Отвергнутая жена: Неожиданное возвращение гениальной королевы

Часы пробили полночь. Рената Ковалёва сидела на широком подоконнике в загородном особняке, и её взгляд был устремлён на холодные капли дождя, стекавшие по стеклу.

Сегодня был её день рождения.

Телефон, лежавший рядом, оставался безмолвным. Не было ни входящих вызовов, ни сообщений, ни даже поздравлений с днём рождения.

Она медленно поднялась, и её суставы затекли от долгого сидения. Она подошла к комоду и поправила подарок, который привезла издалека для своей дочери, Ксении. Это была искусно сшитая вручную тканевая кукла.

Внезапно дверь распахнулась.

В комнату вбежала Ксения, сжимая в руках коробку с разноцветными ракушками. У неё был торопливый, взволнованный вид

«Ксюша», – мягко позвала Рената, раскрывая руки для объятий. Но девочка увернулась. Её движения были резкими.

Коробка наклонилась, и ракушки с тихим стуком рассыпались по мраморному полу. Ксения тут же опустилась на корточки, начав их перебирать.

Рената присела рядом, помогая дочери. Её пальцы коснулись гладкой, перламутровой поверхности.

Она протянула Ксении куклу: «Смотри, что я тебе привезла».

Ксения бросила на куклу брезгливый взгляд и отшвырнула её в сторону: «Фу, старьё! Мне такое не надо!» – фыркнула она.

Сердце Ренаты пропустило удар. Она заставила себя говорить спокойно: «Чем ты так занята?»

Ксения с гордостью продемонстрировала самую крупную ракушку: «Я делаю ожерелье для тёти Алины. Оно будет гораздо красивее всего, что ты мне когда‑либо дарила!» – выпалила девочка с вызовом.

Рената почувствовала, как кончики её пальцев леденеют.

Алина Щербакова – женщина, которая уже несколько лет была любовницей её мужа. Рената знала об этом, но молчала, глотая обиду, надеясь, что семья устоит.

Однако теперь она видела, как дочь с такой же готовностью тянется к этой чужой женщине, и ледяная пустота разливалась внутри.

«Ксюша, – её голос был едва слышен, – ты помнишь, какой сегодня день?»

Девочка посмотрела на неё с пустым выражением лица: «Нет. А что?»

Она нетерпеливо махнула рукой: «Не мешай мне, мама. Я должна выложить ракушки в правильном порядке».

Рената смотрела, как её дочь с невероятной сосредоточенностью готовит подарок для другой женщины. Для женщины, которая разрушала их семью. Её ладони стали холодными, как лёд.

«Сегодня мой день рождения, – тихо сказала она. – Ты не хочешь подарить мне что-нибудь?»

Ксения раздражённо вскинула голову: «Опять ты за своё! Зачем ты меня заставляешь? Дарить или не дарить – это моё право».

Слова дочери были острыми, как осколки стекла: «Тётя Алина никогда не выпрашивает подарков на день рождения, – безжалостно продолжала Ксения. – Она намного воспитаннее тебя».

Рената медленно поднялась. Она и не знала, что дочь так сильно её ненавидит, – ведь это её родная кровь, которая должна была быть ближе всех, но теперь стала такой чужой.

Внизу послышался шум подъезжающей машины. Это вернулся Ярослав.

Рената глубоко вздохнула, заставляя себя унять дрожь. Она натянула на лицо подобие улыбки и спустилась вниз, чтобы встретить мужа.

Ярослав Дружинин вошёл в дом, неся с собой запах дождя и холода. Его лицо было уставшим и непроницаемым.

Рената шагнула к нему, чтобы помочь снять пальто, но он холодно отстранился и повесил его сам. Он даже не удостоил её взглядом, направляясь прямо в свой кабинет.

Рената пошла за ним: «Ярослав, – тихо позвала она, – может, мы сегодня поужинаем вместе? Я приготовила...»

«Сегодня международная видеоконференция, – ледяным тоном оборвал он её, не оборачиваясь. – Нет времени».

Рената сжала кулаки, её ногти впились в ладони: «Но сегодня... сегодня наша годовщина свадьбы. И мой день рождения».

Ярослав на мгновение замер. Затем он нетерпеливо обернулся, его взгляд был полон раздражения: «Сколько тебе лет? Всё ещё празднуешь дни рождения? Если что-то хочешь, пойди и купи сама».

Он вошёл в кабинет и захлопнул за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как приговор.

Рената осталась стоять перед закрытой дверью, одна в холодном, пустом холле. Горькая усмешка тронула её губы, но слёз не было. Слёзы высохли много лет назад.

Внезапно зазвонил её телефон. На экране высветилось имя – рабочий номер Ярослава.

Вероятно, он забыл свой аппарат на столе, и кто-то перезванивал.

Она машинально ответила. «Ярослав, твой кофе готов, – раздался в трубке нежный, мурлыкающий голос Алины Щербаковой. – Я добавила полторы ложки сахара, как ты любишь».

Рука Ренаты сильно дрогнула. Телефон чуть не выпал из её пальцев.

На том конце провода, услышав какой-то шум, мгновенно повесили трубку.

В ушах остались только резкие, пронзительные гудки.

Тишина.

Она опустила телефон, чувствуя, как последние остатки тепла покидают её тело.