Избалованная Наследница

Когда прозвучали радостные слова священника: «Господин Арсений Круглов, можете поцеловать невесту», – Марина Ефремова в подвенечном платье распахнула двери и застыла, увидев, как её жених целует её сводную сестру.

В тот день Марина и Арсений должны были обручиться. Ефремовы и Кругловы ещё много лет назад договорились о помолвке.

Арсений, сын Кругловых, рос за границей, где из-за несчастного случая потерял слух и зрение. После его возвращения именно Марина преданно ухаживала за ним и помогала восстановиться.

Арсений поклялся, что устроит ей пышную свадьбу, как только полностью поправится.

Хотя Марины не было рядом в тот день, когда к нему вернулись слух и зрение, Арсений сдержал своё слово: он обсудил всё с Ефремовыми и начал приготовления к свадьбе.

Однако в день церемонии у алтаря оказалась не Марина.

Как такое могло произойти?

«Остановите церемонию!» – голос Марины прорезал тишину, и взгляды гостей тут же обратились на неё.

Священник растерянно пробормотал: «Почему... тут ещё одна невеста?»

Не обращая внимания на море любопытных глаз, Марина, подобрав подол платья, решительно направилась к жениху: «Арсений, ты должен был жениться на мне, а не на Амалии!»

Выражение лица Арсения помрачнело: «Марина, что за чушь ты несёшь?»

«Марина, – заговорила Амалия Ефремова, её лицо побледнело. – Я понимаю, что ты всегда меня ненавидела, но сегодня день моей свадьбы. Пожалуйста, просто благослови нас».

«Не бойся её, Амалия, – сказал Арсений, заслоняя её своим телом, а затем бросил гневный взгляд на Марину. – Ты же прекрасно всё знаешь. Амалия заботилась обо мне в те дни, когда я нуждался в этом больше всего. Учитывая давнюю договорённость между нашими семьями, я решил жениться на ней. В конце концов, она тоже дочь Ефремовых».

«Заботилась о тебе? Это я выходила тебя! – возмущённо перебила его Марина. – Что на тебя нашло? Когда ты обещал обручиться с Амалией? Она всего лишь приёмная дочь!»

«Довольно! – Сюзанна, мать Марины, подбежала к ней и с размаху влепила пощёчину. – Амалия – наша настоящая дочь. Это ты украла её жизнь, а теперь смеешь устраивать здесь сцену?»

Марина схватилась за горящую щёку, недоверчиво глядя на мать: «Мама, что ты такое говоришь? Как Амалия может быть...»

Девушка замолчала на полуслове, когда на неё нахлынули болезненные воспоминания.

Хотя Марина и выросла в семье Ефремовых, она никогда не ощущала родительской заботы. Ей всё время приходилось вести себя очень сдержанно и осторожно. Она всегда чувствовала себя чужой в собственном доме.

Марина мысленно вернулась в тот день, когда впервые встретила Амалию – это было на переполненном вокзале.

Амалия спорила с каким-то мужчиной, обвиняя того в том, что он изменился после их переезда в город.

Когда мужчина стал вести себя агрессивно, Марина инстинктивно вмешалась. Однако вместо благодарности Амалия отчаянно вцепилась в её руку и начала умолять позволить работать в её семье, пусть даже за еду.

У Марины не было времени спорить, поэтому она неохотно привела девушку в свой дом.

Вскоре после этого её мать радостно объявила, что они решили удочерить Амалию. С того момента Амалия стала центром всеобщего внимания, любимицей семьи Ефремовых, в то время как Марина отошла на второй план.

Застенчивость и робость Амалии только добавляли ей обаяния в глазах новых родителей. Они даже уволили служанку и вызвались готовить сами, несмотря на полное отсутствие навыков. Каким-то образом со временем эта обязанность оказалась на плечах Марии.

Амалия получала всю ту любовь, которой Марина никогда не ощущала, и свободно пользовалась богатством семьи Ефремовых.

Она без труда поступила в элитный университет, к вступительным экзаменам в который так долго готовилась Мария, и так же легко влилась в высшие круги общества, используя связи Марии. И так во всём.

По своей наивности Марина когда-то верила, что, уступая Амалии и заботясь о ней, она сможет заслужить любовь родителей.

Теперь же перед ней предстала суровая реальность. Её старания так и не принесли никаких результатов, потому что она не была их настоящей дочерью.

Какой абсурд!

«Марина, мне так жаль, – сказала Амалия, её глаза наполнились слезами, а голос задрожал от притворного раскаяния. – Это моя вина, но ты столько лет прожила с моими родителями. А мы с Арсением... мы искренне любим друг друга. Если тебе обидно, я...»

Марина посмотрела на эту с виду невинную девушку с кривой усмешкой на губах: «Если мне обидно, то что? Ты уступишь и позволишь мне выйти замуж за Арсения?»

В её словах была неприкрытая враждебность, которую Амалия приняла за горечь.

«Что?! – лицо Амалии на мгновение исказилось, но она быстро взяла себя в руки и посмотрела на жениха, её тон вдруг стал резким. – Марина, уясни раз и навсегда: он мой жених, а не твой! Ты даже не член этой семьи».

«Так Марина даже не родная дочь? Это Амалия?»

«Какая бесстыжая эта Марина! Заняла место законной дочери, а теперь ещё и пытается увести у неё жениха!»

Перешёптывания гостей становились всё громче.

Выражение лица Марины помрачнело, и она повернулась к Сюзанне, её голос дрогнул: «Мама, я правда не твоя дочь?»

На лице Сюзанны отразилось презрение, а голос стал ледяным: «Вас поменяли местами в роддоме. Если бы твои подлые родители не поменяли детей местами, Амалии бы не пришлось столько лет страдать в нищете!»

Сокрушительная волна боли захлестнула Марину, пригвоздив её к месту.

«Я хотела, чтобы ты порадовалась за Амалию, а потом тихо ушла, – высокомерно усмехнулась Сюзанна. – Но раз ты такая неблагодарная, тебе здесь больше не рады. К слову, твои нищие родители уже нашли тебе мужа. Он ждёт снаружи».