Пробуждение моего жестокого мужа - подпольного байкера

ца Ев

лным грязи и стыда. Для элитного хирурга-травматолога –

грязную подкладку, обмотанную вокруг бёдер Виктора, и бр

редо мной совер

к упругой, рельефной брюшной стенке и глубоким, чётко очерченным паховым линиям – острая, как бритва, V-образная линия бёдер спускалась к мускулистым, покрытым волосками ляж

й с антисептическим раствором, пропитал

и сугубо клиническими

ую соль. Жар, исходивший от его мускулистого тела, был сильным, и теперь, когд

ам верхней части его бедра, опасно близко к паху, в е

сь, взглянув

свежего пота. Его глаза оставались закрытыми, погружёнными в глубокий ме

лось глубоко в его широкой груди, и его тяжёлое, мужественное тело продемонстрировало едва з

ле травм спинномозговые рефлексы были лишь

й голос прозвучал как спокойное, отстранё

еревернув его огромное стокилограммовое тело на левый бок. Его обнажённая

стец и ягодицы, убедившись, что не осталось ни е

ла прочные, хорошо впитывающие клинические трусы для взрослых – медицинский подгуз

равила переднюю часть поверх его таза. Мои пальцы в перчатках работали с хирургической скоро

зад, осматрива

остный военачальник, от одного имени которого федеральные агенты покрывались потом, – надёжно з

вая ухмылка трону

е, утянув моё тело в тяжёлый, беспокойн

й бункер погрузился в глубокие, застывшие тени – ночь наступила несколько часов на

мой разум автоматически перестраив

нт нуждал

етону к краю кровати. Я протянула руку и

рукой была обж

рудь сдавило от мгновенного в

нимум до тридцати девяти с половиной градусов. Его печень и лимфатическая система выбрасывали не

и острая, вцепи

была полевым хирургом. Паника был

олнила его ледяной водой из моей портативной охлаждающей у

льку его дыхательная система всё ещё перезапускалась, накачивать е

етру. А здесь, внизу, в брюхе этой бетонной кле

прижала ледяное полотенце к его лбу, а затем о

я пар, когда холодная ткань соприкоснулась

ностью, обтирая его ключицы, широкие плечи и плотную, покрытую татуировками поверхность грудных мы

но под моими руками, дыхание было поверхнос

йдя к стальному тазу на прикроватном столике, чтобы

ине комнаты раздался зву

кроскопиче

вал безошибочно узнаваемый, приглушённый хруст плотных ме

кровати, балансируя мета

ки замерл

стряло у м

ударившись о бетонный пол. Ледяная вода и кубики льда разлете

воду. Я не смотре

ете аварийной лампы глаза Виктор

пронзительного лед

Хищные, как у загна