Прах над заливом: Прощай, Дмитрий

Дмитрий, поклявшийся однажды взять меня в жёны, теперь предлагал огромную награду, чтобы лишить меня последнего ле

чка пуста, врачи давали не больше девяноста дней. Чёрный рынок

подставила. Дмитрий, не слушая, схватил меня за шею и впечатал в колонну.

ли. Глядя на спасительное лекарство, я спокойно раздавила

и прошептала «Солнышко моё», заговорив о шахте, где спасла ему жизнь. Дмит

ав

л

огда-то клялся взять меня в жёны вместе со всей своей мафиозной империей, теперь предлагал награду в тридцать миллионов рублей за то, чтобы

тёмно-фиолетовые сгустки, источая

Петербурге. Глубокий кашель разрывал грудь, будто ломая рёбра. Дрожащие пальцы

твующее обезболивающ

и взяла отчёт из подпольной клиники, распечатанный дв

сто дней. Я смотрела на эти слова, не моргая, а затем р

ли старого крёстного отца, я выпила «Сибирск

крови целое десятилетие и теперь,

рстяное пальто и толк

ь. Моё истощённое тело качнул

оспекту, я достала старый мобильный и набр

послышали

вающих. Цена любая», – прохрипела я голо

ц Чернов издал абсолютный запрет! Кто на всём чёрном рынке Петербурга об этом не знает? Любой, кто посмеет продать

ах остались лишь корот

ий Че

мафию, владелец огромной частной армии. Его безжало

власть, он теперь направил на меня – свою

л лёгкие, вызвав остр

вцепившись в фонарный столб. Ногти

еличественные шпили

ственное место в городе, где ещё ос

внимания на воющий ветер, шаг за

еженный мост, я оказ

ков в чёрном тут же преградили мн

ено приближаться к имению Черн

мное дуло и спок

видеть Д

ивные ворота с гро

й «Майбах». Окно опустилось, и я увиде

ста Дмитрия, свадьба с кот

ины, опустил автомат подчинённого и п

ха». Её красные шпиль

показывая изумрудное кольцо – сим

лечо пальцем в дорогой кожаной перчатке. – «Как это некогда гордая жен

сильнее, заставл

ла на неё невозмутимо. Моё с

улась, чтобы уда

ё тонкое запястье вцепилось

А

ся, но моя рука, холодна

вила её вскрикнуть, ли

олодно прошептала так, что

ять передо мной

, её глаза горели от унижения и рев

вперёд и вст

а у ворот запрещена до тех пор, пока крёст

отирая покрасневшее запястье,

ь любит меня! Ты и ту

синевшие пальцы в рукав,

овернулс

ный отец испытывает к вам лишь бесконечную

посмотрела на него. – «Я пришла забр

нулась на сиденье «Майбаха», по

амёрзнешь нас

ляя за собой клубы выхлопных газ

ю фигуру, вздохнул и жестом пр

ный отец в конфе

ловещий холл замка. Стук моих