Развод с предателем: Теперь я заберу всё

ица

моя решимость была крепка как никогда. Я выполняла утренние дела с механической точ

ыходных?» - спросил Роман, с надеждой глядя на

мяти тут же всплыла фотография, которую я видела на втором телефоне Леонида: Ангел, его другой сын, ухмыляется рядом с

л дома», - пробормотал Роман, опустив взгляд в свою тарелку. В его

ки и туманные обещания. «Не волнуйся, мама проведёт с тобой время на этих выходных, - сказала я

, как я теперь понимала, был важен как никогда. Я печатала отчёты, отвечала на звонки и отправляла электронные письма, и моя эффективность резко контрасти

лючи на стол и тут же схватился за телефон. Он едва обратил внимание

убах. Я наблюдала за ним. Он переписывался со своего основного телефона, но я знала, что втор

бросая дежурные фразы. Я попыталась вовлечь его в разговор. «Как се

ла. Небольшие задержки, ничего серьёзного». Никаких

время? - надавила я. - Роман был бы счастлив сно

сшедший график. К тому же, с деньгами туго. Мне на следующей неделе снова нужно

лет он бесчисленное количество раз был «в отъезде». Каждая «инспекция объекта» была ложью, тщательно

троился перед телевизором, щёлкая каналам

н. Вошла в наш общий семейный аккаунт, которым Леонид почти не пользовался, но где у меня всё ещё был доступ к старым бр

ожение. Оно было привязано к отдельному счёту, о котором я ниче

в, постоянно. Платёж по кредиту за роскошный внедорожник. А затем - одна, огромная транзакция. Первый взнос. 240 000

едрые «домашние расходы». А мне он десять лет говорил, что мы не можем позволить себе скромный семейный дом в Кливленде. Что мы не може

предвиденные рабочие расходы». «Мы должны быть ответственными, Алина», - поучал он. В том

ркнул: «Пустая трата денег, Алина. Он может по видео научиться». На той же неделе н

м. Его «бережливость» была оружием, которое он использовал исключительно против меня и нашего сына. Его «скромный доход» был ды

таны. Леонид всегда комментировал моё безразличие к внешности. «Раньше ты заботилась о том, как выглядишь, Алина, - говорил он критическим тоном. - Это плохо сказы

л, я наивная, тихая жена. Ты думал, я никогда не раскрою твою тщательно сплетённую паутину лжи.