ица
средства и медицинского спир
ой стороне моей неповреждённой левой руки пластырем была закреплена капельница. Люминесцен
хирургическом костюме с планшетом в
рет на колёсиках и села, её голос звучал мягко. – Я доктор П
вающей боли внизу живота из глубин
тяжёлую тупую травму таза, вызвавшую острое массивное кровотечение. Мне очень жаль, но... мы не смо
азалось, з
иплым, надломленным и дрожащ
едицинской помощи, и внутри вашей матки образовалась обширная рубцовая ткань, в сочетании с тупым ударом на этот раз, слизистая оболочка вашей матки получила
меня в самое сердц
окрыто ожогами от устроенного Анной пожара, а теперь жес
ь палаты открылась. Вошла госпожа Соколова, шестидесятилетняя
а, поспешив к кровати. – Ты до смерти напугала меня, когда приехала скорая.
ё опухшими, красны
ь с ним на третьем этаже, он нёс бедняжку Анну в лифт. Он сказал мне, что ты случайно упала, и хотел проведать тебя, но у Ан
костей холод
й палате. На три
имбирём, – продолжала тараторить госпожа Соколова. – Он сказал медсёстрам, чт
ю простыню так сильно, что
ела три дня в постели, дрожа от холода. Это я готовила на плите воду с имбирём и коричневым сахаром. Александр наб
ы моего прошлого и отдавал вс
а капля тёмно-красной крови, но у меня не было на это времени. Я отбросила од
олова, пытаясь схватить меня за руку. – Доктор ск
лос был холодным, пу
опку третьего этажа. Каждый шаг отдавался жгучей болью в травми
лату в конце аку
открыта, остав
а откинулась на мягкие подушки в бледно-розовом шёлковом халате, а Александр сидел на краю
никогда не слышала от него на людях. – Тебе нужно доесть всю тарелку. Доктор ска
ерёд, чтобы поцеловать его в щёку. – Ты так хорошо заботишь
. Она ударилась о стену
брызнул на белые простыни. Анна ахнула и
выражение презрения и раздражения. – Что ты здесь делаешь? Разве докто
ватила тяжёлый термос и швырну
. Обжигающий бульон и осколки стекла ра
а плечи и оттолкнув назад. – Анна отдыхает! Твоя безра
го ребёнка, Александр! Ты толкнул меня на этот мраморный стол и оставил истекать кровью на полу! Доктор Пет
смотрел на моё бледное, призрачное лицо, и на его лице
..» – Александр откры
олпились в дверях, с открытыми ртами глядя на разбитый термос
. – Александр, кто именно ваша жена? Вы сказали управлению домом, что Елена – п
ми, полными слёз рыданиями, сх
Анна. – Она намеренно разрушает нашу ре
Воздух стал настолько густым,
тые глаза. – Это твой последний шанс. Скажи всем, кто
ров и пациентов; все они смотрели на безупречно одетого молодого
его лицо Анны. Наконец, его взгляд упал на блестящий значок партнёра на л
д, твёрдо встав перед
о и без капли тепла. – Госпожа Смирнова годами страдает от патологической одержимости мной, полностью искажая наши
, а затем взорвалась возму
ина, преследует и д
стовать и бро
ем, качая головой: «Елена, я относилась к тебе как к родному
ма. Последняя нить, удерживавш
рапая грудь Александра, разрывая его рубашку
ка!» – кричала я, колотя его в гр
мылке, а затем она завизжала толпе: «Она сумасшедшая! Держите её! О
ндр, схватив меня за запястье и сильно выкрутив его, прижимая
лась через поручень кровати и разорвала переднюю часть моей больничной рубашки, обнажив мою за
мехом. – Посмотрите на эту покрытую шрамами уроди
Александра, умоляя его глаз
авляя запонки, и вышел из палаты, позвол
/0/27385/coverbig.jpg?v=ded8c54c9e594c77802ff1368bb1dba5&imageMogr2/format/webp)