icon 0
icon Пополнить
rightIcon
icon История чтения
rightIcon
icon Выйти
rightIcon
icon Скачать приложение
rightIcon

Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти

Глава 2 

Кол-во слов:1417    |    Дата выхода: Сегодня20:17

ане. Разум онемел, но одна

ла своему

ись, - сказала я

ья знает об этом? - уд

весила трубку, прежде чем о

адебный портрет - мы с Ильёй. Он обнимал меня, его улыбка была по

памятник

один Старков, - приказала я экономке без те

рела на меня, но сдел

. Десять лет воспоминаний, заключённых в серебряные рамки. Я

ирая ложь. Я смотрел

На снимке были я, Илья и малыш Марк. Мы были идеальной семьёй. Когда

ептал: «Мы справимся с этим, Полина.

ибрировал. Сооб

если ты уверена. Приезжа

е было таким же холодным и мёр

тру все воспоминан

зал темноту. Увидев огонь в саду, он

амени. - Ты не ранена? Что случилось? - Он повернулся

аг, высвобождаяс

сдел

вилось страдальческое понимание

знаю, что тебе б

ицо, - сказала я пустым голосом

н поверит. Боль, которую о

ом сочувствии. Он подхватил меня на руки и п

кровать и достал и

- Я собирался подождать, но

. Он отдавал мне пятьдесят один проц

произнёс он искренним голосом. - Я объявлю об это

тёплое дыхание ко

один сюрприз. Кое-что, что

маги, и одна слеза капнула на строку для подписи. О

льцем. Он поцеловал меня, но его губы были ледяными. - Просто п

чку. Внутри лежали двое ча

ястье. - Они отслеживают наши сердцебиения. Так ты всег

билось для другой же

осом, полным эмоций. - Но мы всё ещё есть д

Я отвернула голову, уклоняяс

апать ему лицо и потребовать ответа,

ла слова. У м

о и вспышек фотокамер. Илья был в своей стихии - харизматичный генеральн

еский магнат Илья Старков да

тью. Они видели трагическую сказ

снова взя

- мой вто

й, со двора, выбежал на сце

Па

оцарилас

ая мальчика, чтоб

тебе не хватало детского смеха в д

на меня сия

а. Я подумал... он м

ы впились

л Илья, не замечая бури, бушевавшей внутри меня. - Я назвал е

его на всеобщее обозрение как подарок для ме

ло улыбки. Моё сер

руках Ильи, протяг

Ма

чужой ношей в моих руках. Толпа умилилась, их

альчик

фигура. Это была Карина. Она вырвала цвето

, падая на колени. - Простите, госпожа Старкова! Я его к

твая тишина. Все

она так идеально разыгрывала. Я прик

а она, хватая Даниила за руку. -

озовая туча. Он схватил Кар

рорычал он низким, опасным голосом. -

ю роль. Забо

громко, чтобы услышали стоящие рядом. Он п

миная истории о безжал

, а затем, на автоп

коридоре. Она была прижата к стене, но не выгляде

, любовь моя, - промурл

ал он, но в его голосе не было злости

а. Он поднял её, её ноги обвились вокруг его талии, и

, закричать, но маленькая ру

а меня снизу вверх, его лицо и

сей силы наступил мне на ногу. Его маленьки

Ильи и Карины выжегся в моей памяти. Моё

м видом. За ним последовала Карина - с размазанной пома

всех сил укусив меня за плечо. От внезап

акри

оттолкнула меня и подхватил

, свирепо глядя на меня. - Госпожа Старкова, я з

е, её глаза наполнили

забрать его и уйти. Мы боль

чарованные, были устремлены на меня. - Полина, тебе нужн

а были п

- твёрдо сказал он. - Нам н

аниилом, пока он и Карина отправятся «заве

там, наедине со

Получите бонус в приложении

Открыть
Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти
Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти
“Спустя четыре года после того, как утонул мой сын Марк, я пришла в архив за его свидетельством о смерти. Мой муж, ИТ-магнат Эмиль Соколов, для всех был святым - безупречным отцом, который нежно поддерживал свою сломленную горем жену. Но одна дежурная фраза служащей разрушила мою жизнь: в системе у Эмиля числился еще один ребенок-иждивенец. Его матерью была Карина, женщина, которая годами безумно преследовала моего мужа. Я выследила их и нашла идеальную, смеющуюся семью. Спрятавшись у окна их дома, я подслушала разговор и узнала страшную правду: в день смерти Марка Эмиль не отходил на «срочный рабочий звонок». Он был с любовницей. Его похоть убила нашего мальчика. Четыре года он хладнокровно смотрел, как я виню во всем себя, а потом привел своего бастарда в наш дом. Его мать и любовница заперли меня в затапливаемом подвале, спустили прах моего Марка в унитаз, а меня саму избитую выбросили ночью под мост на растерзание бродягам. Как он мог обнимать меня по ночам, зная, что его ложь заживо сводит меня в могилу? Моя скорбь выгорела дотла, уступив место ледяной, всепоглощающей ненависти, и простого развода мне было уже недостаточно. Я набрала номер своего бывшего наставника, чьи незаконченные клинические испытания по полному стиранию памяти стали моим единственным выходом. «Я готова стать первым подопытным, сотрите его из моей жизни навсегда».”