Отвергнутая пара: Мое блестящее возвращение из тени

ревняя кровь клана Волковых была еди

ку. Вместо этого он привёл в замок Елену, отдал ей моё священное

иданое, чтобы спасти его стаю

емя рожать, Елена подкупила стражу, чтобы те забарр

мень, чтобы заглушить свои крики, в то время как Кирилл

м Обряде посвящения, Кирилл

его стае как своего наследника, и оста

торой? Разве я не

игрушку, которую он вырезал до крови на пальцах для отца, д

ушой, чтобы удержать его рассудок, лишь для того, чтобы

плакала и

азе от пары, скрепила его своей л

ила покинуть стаю

ав

ца Св

рерывистый, желтоватый свет на з

о цвета, мой взгляд был прикован к окутанному ту

не слабым якорем, но он не мог сдержать поток вос

лагавшемся прямо под этим окном, Боги

а Кирилла в тот момент, когда

ринял титул Альфы после внезапной смерти своего отца. Желваки на е

в отчаянной схватке с яростной гордостью мальчика, которому предстояло стать королём. Он был существом, до ужаса боявшимся монстра, привяз

иротворении, которое должно было проникнуть в са

а это – толчок, похожий на удар молнии в цепь, и неистовую, ре

эхом разнёсся в уголк

лся, словно от ра

ромат хвои и мороза, свернул

, что его собственной крови будет

плоть моей шеи; он не стал

е год в замок

ицы покойного Альфы – связь, давшая ей ровно столько влияния, чтобы пр

вилегии, которые по закону и традициям принадле

ье с лунным камнем исчезло из

з моего приданого, осязаемый

о застёгнутым на шее Елены, ког

розов, когда и я, и

лекарств в зам

ажники Елены заперли двери в Южную башню, заявив, что их господина нельзя будить, пока он ухаживает за ней из-за её жалоб на

нку, вонзив зубы в кожаный ремень, чтобы заглушить крики,

тихая жестокость дос

ященного ритуала под полной луной,

торому теперь было три года,

отклонился, его сапоги прошагали мим

, подведя его к запятнанно

своего наследника, оставив Льв

н не п

низ на свои мален

ерьёзность, далеко выходящая за рамки его возраста, и п

ем ли мы вернут

е лампы в моей спальне,

вавшего его голову, торчал острый

вытащила е

омной, древней формы, которую могли при

сё это в отчаянной надежде заслужить хо

тихий, скорбный звук – скулёж,

пленница, истекающая кровью от

секретеру и достала ч

в чернильницу с

рогнула, я начала выводи

дубовую дверь нарушил

идела стоящего в

ого фонаря его лицо каз

лосом. – Совет старейшин собирается на расс

ничего

и наследования», – закончил он, и эти слов

, – тихо

я свёрнутый пергамент из

кже издал

комое, удушающее давление – магическая тяже

ение замком, бухгалтерские книги и кл

ок передачи, зажатый

нное внушительное приданое спасало

жников и платила каменщикам, которы

ладонь, пока боль не затмила стук моего сердца, и только т

утствовать при разрыве Связи истинных,