Моя нежеланная жена - лучшая наемная убийца

, что она почувствовала. Вторым был жар - удушающий, вл

приказ от мозга, который, казалось, утопал в сиропе. Комната была темной,

елым, чужим. К горлу подкатила волна тошноты. Она поднесла руку к лицу,

ло не

сознание - высокоскоростное столкн

краине города. Ее брат, Ростик, сказал ей при

, туманным, как плохо за

и острее ледяного оск

копашному бою. Эксперт по внедрению и

на части. Она была Елизаветой, девушкой, которая весила более 80 килограммов и мечтала сбежать от св

еими, и это

м. Это была не просто растерянность. Это был наркотик. Ее подготовка,

конца комнаты

нстинктом, которого мягкая плоть Ел

та. В проеме стоял силуэт, высокий и широкоплечий. Он сл

кономность движений даже в таком

низким рычанием, густым от того же наркотическ

мя всплыло из мутных воспоминаний Ели

рованы, зрачки расширены. Она видела, что он бо

все это растаяло, оставив лишь первобытную, отчаянную потребность. Дело было не в удов

еистовая, неуклюжая борьба, движимая я

вуком двери, срыв

Вспыхнула какофония щелчков и вспышек - пулеметная оч

ившись острой, холодной яростью. Он молниеносно схватил шелковую простыню и обернул ее вокруг нее, за

звизгнула

ской ужаса и отвращения. Рядом с ней его отец, Герман, выгляд

Родители Елизаветы. Ее мать, Варвара, прикрывала рот рукой, ее лицо было бледн

емью. Его глаза, теперь ясные и острые, были полны убийственной ярости.

генерал, патриарх клана Малоун. Он окинул взглядом сцену, его лицо б

м, - заявил он, его взгляд впился в Юлиана

ожащим пальцем на Елизавету. - Мы не позволим этой... этой д

достаточно громко, чтобы она услышала: - Боже, Елизавета... я же гово

ом данных, обрабатывающим катастрофический провал разведки. Тело Елиз

еще вспыхивали. Он был в ловушке. Скандал такого масштаба пустил бы под откос его военную карьеру,

олодная, суровая мате

ыла чистая, неприкрытая ненависть. Он смотрел не на женщину.

слово было острым, как

не изменилось. - Юристы составят бр

ара подбежала, накинув халат на плечи Елизаветы, ее руки дрожали. Он

ы оставляли дорожки на ее усталых щеках. Она протянула руку

прошептала она

тепло ее руки, видела искренний страх и любовь в ее глазах. Но внутри, там, где обитала Никс

Вынужденный брак. Могуще

была прост