Молниеносный брак с Альфа-полковником

ла, глядя, как Богдан Иванов направляется к черному внедорожнику. Он прижимал к телу раненую руку, отчего движения

он остановилс

дис

гнула, не

то

, Карина.

оен, но это был пр

двинулас

Куда мы

ся рядом, нависая так близко, что Карине пришлось задрать голову, чтобы поймать его взгляд. То

Скальпель у твоего горла. Падение с лестницы. А теперь – нападе

а от этой безжал

знаешь пр

сейчас ты опасна сама для себя. Ты измотана, ранена и не способна принимать

овалась. Карина вс

нька, Богдан Ива

ы в одном шаге от того, чтобы тебя либо убили, л

ому месту. В глазах защипало, и она отверн

аком виде. Мать... она не поймет. Скажет, что

рил снова, в его голосе прозвучало нечто похо

ь домой. Пое

енно посмотр

уд

ь поспать, поесть и не думать о то

вую руку – правая

рься

едние сутки. Убийца, падение с лестницы, то, как он накрыл ее своим телом, приняв уда

контролировать или использовать. Он про

хнула и вложила

Он повел ее к внедорожнику и открыл заднюю дверь.

рщившись. Водитель, Карим Козин, не проронил

в окно на пролетающие огни города. В салоне было т

и едем?» – сонно

ой», – отве

рины рас

бе до

глядя на нее. – «Охрана, моя кома

о...», – начала она, хотя и н

голову. В полумраке салона его

ать горло – это тоже не слиш

застряли в горле. Она слишком устала. Слишко

– прошеп

нул и снова от

екса в Западном округе. Карим припарковался на персональ

руку ей на поясницу – жест был скор

стекла и стали с панорамным видом на ночной город. Но при этом холодный и почти стерильный. Н

кивнул Бог

ошел на кухню и через минуту вернулся

авил тарелку на

ент для Карины не было ничего прекраснее. Она взя

юдал, как она ест. Его присутствие наполн

большой глоток воды. Еда и тепло окончательно разм

робормотала он

лагодарить», – х

она, не открывая глаз. – «Зачем пр

к он шевельнулся в кресле, и с его губ

онец произнес он. – «Я

лись. Она с недоумени

дан Иванов. Я п

яд, и в его глазах

той». «А все, что

ногозначительное. По спине Карины пробежал

онимаю», – п

– по коридору, вторая дверь слева. В комоде н

я к хозяйской спальне,

не выходи из ква

ним тихо

он исчез. Мысли метались в голове, но тело уже отключалось

ровать была большой, а простыни – свежими. Она переоделась в найденные

об убийце, о Платоне, о матери. Думала о Бог

ое

на не могла отрицать крошечную искорку тепла, зародившуюся в гр