Конфетка для ковбоев

и кофе на третий столик, – Рози кричала так, что звенели стекла в

ко днем, когда меньше народу, и то под присмотром самой Рози. Это кафе Кэндис помнит ещ

условно, здесь были лучшие завтраки. И лучшие не потому, что самые лучшие из всех, а потому что других просто не было. Так сказать, местная досто

но было местом сбора местной молодежи. Кэндис не любила такие часы, она узнавала лица, н

и ходили и обрастали новыми подробностями со скоростью звука. Мать Кэндис, Лору, считали не совсем порядоч

о ее отец, сколько бы она ни спрашивала мать, та лишь ругалась, потом плак

я впитывали и были, в свою очередь, жестоки. Все детство Кэндис была сама по себе, не имея д

нова крикнула, а девушка чут

а,

на поспешила к третьему столику. Посетитель был один, ковбойская шляпа лежала на сто

с беконом, картофель,

ткий фартук, заправила выбившиеся белокурые пряди из косы за ухо и только тогда

блондинку. Волевой подбородок, чуть полноватые губы и родинка на правом виске. Его глаза шарили по лицу девушк

с надписью "Кэндис", мужчина улыб

ибо, К

ыговаривала слова, в груди разрастался

а, когда придет мой брат, подойдит

приятного

хни, откуда уже кричала Рози, но забыла поднос и вернулась за ним.

о брата Лукаса, их такое странное знакомство, ее первую кровь ради этих мальчишек. Ведь тогда

т, девушка или невеста. Не может такой мужчина быть одинок. Сердце кольнуло, да, она

о чувствовала на себе чей-то заинтересованный и обжигающий взгляд

е могла определиться с заказом, когда колокольчик на входной двери издал харак

колько можно тебя ждать.

ь. Кое-как вынул свой член из ее рабочего рта, – младший Паркер

ный шар. Она снова одернула фартук, вынула из кармана

дете зак

аженные участки кожи, словно иголками. Дойдя до лица, он

это ку

своей реакцией, она заулыбалась, засмо

колка, ты

тараясь не смотреть на старшего Паркера,

ты здесь,

, пожалуйс

много конфет.

шно. Ты смущаешь девушку. И н

волочение за любой юбкой и симпатичной женщиной. Словно Лукас старался побить вс

ршего брата-зануду, Кэндис. А

Лу

не то же самое и клубничный коктейль,

точно сладенькая? – Сарказ

такой злой, потому что

ла запомнить, снова покраснела от слов Лукаса, мел

. После пропитанного жиром и запахами еды кафе утренний, но уже жаркий воздух казался свежим. Присл

ь скрипнула, девушка даже не пошевелила

голос Шона, и его горя

загораживая своими широкими плечами солнце. Девушка была такой милой и трогательной, но

сексуальный голод. Кэндис облизывала свои влажные губы, перебирала тонкими пальцами край фартука,

ата, он постоя

шка дернулась к двери, но Шон одной рук

йся, ему все

пахло выпечкой, кофе и слегка ванилью. Кэндис замерла в

, где я тебя раньше встре

е желая выпускать из рук. Скользил г

, как те

тку

братом з

собенно о моем брате-бабнике,– Шон горько усмехну

умаю, что вас все ненавидят, скор

ней побежал. Точно, ты та голубоглазая девочка с облаком запутанных белокурых волос. Я потом долго всп

ушка улыбнулась и

а не сильно

совсем

о том, какая она непутевая и безмозглая. Что бог ей в н

я девчонка!– Рози снова ее

мне на

пустил девушку от себя. Она такая маленькая, тонка

о трех, а зав

, беги,

й ротик, услышать ее стоны, пить дыхание. Странно, такое с ним было впервые. В его жизни было достаточно разных женщин - достойных, скромны

дел, которые надо было перерешать еще с раннего утра. А он вместо этого ждал его, пока тот кувыркался с Глорией. Но все-таки не зря зашел в кафе,

*

Рози. До

шла на палящее солнце и направилась к своему старенькому пикапу. Надо б

осталась с отчимом Гарри. В совершенно чужом городе, на съемной квартире Гарри запил, прокли

кончилась. Потом таких влюбленностей у ее нее было еще несколько. Пятеро, по мужчине на каждые два года и пять г

чины поднимали на нее руку. Когда Лори встретила другого мужчину, она словно расцветала, завязывала с выпивкой, была полна надежд и строила планы. Она каждый раз счита

райв, и не хватало скандалов, поэтому она устраивала их сама. Гарри терпел, но его тоже срывало

она устала, встретила другого мужчину, отключила телефон и пропала. Гарри за

тареньком пикапе в свой прежний дом, в маленьком городке на юге штата

часы, когда он был трезв, приводила его в порядок и делала пригодным к проживанию. Она устроила

ом диване, закинув ноги на журнальный столик и щелк

ешь ког

есла жрач

ери там,

себе в маленькую комнатку, легла на свою еще детскую кровать, ноги гудели от усталости и постоянной ходьбы.