Колечко взбалмошной богини-2. Дорога домой

что его семья меня одобрит. Он феникс, наследник влиятельного рода. И ему нужна такая ж

буркнула я себе под нос, собираясь

уст у

о? – неожиданно

ем?! – в отв

и пойми в чем, в том числе и в отсутствии мозгов. – Не понимаешь, что у нас не может быть совместного будущего? Через нескольк

ечальные мысли и в какой-то степени жила в иллюзорном, радужном мире, где не существовало непреодолимых обстоятельств. И потому я позв

а я неуверенно, где-то на уровне интуиции

леска эмоций. – Можно попробовать договориться с богиней. Вот только, все имеет свою цену. И, озвучивая просьбу, ты до

ствия по жарким странам. Вечеринки в компании друзей и любимые рок концерты. Променять все, что у меня есть в родном мире, на Фауста. Нет, да

эдак лет по триста. Да и, по сути, что меня здесь ждет? Лет через десять-пятнадцать я начну стремительно стареть. Увядать, как вянут н

росом на вопр

одному этому вздоху я поняла, что ни

омы с тобой всего нескол

а ему до

Не продолжай. Я

ерена. Мы ведь, и вправду, знакомы всего ничего. Да, за этот срок немало всего произошло. Но, по большому сч

ключать. И мой говорит, что феникс полностью

ие, но обжигающие до боли, если к ним прикоснуться. Так и моя мечта. В целом такая красивая и така

ниях, разрушенных грезах и разбитых мечтах. А еще пострадать на тему собственной

авил поднять лицо и посмотреть ему в глаза – сейчас совершенно темные, с мягко мерцающими

ться. Не дал. Лишь с нажимом про

сейчас перетерпеть и не заводить все слишком дале

ми я и все же высвободилась из хвата длинных ц

а прошедшие сутки, и стало мучительно стыдно. Фауст пытался держаться на

осить прощения за свое неподобающее поведение

всерьез удив

ла себя... не очень крас

хнулся. Пон

х провокаций крышу сносит, и мозг п

потребовала я. – У меня от твоих колкост

стно улыбнулся. С меня моментом схлынуло горестно-страдальческ

аю ему быть паинькой. А он даж

еще

гу это контролировать. Это чт

ле? – не

ся скрыть свои эмоции за показным равнодушием или, напротив, неуместными шутками и колкостями. Вот у

ведении тоже могут быть свои положительные моменты. – Ладно, буду иметь ввиду, что, когда

тно, – насуп

и себе в удовольствие, – хмы

сной темноты вдруг донесся протяжный вой, от которого мурашки побеж

тающимся от страха я

второй. Уже более близкий и пря

лишком сильно, потому что Фауст вдруг зашипел

которые так и норовили вцепиться в какую-нибудь часть его тела. – Не бойся, они

что знаю о повадках дики

огня б

еря поставил, так что ни одна тварь к нам не сунется. А если и сунется, то по

вывания, теперь они не казались столь пугающими, как раньше. А Стаська, та и вовсе их

теперь обратно в сон клонит. Телу уже стало заметно легче, ушла чугунность и непово

внесла конструкти

ндин, которого и самого у

рзла, а вот мне было прохладно. От костра шло уже совсем робкое тепло. А за спиной так во

рядом? – осмелил

укоризненно. – Мы ж договорились

ю. Но мерзнуть-т

оправдаться я, на что фен

ожу дров

двинуться. Вот только сквознячок за спиной никуда не делся. Не простудиться бы... Но свои мысли пришлось оставить при себе. Обещала ведь, что

о полянке. Шебуршал чем-то в сумке. Приоткрыв один глаз, обнаружила, что он под

шло нечто весь

росил мужчина и, не дожидаясь

же только что просил не провоцировать. А уже через пять

? Я свой Ста

ится, третьего Фа

амок. На двоих спальник явно не был рассчитан, а потому фениксу пришлось разве

тепло стало. Так

ю, обняла и притиснула ближе к крепкому

То говорит «давай не будем». То сам же о

чуть-чуть можно. Перехватила большую горячую ладонь, что лежала на

раздалось над ухом

вроде это уж

ххо

ауст и аккуратно высвободил

чень непо