Слишком поздно для сожалений: Истинная любовь миллиардера

В течение двух лет мой жених Александр контролировал мою жизнь с помощью больного, удушающего правила: если заряд батареи моего телефона падал ниже пятидесяти процентов, все наши планы немедленно отменялись.

Он утверждал, что это должно было избавить меня от привычки откладывать всё на потом.

На вечеринке в честь моего двадцать шестого дня рождения моя батарея показывала сорок девять процентов. Когда все мои друзья собрались, а свечи на торте уже были зажжены, Александр холодно отменил бронь нашей отдельной комнаты прямо на глазах у всех.

«Правила есть правила, Алиса, – сказал он, полностью игнорируя моё жгучее унижение. – Пропуск одного дня рождения наконец-то послужит тебе уроком».

В День благодарения он должен был нанести свой первый официальный визит моим родителям. Моя мама готовила с самого рассвета.

На полпути туда лучшая подруга Александра, Белла, прислала сообщение: «Мой телефон садится. Я одна в аэропорту, и мне так страшно».

Александр ударил по тормозам и немедленно развернул машину.

«Мои родители всё ещё ждут дома», – напомнила я ему.

Он лишь прибавил скорость и крикнул: «У неё садится телефон! Что, если она останется без связи?»

Когда мы ворвались в терминал аэропорта, я смотрела, как Белла бросилась в его объятия. Александр быстро достал свой портативный аккумулятор, заряжая её телефон с нежностью, которую он никогда не проявлял ко мне.

Но когда её экран загорелся, я ясно увидела значок батареи: девяносто восемь процентов.

Александр лишь снисходительно улыбнулся и щёлкнул её по носу.

«В следующий раз не пугай меня так», – мягко прошептал он.

Я посмотрела на свою полностью заряженную батарею и набрала номер миллиардера, генерального директора технологической компании, который тихо любил меня целых четыре года.

«Ты всё ещё готов жениться на мне прямо сейчас?»

Глава 1

От лица Алисы:

Я поехала обратно из аэропорта на такси одна.

Когда я толкнула входную дверь, обеденный стол был тщательно накрыт с использованием самых ценных хрустальных бокалов моей матери. Еду разогревали уже во второй раз.

«Мам, больше не ждите. Он не придёт», – тихо сказала я.

Как только я села, в дверь позвонили.

На крыльце стояли Александр и Белла. Белла держала в руках дорогую коробку импортной выпечки, которую мои родители специально приготовили в подарок Александру.

«Мне так жаль, Алиса, я умирала от голода по дороге сюда, – сказала Белла, открывая коробку, чтобы показать, что половины выпечки уже нет. – Я не знала, что это подарок для Александра, поэтому просто открыла её и съела несколько штук».

Александр нахмурился, забрал коробку из её рук и небрежно положил её на столик в прихожей.

«Это всего лишь пара пирожных, Алиса, ничего страшного, – невозмутимо сказал Александр. – Сегодняшняя задержка – моя вина, не срывай свою злость на Белле».

Я посмотрела на него, чувствуя, что это совершенно нелепо. «Сегодня День благодарения, и это была твоя первая официальная встреча с моими родителями».

«Это две разные вещи, – ответил Александр, в его тоне уже сквозило нетерпение. – Твой телефон был полностью заряжен, и ты могла связаться со своей семьёй в любое время. Белла же тогда думала, что потеряет связь с миром».

«Заряд батареи её телефона явно был на уровне девяноста восьми процентов, в то время как мои родители горько ждали дома часами!» – я сжала кулаки, мой голос бесконтрольно дрожал от гнева.

«Ты снова делаешь из мухи слона, Алиса, – огрызнулся Александр, скрестив руки на груди. – Твоя узколобая ревность удушает. Белла хотела загладить свою вину перед тобой, и она даже специально предложила устроить ужин для нашей компании друзей завтра вечером. Вместо того чтобы быть благодарной, ты используешь это как предлог, чтобы закатить необоснованную сцену!»

Белла сделала полшага вперёд, её большие, влажные глаза быстро наполнились слезами.

«Это всё моя вина, Александр... – всхлипнула Белла, дёргая Александра за рукав. – Мне не следовало приходить. Я всегда всё порчу Алисе...»

«Тебе не нужно перед ними извиняться, Белла, – Александр смягчил тон, заслоняя её собой, когда они направились к машине, даже не взглянув на меня снова. – Некоторые люди просто не умеют ничего ценить, относясь к чужой доброте как к грязи».

Он уехал вдаль, даже не сказав ни слова на прощание моим родителям.

На следующий вечер Белла действительно забронировала отдельную комнату в элитном ресторане хот-пота.

В тот момент, когда на стол подали бульон, я замерла.

Острый красный бульон был полностью заполнен креветками и крабами.

«Александр специально сказал мне заказать этот фирменный бульон с морепродуктами! – радостно объявила Белла, размахивая половником. – Он сказал, что это самая аутентичная основа для супа, которая у них есть!»

Я отложила палочки. «У меня сильная аллергия на морепродукты».

Александр, который был занят смешиванием соуса для Беллы, даже глазом не моргнул. «Разве ты не можешь просто промыть их в воде перед едой?»

«Не заставляй кухню менять всю кастрюлю из-за такой мелочи и портить всем аппетит. Ты можешь перестать быть такой капризной?»

Сказав это, он вытащил из кармана распечатанную таблицу и шлёпнул её в центр обеденного стола на всеобщее обозрение.

«К слову о капризности, – усмехнулся Александр, приподняв бровь и глядя на свою компанию друзей. – На прошлой неделе, в день рождения Алисы, она умудрилась позволить батарее своего телефона разрядиться до сорока девяти процентов. Посмотрите на этот ежемесячный журнал отслеживания. Она всегда ни во что не ставит мои правила управления зарядом батареи».

Весь стол мгновенно разразился насмешливым смехом и издёвками.

«Александр, ты слишком дотошен, – со смехом сказал один из его приятелей. – Алису определённо нужно сегодня наказать».

Белла невинно улыбнулась мне. «Алиса, Александр так строг с тобой. Но это всё ради твоего же блага!»

Другой человек вмешался: «Тогда наказанием должно стать то, что Алиса почистит целую тарелку крабов для Беллы!»

Я крепко сжала палочки, мой голос был ледяным: «Я не буду их чистить».

Александр поднял глаза, его лицо мгновенно потемнело. «Это просто еда, Алиса, тебе обязательно быть такой истеричной?»

Все за столом уставились на меня. Они все ждали, что я опущу голову и пойду на компромисс.

Наконец, я надела пластиковые перчатки и придвинула к себе эту тяжёлую тарелку с крабами.

Панцири крабов были чрезвычайно острыми. Когда я с силой вскрыла один из них, острый как бритва край глубоко вонзился мне в большой палец. Я ахнула от боли, моя рука резко дёрнулась.

Ярко-красная кровь мгновенно хлынула, запачкав белое крабовое мясо.

Я схватила бумажную салфетку и сильно прижала её к ране, не издав ни звука.

Александр вообще ничего не заметил. Он был полностью сосредоточен на том, чтобы положить фрикадельки на тарелку Беллы, нежно спрашивая её, не хочет ли она ещё кунжутного соуса.

Внезапно из кастрюли выплеснулась крошечная капля горячего масла.

Белла издала деликатное: «Ой!»

Александр мгновенно вскочил со стула, схватил её за руку и в полнейшей панике потащил её в сторону туалета.

«Где ты обожглась? Дай посмотреть!» – тревожно прорычал он.

Я вытащила две жёсткие салфетки из коробки, туго обмотала свой кровоточащий большой палец и сильно надавила на него под столом, чтобы остановить кровотечение.

Молодой помощник официанта, убиравший тарелки неподалёку, заметил рану на моей руке, молча подошёл и вытащил из кармана фартука два чистых пластыря, чтобы протянуть их мне.

«Спасибо», – прошептала я слова благодарности этому незнакомцу.

Ужин затянулся до полуночи, и мы стояли на ледяном, пронизывающем ветром тротуаре возле ресторана.

Ледяной дождь начал барабанить по асфальту.

Белла надула губки и беспомощно потрясла своим телефоном. «Александр, ты можешь отвезти меня домой? Мой телефон садится, и я боюсь, что не смогу вызвать такси».

Александр немедленно кивнул. Затем он повернул голову и посмотрел на меня. «Возвращайся сама. Твой дом близко».

Я посмотрела прямо ему в глаза. «Мой телефон тоже садится».

«Тогда найди круглосуточный магазин и купи зарядку, – холодно сказал Александр, открывая пассажирскую дверцу для Беллы. – Я сотни раз предупреждал тебя всегда держать батарею заряженной, когда ты выходишь из дома. Это наказание за твоё неумение планировать. Может быть, двадцать минут стояния под пронизывающим дождём наконец-то послужат тебе уроком».

В тот момент, когда дверца машины захлопнулась, я наконец-то всё поняла. Те строгие правила, которые он устанавливал для меня, всегда были лишь инструментами, используемыми для того, чтобы приручить и контролировать меня.

Пройдя половину пути под ледяным дождём, я открыла приложение для семейного отслеживания на своём телефоне и навсегда отключила передачу данных о моём местоположении.

Секунду спустя батарея телефона села, и экран полностью погас.

Я прошла три квартала, бросая вызов пронизывающему дождю, а кровоточащий большой палец в кармане моего пальто пульсировал волнами сильной боли.

Наконец я нашла круглосуточную заправку, подошла к кассе и умоляла продавца в ночную смену позволить мне воспользоваться стационарным телефоном.

Я набрала номер мобильного телефона моей мамы.

Трубку сняли всего после одного гудка, но голос, доносившийся из динамика, не принадлежал моей маме.

Вместо этого это был фельдшер скорой помощи из центра экстренной медицинской помощи.

«Это Алиса Смирнова? – быстро спросил фельдшер сквозь пронзительный, резкий вой сирены скорой помощи на заднем плане. – Ваш отец только что перенёс острый инфаркт миокарда дома. Ситуация крайне критическая, и мы везём его в больницу Святого Луки для экстренной реанимации по высшему уровню срочности. Вы должны немедленно приехать сюда!»