Слишком поздно для сожалений: Меня любит миллиардер

а Екат

оме, погружённом

ла дверь

а не

и с барной стойки – ка

и объясниться. Ему не терпелось ве

нному консольному

металла стояла наша

в белом кружевном плат

ободными волнами на косой пробор, а платье бы

чтобы самому выбрать

оворя, что так я выгл

, я почувствовала, как ме

ми волнами на косой пробор – и в колледже она слави

Борис вообще

заменой женщине, к

её о край консольного ст

ницы и аккуратно выр

змельчитель отходов и щёлкнула выключателем

островке заз

а со времён колледжа, а ныне старший эмбриолог в

м вины. – У тебя есть минутка? Я должна тебе кое-что р

– спросила я, присл

IP-карту, чтобы купить сумочку от Шанель за пятьсот тысяч рублей. Екатерина... в прошлом месяце, когда Борис пришёл в кли

сильно, что костяш

. отменить?»

Елена, и её голос задрожал от гнева. – Клиника вернула всю сумму на привязанную карту – на счёт Бориса! Екатерина, он сказал нам, что ты подписала

ался пронзи

вечер колола гормоны для

в отчаянии рыдала каждый раз, когда тест на береме

по волосам и шептал, что всё в порядке, что всё проис

утешал

ерно унич

страдания, которые я перенесла, и разрушил мою надежду на создание сем

венно спокойным голосом. – Пожалуйста, пришли мне поддель

ообещала Елена. – Прижми

я позвонила Михаилу Соколову

од, подать ходатайство о полной заморозке наших совместно наж

распечатывала медицинские карты из

ла управляющая наш

кричала в трубку госпожа Фёдорова на фоне завывающего ветра.

– вскрикнула я, чувствуя, к

– закричала госпожа Фёдорова. – А час назад началась метель – температура упала ниже ну

ее пальто и слетела на три пролёта

усом был выбелен метелью

ами Барсик лежал, прижавшись

ый пёс, которого я приютила з

под пугающим углом, а снег под ним

го золотистую шерсть вм

пог по снегу, Барсик

й земле на двух передних лапах, тихо поскуливая и изо всех

вила я, и мои ноги подкосились, ко

укутала его дрожащее тело, а затем подхватила на ру

артала без остановки и ворвалась в круглос

ика прямо в травмато

врач вышел,

– Ещё двадцать минут там, и его сердце остановилось бы от холода. Ем

не раздумывая, протягивая кредитну

ационной, пока наркоз по

е интенсивной терапии и его состояние стабилизиров

рислал курьером через весь город, вместе с неопровержимыми

дную дверь и

омат чесночного масла

ов лился п

няном фартуке, аккуратно поливая с

онкий шёлковый халат – вальяжно потягивала кра

я двери лицо Бориса оз

й этот гребешок

с которой стекал растаявший снег, и его улыбка зас

он, с силой бросив щипцы на столешницу. –