнул Прохор. – Ты же проснулась, не так ли? Извинись перед Евгенией прямо сейчас!»

Пустой взгляд Екатерины не ускользнул от внимания Евгении, и в душе она ликовала.

Если авария действительно повредила разум Екатерины, то всё, что принадлежало семье Кольцовых, в конце концов окажется в её руках.

Она прижалась к Прохору и сильнее прислонилась к нему. С её губ сорвался тихий крик: «У меня так сильно болит лодыжка, Прохор. Я почти жалею, что не я лежала там вместо неё. Если бы я могла поменяться местами с Екатериной, ей не пришлось бы так страдать».

Прохор уже был раздражён странным молчанием Екатерины, но нежный голос Евгении быстро смягчил его выражение лица. Он опустил голову и заговорил с ней утешительным тоном: «Ты слишком мягкосердечна, Евгения. Ничего этого не произошло бы, если бы Екатерина не вытащила тебя сегодня с собой.

Это всё её вина, – затем он снова посмотрел на Екатерину, и в его глазах читалось отвращение, – просто подожди, пока Константин и Тимур вернутся из командировки. Как только они услышат, что ты чуть не убила Евгению, они не оставят это просто так».

В тот момент, когда Екатерина услышала их имена, последние остатки тепла в её сердце исчезли.

Когда она была моложе, она повсюду следовала за ними, сладко окликая их, как маленькая тень.

Её отец умер, когда она была ещё ребёнком. Её мать большую часть времени управляла компанией, поэтому трое мальчиков стали центром её мира.

Но три года назад всё изменилось.

Её необычайный талант в искусстве принёс ей рекомендацию от наставника для поступления в одну из лучших художественных академий страны.

Прошло три года, и она вернулась домой, полная волнения, только чтобы понять, что всё изменилось.

Каким-то образом Евгения стала центром их внимания.

Они больше не приветствовали её тепло и даже не заботились о том, что она только что вернулась из долгого путешествия. Теперь они ожидали от неё лишь послушания каждому требованию Евгении.

За последние несколько месяцев они даже были готовы подвергнуть Екатерину опасности, лишь бы защитить Евгению.

Когда у последней диагностировали лейкемию и ей потребовалось переливание крови, трое из них притащили Екатерину в больницу и заставили её сдать кровь.

Врач предупредил их, что слишком большое количество крови, взятое за один раз, может привести её организм в шок, но никто из них не послушал. У неё всё равно взяли восемьсот миллилитров.

Екатерина потеряла сознание в кабинете для сбора крови, в то время как трое из них оставались у постели Евгении, окружая её заботой.

В другой раз, во время сильного ливня, Евгения кашлянула, и трое мужчин поспешили отвезти её домой. Они вытолкнули Екатерину из машины, потому что её промокшая одежда могла испачкать сиденья, а затем оставили её одну на обочине дороги под проливным дождём.

После этого она три дня подряд горела от лихорадки и чуть не заболела пневмонией.

Затем, две недели назад, Евгения тайно съела манго, несмотря на аллергию, и покрылась сыпью.

Даже не задавая вопросов, трое решили, что Екатерина намеренно добавила манговый сок в еду.

В качестве наказания они заперли её в собачьей клетке за домом с возбуждённой собакой, которая чуть не сошла с ума при виде её.

Если бы слуга не нашёл её посреди ночи, животное разорвало бы ей горло.

Каждое воспоминание промелькнуло в сознании Екатерины одно за другим.

Медленно она закрыла глаза.

В тот момент она ненавидела себя за то, что когда-то согласилась позволить матери взять к себе этих трёх неблагодарных мужчин.

Раз Евгения была единственной, о ком они заботились, то хорошо. Она даст им именно то, что они хотели.

«Убирайтесь», – холодно сказала она.