о
трахея всё еще кровоточит. Меня тащили по коридорам, как мешок с
массивном кресле, обтянутом тигровой шкурой. Ел
о крайнюю степень тревоги. Увидев меня, полумертвую на полу, он сжал
мою невесту, - Дмитрий медленно крутил кольц
м, буквально рухнул передо мной на ко
он с размаху уда
разнесся по залу. Лицо гор
ытством. Он ждал, что я начну умолять о п
ную камеру, - раздраженно б
зади замка. Железная дверь толщиной в тридцать сантиметров распа
елый лязг металла - и двер
прошил кожу, словно тысячи ледяных игл. Рана на шее под воздей
ницы покрылись инеем. Дрожь постеп
погрузилось в пугающее оцепенение, границы реальности на
бесконечное белое безмолвие. Я помню, как отчаянно пробиралась сквозь сугроб
епко прижала его к себе, пытаясь отдать всё своё тепло. В беспамятстве он вцеп
тал он тогда, почт
тоящем разорвал эту иллю
ая из ран, мгновенно замерзла, превратившись в крошечные алые ледян
душена моими собственными руками. Я больше не хотела
ое из них - как удар, как укол ледяной иглы, не дающий сознанию ускользнуть в о
цы. Мой пульс упал до критической отметки, но ненависть внутри горел
к ломающегося льда. - Я заставлю тебя заплатить. Я заберу
дилась новая я. София умерла в этой камере.
/0/25174/coverbig.jpg?v=c813b33cf72126e176677164329c8e98&imageMogr2/format/webp)