Суженая Альфы

От лица Дианы

«Она такая заноза в заднице. Неужели она не может жить без мужского внимания?»

После того как моя сводная сестра Карина закончила проклинать меня, окружающие гости разразились смехом.

Сегодня, пока убиралась после чаепития Карины и её друзей, я направила одного из поклонников Карины.

«Спасибо», – мужчина в костюме от кутюр одарил меня стандартной светской улыбкой, а затем продолжил искать её.

К сожалению, вспышка его улыбки была замечена Кариной, чей взгляд был подобен отравленной стреле. Это был всего лишь один из её многочисленных ухажёров, которых она презирала.

«Раз уж ей нравится позировать перед мужчинами, пусть она выступит для нас!» – злобно сказала Карина, когда её пять больших охотничьих собак подбежали ко мне.

По её знаку выражения морд гончих стали более свирепыми, а в глазах некоторых из них загорелся ужасный зелёный свет.

Я своими глазами видела, как эти гончие разрывают свою добычу. Шоу, по её словам, заключалось в том, чтобы посмотреть, как я дрожу под их клыками, словно те бедные животные.

Изо ртов собак исходил сильный запах, а с зубов на траву капала слюна. Моё тело болело от внезапного напряжения и страха. Жжение в лёгких усиливалось, а ноги сводило судорогой. Но я знала, что буду страдать ещё больше, если не сбегу.

«Нет, пожалуйста. Я не хочу умирать. Помогите мне!» – отступая, я умоляла о помощи толпу позади меня. Однако дамы испытывали ко мне отвращение, словно я была куском мусора на земле, боясь, что моя рука коснётся уголка их одежды, поэтому все они отступили, прикрыв рты платками.

Хотя мы с Кариной – дочери Альфы, не каждый ребёнок Альфы любим. Я выросла, зная, что фаворитизм – обычное явление в мире, но ко мне это не имело никакого отношения.

Я была изгоем в своей стае, и я осознала эту суровую реальность, когда мне было 10 лет. Как оборотень может быть таким слабым? Моя скорость, обоняние и реакция больше похожи на человеческие, чем на оборотня. Это было позором для всей моей стаи, и традиционно такого ребёнка, как я, следовало утопить при рождении, потому что слабое потомство – очень плохой знак для Альфы.

Альфа – лидер всей стаи, и его дети представляют будущее стаи. Поэтому от меня ожидают силы, и я должна быть сильной.

Однако нерешительность моего отца спасла мне жизнь.

«Она моя дочь, мой первый ребёнок», – объявил мой отец старейшинам, когда я плакала в родильной палате.

«Лунная Богиня, – старейшины склонили головы в молитве. – Пожалуйста, благослови нашу стаю».

С самого раннего возраста люди из окружения моего отца всегда советовали ему завести ещё одного ребёнка в качестве наследника, но мой отец не обращал на это особого внимания.

В то время я думала, что отец любит меня, и старалась изо всех сил делать всё хорошо. Я усердно работала каждый день, пока мои сверстники играли и спали.

Несмотря на это, я всё равно была последней на тесте. Мои сверстники легко справились с ним, а затем сбились вокруг меня, шепчась и смеясь надо мной, даже намеренно плюя на меня, когда я смотрела на них.

«Не могу поверить, что она дочь Альфы. Рано или поздно её убьют дикие животные в лесу».

«Думаю, она бастард Луны и человека. Она не заслуживает быть оборотнем».

«Ха-ха-ха, бедный Альфа. Думаю, ему следует отнести это ничтожество на тест на отцовство».

Я бежала под палящим солнцем, и свет заставлял меня держать глаза закрытыми. Моё сердце колотилось, и я вся покрылась потом. Я тяжело дышала на тренировочной площадке, и по всему телу у меня покалывало. Их слова жужжали в моих ушах, как пчёлы.

Злоба детей – это самое ужасное. Они подобны невидимым кинжалам, вонзающимся прямо в моё сердце.

Все отстранились от меня, сознательно или бессознательно, и я смутно это чувствовала. Я снова и снова убеждала себя, что мне не нужны друзья, что у меня есть только моя потрёпанная кукла. Она – всё, что мне нужно.

Постепенно мой отец смотрел на меня со всё большим разочарованием. Каждый раз, встречая меня, он оглядывал меня с ног до головы, хмурился, отворачивался от меня и тяжело вздыхал.

«Какая жалость».

Его вздох был долгим, словно молот, ударяющий в моё сердце и перехватывающий дыхание. Я опустила голову, прикусила губу, уставилась на свои туфли и обняла себя, когда он ушёл.

«Ты Диана?» – в самый одинокий момент ко мне подошла девушка.

Она – единственный человек моего возраста, который готов быть моим другом. Она умна и может делать всё, будь то тренировки или общение. Все улыбались ей, восхищались при упоминании её имени, и даже мой отец не скрывал своей привязанности к ней.

Сначала я думала, что отец обращает на неё внимание, потому что она моя подруга. Мой отец всё ещё любит меня. Много ночей я спала со своей старой куклой в руках, думая об этом. Хотя моя жизнь удручающая, пока я думаю об отце, я всё ещё не чувствую себя такой отчаявшейся.

Лунная Богиня, благослови меня, чтобы я быстро выросла, я буду сильной, когда стану взрослой. Я заставлю отца гордиться мной.

Но Лунная Богиня всё равно сыграла со мной злую шутку. Только когда меня оскорбили сверстники, я узнала, что моя лучшая подруга – бастард моего отца.

Вскоре она стала новой дочерью нашей стаи на публике.

В то время, когда я узнала эту новость, моя мать умерла всего полмесяца назад. Я всегда буду помнить облик матери перед смертью.

«Её щёки впали от болезни, и она со слезами на глазах держала меня за руку, снова и снова повторяя: "Моя дочь, моя дорогая, что ты будешь делать, если я умру?"»

«Мой отец защитит меня», – ответила я, стиснув зубы, чтобы сдержать слёзы.

Я не хотела, чтобы последним образом, который увидела моя мать перед смертью, была я в слезах.

Моя мать стала ещё печальнее, услышав мой ответ. Она покачала головой: «Нет, ты не знаешь... Моя дочь, что ты собираешься делать? Обещай мне, что будешь наслаждаться жизнью, несмотря ни на что...»

Полмесяца спустя, когда отец привёл домой мою лучшую подругу Карину, я поняла, что имела в виду мать.

В тот день, потеряв мать, я потеряла отца другим способом.

Карина торжествующе улыбнулась мне, держа новую куклу, которую купил ей наш отец. Я стояла у подножия лестницы и смотрела на неё. В тот момент я наконец поняла, что не каждая дочь может получить любовь отца.